— Надо ж, прямо Шекспир какой-то… Оксана и Отелло… две штуки Отелл. Она хоть красивая была?
— Не знаю, не видел. Но по рассказам да, жгучий южнороссийский типаж.
— И куда она потом делась?
— Так в свой Ейск и убралась, с глаз подальше. А Колян за неё пятнаху теперь тянуть будет.
— Мы сегодня вечером пульку расписать собрались, — предложил неожиданно Славик, — заходи, если что.
— Спасибо, — поблагодарил его я, — но наверно сегодня никак. Дел невпроворот, может на той неделе.
А далее путь мой лежал в райком с Геннадию Мишину — надо ж было решать вопросы с авансами. Пришлось посидеть с полчасика в коридоре, пока у него там совещание не закончилось.
— Аааа, — протянул он с недобрыми нотками в голосе, — явился… поди опять денег просить будешь?
— Так точно, товарищ секретарь, — ответил я, — Соколова кушать не может, так хочет ещё хотя бы пять тыщ.
— Слушай, родной, — так ответил мне Гена, — все деньги, которые за вас предприятия перечислили, должны лежать на счету МПСХО…
— ПСП «Слобода» оно теперь, а не МПСХО, — поправил я его.
— Неважно, — отмахнулся он, — вот на счету своей Слободы и ищите эти пять тыщ…
— Но ты же не хуже меня знаешь, что нет там ничего — Коли с Володями их давно утилизировали, все взносы наших предприятий.
— Документы, что они их утилизировали, есть? Вот то-то же — я, короче говоря, тебе всё сказал, а сейчас извини, у меня дела.
И он погрузился в какой-то отчёт в кожаной папке. Ну окей, мысленно ответил ему я, будем исходить из того, что нам теперь никто ничего не должен. Однако в эту игру можно и вдвоём играть, дорогой товарищ секретарь — мы тогда тоже никому ничего не должны, продолжал мозговой штурм я, выходя из негостеприимного здания райкома комсомола. На войне, как говорят французы, как на войне — бывают раненые, бывают убитые. Пленные тоже случаются.
Эту мысль я продолжал додумывать и в помещении Промстройбанка, по десятому разу пробуя новые настройки в операционном дне, не хотел он запускаться, хоть ты тресни. На набережную я уж не поехал второй раз — Мишаня не маленький, сам с проверяющими разберётся.
— Что-то ты сегодня невесел, — сказала Алевтина, когда проходила мимо меня в очередной раз, — проблемы какие-то возникли?
— Есть немного, Алевтина Игнатьевна, — отвечал я, — и опердень этот не ставится, хоть ты тресни, и в МЖК нашем затык небольшой.
— Ну с оперднём я тебе помочь не смогу, позвони что ли в другой какой банк, где уже справились с этим делом. А вот про МЖК можешь рассказать, вдруг я чем помогу?
И мы зашли в её кабинет, где я и вывалил информацию про искомые пять тысяч.
— Всего-то навсего пять тыщ? — удивилась она, — нашёл из-за чего убиваться. Иди к своей Гале, она тебе кредит выпишет на эту сумму.
— Так там проценты придётся выплачивать, — вздохнул я, — если кредит брать…
— Устроим мы всё, процентов не будет — отдашь, когда раскрутишься… в течение полугода — устроит?
— Вполне, — радостно сообщил я.
И я убежал в кредитный отдел… Галя там была самая молодая, поэтому встраивание в коллектив проходило у неё не очень гладко. Но на поверхность вроде бы ничего не всплывало, в глубине где-то только пузыри булькали.
— Мне Алевтина Игнатьевна позвонила, — сказала мне Галя, — я сейчас всё оформлю, а ты можешь своими делами заниматься — твоё присутствие тут не обязательно.
Кредитные работники посмотрели на нас не очень одобрительно, но сказать ничего не сказали, а и ладно. Я подумал немного и снова заскочил в кабинет к управляющей.
— Алевтина Игнатьевна, ещё один маленький вопросик можно?
— Давай, — оторвалась она от распечатки, — я внимательно слушаю.
— Подумал я тут на досуге — неплохо было бы разбавить наш женский коллектив противоположным полом… а то как в анекдоте про змею и черепаху живём.
— Не знаю такого, — удивлённо ответила она, — расскажи.
Я вздохнул и вывалил древний, как мир, анекдот про то, как черепаха перевозила змею через реку.
— Глубоко, — задумалась Алевтина. — В принципе я с тобой согласна, но где ж ты сейчас найдёшь банковских работников с опытом, чтоб они мужчинами были?
— Найти сложно, — согласился я, — но можно и без опыта пока брать. У нас ведь сейчас главное что? Автоматизация и компьютеризация, верно? А на подходе межбанковские системы связи и кредитные карточки — специалистов с опытом работы по этим направлениям во всём Союзе нет. Так что можно программистов и связистов брать, а в банковских делах они быстро поднатаскаются.
— Может ты и прав, — задумчиво протянула она, — подбери кандидатуры, если ты такой умный, а мы рассмотрим.
Когда я вернулся на своё рабочее место, затренькал телефон — я расстарался и достал новомодный беспроводной, с которым можно было ходить по офису в пределах 10–15 метров, управляющей, кстати, тоже такой же установил.
