— Зар!
Маг оглянулся.
— Планир! А мы как раз идем к тебе.
— Я решил выполнить кое-какие дела, чтобы вытрясти из горла архивную пыль. — Верховный маг сунул два маленьких запечатанных бумажных свертка в карман своей куртки. Ее бархат местами протерся, а первоначальный густо-фиолетовый цвет полинял до синего.
Шив склонил голову набок, изучая Планира.
— Есть новости из Келларина.
— Плохие новости, — уточнил Узара.
Верховный маг поднял брови.
— Поговорим об этом не в столь оживленном месте.
Он повел их к узким воротам, почти невидимым в густой тени домов с обеих сторон. Планир коснулся замка, и ворота со скрипом открылись. Впустив Шива и Узару, Верховный маг снова запер замок еще одним касанием магии.
— Мы не хотим, чтобы дети или животные отравились, — улыбнулся он.
Вдоль высокой ограды сада росли деревья. Внутри низкие стены и живые изгороди делили его на восемь равных частей. Высаженные на грядках пряные травы и цветы — одни высокие, другие ползучие, одни яркие, другие тускло-зеленые — переплетались в пестрые узоры. На дальней стороне лекарственного сада вторые ворота давали доступ к залитому солнцем фруктовому садику, где среди цветов жужжали пчелы. Порывистый ветерок приносил опьяняющие ароматы, освежая после сухого каменного дыхания большака.
— Давайте сядем, — добродушно предложил Планир.
— Пираты высадились на Сатайфере, тех островах в центре океана, — без предисловий начал Шив.
Узара огляделся, но никого, кроме них, не было среди аккуратных рядов методично подписанных растений.
— У них несколько кораблей и огромное число людей.
Шив указал на прозрачный водоем в сердце сада.
— Гадай сам.
Планир покачал головой и медленно пошел к каменной скамье в беседке из ароматных лоз.
— Нет, нет, я доверяю вам обоим.
— Так что ты собираешься предпринять? — требовательно спросил Шив.
— Они уже захватили два корабля, направлявшиеся в Келларин. — Лицо Узары помрачнело. — Превратили команду и пассажиров в рабов.
— Тех, кого еще не убили, — добавил Шив. — Капитана прибили гвоздями к его собственной мачте.
Планир поморщился.
— Зачем делать такое? — Он сел.
— Налдет и Паррайл были на том захваченном корабле. — Узара присел на край скамьи.
— Они пока живы. — Шив стоял, переминаясь с ноги на ногу. — Но кто знает, сколько это продлится.
— Что мы предпримем? — допытывался Узара, переводя взгляд с Шива на Планира.
Верховный маг выдернул ромашку из деревянной цветочницы.
— Налдет связался с тобой?
— Нет, но вряд ли у него есть такая возможность. — В голосе Узары звучал слабый упрек.
— Значит, Д'Алсеннен послал сообщение? Благодаря любезности Аллин? — Планир вдыхал слабый яблочный запах размятой травы.
Под сапогами Шива захрустел гравий. Маг скрестил руки.
— Ливак убедила Аллин сообщить нам.
Планир задумчиво поджал губы.
— Значит, это не официальная просьба о помощи Хадрумала. Мы знаем, что планирует Д'Алсеннен?
— Они говорят о том, чтобы послать людей и корабли, — медленно произнес Узара.
— Но здесь есть сложности, — подхватил Шив. — Наемники…
— Да, ситуация щекотливая, — кивнул Планир. — Как и все, что касается Келларина. — Он отбросил ромашку. — Я ценю ваше предупреждение. Как только Д'Алсеннен попросит моей помощи, я свяжусь с Казом. Вряд ли император предоставит нам полную свободу действий, но мы сделаем все что можем, если, конечно, Совет не выдвинет слишком много возражений.
Молодые маги уставились на него в ужасе.
— Но Налдет — один из нас! — Узара вскочил. — И имя Хадрумала будет проклято в Ванаме, если Паррайл умрет.
— Менторы прекрасно знают, что плавание в Келларин связано с риском, — отрезал Планир.
— С риском погибнуть в шторме, возможно, — воинственно парировал Шив. — Но не остаться в плену у пиратов.
— Мы можем помочь, мы можем разрешить этот конфликт с наименьшим кровопролитием, — стоял на своем Узара.
— Допустим. — Верховный поднял глаза на двух разъяренных магов. — Мы можем это сделать, верно? Вмешаться, потрясая угрозой необученной магии, и никакой принц или власти материка не остановят нас, если мы решим их игнорировать. — Он улыбнулся. — Но мы уже говорили об этом, и не раз.
Шиву было не до смеха.
— Да, Верховный, и мне, например, это надоело.
— Какой прок в силе, если она никогда не помогает людям? — Узара был настроен не менее решительно, чем Шив.
— Дорогой мой, ты вступаешь в союз с Калионом и его идеями. — От голоса Планира повеяло холодом. — Я понятия не имел.
— Прости, но это неправда, и ты это знаешь. — Узара с трудом сдерживал негодование.
— Калион хочет, чтобы его чествовали богатые и могущественные, чтобы они смотрели ему в рот и делали, что он говорит, — с презрением ответил Шив. — А мы лишь хотим спасти жизни, которым грозит гибель!
— Это пираты, Шив, — терпеливо сказал Планир. — Они стали головной болью Тормалина, и, да, они могут оказаться серьезной проблемой для Д'Алсеннена. Но в этом нет ничего нового. Сьеры, следящие за океанским побережьем, очищали свои берега от пиратов и мародеров в течение поколений. Это не внезапная катастрофа, где нужен Верховный маг, чтобы спасти шею Тадриола. Неоправданное вмешательство Хадрумала только всколыхнет старые предубеждения против магии, и кровавые баллады о высокомерии магов обойдут все таверны от Инглиза до Мыса Ветров.
— Но мы-то что делаем, дабы противостоять такому невежеству? — возразил Шив. — Можно говорить, что мы не интересуемся материком, если это не вопрос жизни и смерти, и некий правитель не умоляет нас на коленях, но что это даст нам в обозримом будущем?
Узара продолжил его мысль с гораздо большей сдержанностью.
— Если простой народ видит, что магия доступна лишь для сильных мира сего, он просто обязан негодовать.
— Маги занимаются своим повседневным ремеслом по всей Старой Империи, — равнодушно заметил Планир. — Ученики возвращаются домой в конце каждого сезона.
— Но они возвращаются не для того, чтобы распространять знания, — парировал Узара. — Большинство просто устают от нашей изоляции на этом острове или находят жизнь ученого малопривлекательной, когда научатся достаточно управлять своим родством, чтобы не представлять опасность для себя и окружающих.
— Именно страх в первую очередь приводит их сюда, — кивнул Шив. — Или их отправляют по причине векового предубеждения. Многие ли из тех, кто отсюда уехал, творят что-нибудь существенное, а не занимаются мистификациями, чтобы облегчить себе жизнь или поразить легковерных?
— Ты бы не хотел, чтобы урожденные маги, сыновья и дочери, приезжали в Хадрумал, стремясь научиться полезным искусствам? — воззвал Узара. — Зная, что дома их радушно примут обратно и будут ценить за то, что они умеют делать?
— Что-то я не слышал о магах, голодающих у обочины. — Планир сорвал еще одну ромашку. — Даже самый слабый маг может заработать на пропитание своим ремеслом.
— Если у него достаточно толстая шкура, чтобы терпеть колкости вроде тех, что я слышал в Энсеймине в прошлом году, — с досадой сказал Узара.
— И издевки рационалистов, — рявкнул Шив. — Не знаю, что хуже: Энсеймин, Каладрия и все прочие, слепо верящие страшилкам времен Хаоса, где каждый маг представляет опасность, или эти умники, которые говорят, что магия — такое же надувательство, как устарелая вера в богов, и так же неуместна в их поисках количественных объяснений этого мира и его явлений.
Планир улыбнулся возмущению долговязого мага.
— Самый зашоренный философ или тупоголовый рационалист не может отрицать реальность стихийного огня, сжигающего их подметки. — Он повернулся к Узаре. — И повторное открытие Высшего Искусства, полагаю, отплатило им за презрение к религии. Много ли старых знаний ты откопал в храмах Кола и Релшаза?
— Больше, чем я ожидал, но еще больше было утрачено после Хаоса из-за невежества и предубеждения. — Узара твердо посмотрел на Планира. — Мы будем ждать, когда знания Хадрумала постигнет та же участь? Когда черви и гниль пожрут наши труды, а маги превратятся в ярмарочных шутов?
— Посмотри на народ Аритейн в Горах. — Шив простер руку. — Их практикующие Высшего Искусства, Шелтии, ничего не делают, когда Горных Людей прогоняют с их земли, из их лесов и рудников, — и они теряют уважение с каждым шагом и каждым поколением.
— Насколько я понял объяснения Аритейн, Шелтии воздерживаются от любых действий, потому что в прошлом эфирными силами серьезно злоупотребляли те кланы, которых выгнали в океан и которые стали эльетиммами. Ты сам видел тиранию Высшего Искусства на Ледяных Островах. — В серых глазах Планира блеснул вызов. — Когда эльетиммы предложили помощь и Горные Люди ухватились за этот шанс, зверское Высшее Искусство островитян поставило их на грань войны с городами низин и еще больше дискредитировало невинных Шелтий.
— Должна быть золотая середина между бездействием и злоупотреблением, — настаивал Шив. — Посмотри на Келларин. До Хаоса эфирная магия была повседневной частью жизни. Колонисты не боятся магии какого бы то ни было вида или природы.
— Не слишком ли мы отклонились от сути? — Планир встал. — Какое это имеет отношение к пиратам?
Оба мага молчали.
— Наша помощь в Витранселе показала бы и тормалинским, и далазорским купцам, что маги помогают всем, не только богатым и влиятельным, — наконец медленно ответил Шив. — А торговцы, вернувшись домой, рассказали бы об этом другим.
— Гуиналь и Аллин работают вместе, насколько возможно, — с надеждой заговорил Узара. — Изучая, как их искусства дополняют друг друга, можно сделать ценное открытие для Хадрумала.
— И будет что предъявить Совету. — Лицо Верховного мага было непроницаемым. — А если вы потерпите неудачу?
Шив и Узара посмотрели на него неуверенно.
— Что, если после сезона в Келларине вы останетесь без сил, замученные пустяковыми требованиями? — Планир небрежно махнул рукой. — Мне трудно представить, чтобы даже самые скучающие ученики присоединились к вам, дабы целыми днями чинить горшки. А что заинтересует там наших более искусных магов? Вы хотите, чтобы мастера Хадрумала с их уникальной магией ухаживали за больными животными или раскапывали завал рудника, случившийся из-за какого-то болвана, который думает, что магия позволяет ему экономить на креплении? Что, если Келларин постигнет некая кат