— Слушаю, — сказал я в трубку.
Это оказался Мишаня с набережной, он отзвонился мне, что комиссия прибыла, всё осмотрела и уже убыла назад, не найдя серьёзных нарушений.
— А несерьёзные, значит, нашла? — уточнил я.
— Ну да… огнетушителя нет и щита с ломом, топором и ведром. Штраф терпимый.
— Ладно, — ответил я, — что так. С дополнительным авансом архитекторам я всё утряс… кстати, кредит на себя оформил, так что остальные члены нашей бригады мне теперь по пятихатке должны. Один за всех я хомут волочь не собираюсь.
— На ближайшем собрании рассмотрим, — буркнул Миша, — да послезавтра и рассмотрим, у нас же квартирная жеребьёвка намечена.
— Точно, я про неё и забыл совсем…
Послезавтра примчалось очень быстро… операционный день в банке, если это кому-то интересно, я наладил, пришлось для этого сходить на консультацию в Сбер. Точнее в Сбербанк, а если совсем уж точно, то в сберкассу номер 12/228, центральную в нашем районе. Там оказались серьёзные спецы по этим вопросам, в количестве двух штук. Один из моего института, в соседнем отделе сидел — с ним я и порешал все программные вопросы.
И ещё одно приключение у меня случилось за вчерашний день — Галя, представьте себе, поставила вопрос о спальном месте ребром.
— Я, — сказала она суровым тоном, — больше не могу на этом надувном матрасе спать. Хочу что-то более комфортное.
Пришлось диван купить, обычную раскладушку за двести двадцать рублей. Ну а далее у нас в повестке дня жеребьёвка… я пригласил Галюшу поучаствовать, но она сказала, что целиком и полностью доверяет мне.
Народ собрался точно к намеченному времени, все 12 бойцов, включая бывшего командира Ванечкина (на этот раз он один явился, без сексуальной Ляли). И ещё Роберт, как и обещал, притащил двух наблюдателей — таких же алкашей, судя по физиономиям, как и он сам.
— Ну что, граждане мжк-вцы, — так начал свою речь я. — У нас сегодня намечено распределение квартир — какие будут предложения?
— Взять и распределить, — бухнул Миша, — какие тут ещё предложения можно придумать.
— Это-то понятно, — отвечал ему я, — я про детали и про технологию распределения… я так понимаю, что на первый этаж никто не хочет, да?
Собрание утвердительно загудело.
— Могу вас немного успокоить — подрядчик в лице СМУ-125 берёт две квартиры на первом этаже и ещё одна отходит в фонд райкома комсомола, поэтому остаются всего двое вероятных попаданцев на нижний этаж. А не пятеро.
— Два это лучше, чем пять, — заявил Роберт, — но хуже, чем один.
— Верно подмечено, — отвечал я, — теперь о технологии — думаю, что вариант с бумажками в шапке никого не устраивает?
— Точно, — продолжил свои высказывания Роберт, — надо на картах.
— Я не против, — высказался я, — только колоду карт, извини, мы возьмём не твою, а нейтральную.
— Верно, — загудел народ, — он поди все карты там пометил.
— И где же мы возьмём нейтральную колоду? — справился Роберт.
— Вон там за углом есть магазинчик «1000 мелочей», — и я показал, где этот угол находится, — там точно карты продают.
— Вместе пойдём покупать, — решительно сказал Роберт, — и друганов моих возьмём.
Короче говоря, чтобы не утомлять вас, дорогие читатели, сразу оглашу результаты нашей жеребьёвки — в число этих двух неудачников попали Роберт и Серёга, тот, который кирпичи подсчитывал. Всем девочкам второй этаж выпал, Мише третий. Ванечкину тоже третий достался. Мне, если честно, было всё это по барабану, наверно поэтому я и вытащил последний четвёртый этаж, а вот Роберт, бедолага, аж трясся от нехороших предчувствий. Они его и не обманули…
— Это ты всё подмухлевал, — заорал он в мою сторону, брызгая слюной, — я на первый этаж не пойду!
— Пожалуйста, — хладнокровно ответил я, — у тебя сейчас два варианта — либо ты идёшь на первый этаж, либо совсем уходишь из отряда, никто тебя держать не будет.
Глава 20
— Я в суд пойду! — продолжил разоряться Роберт, — в наш народный суд.
— Скатертью дорога, его районное отделение на Ильинке значится, напротив строяка, — дал я ему справку, — посмотрим, как судьи будут ржать, разбирая это дело.
И тут Роберт со своими корешами покинул наше собрание. Серёга остался, он как-то легче перенёс попадание на первый этаж.
— Ну мы, кажется, все вопросы на сегодня решили, — сказал я отряду, — проект по моим прикидкам сдадут через неделю, дней через десять пойдёт нулевой цикл, так что прошу готовиться к выходу на стройку. Точную дату сообщим дополнительно.
— И чего мы там делать будем? — спросила любопытная Рита.
— Для начала забор ставить, любая стройка с него начинается, — просветил её я. — А потом, что мастера скажут, то и будем. В основном стройматериалы перетаскивать да на подхвате стоять, бетон там замешивать и кирпичи подавать. Если других вопросов нет, все тогда свободны. Юрия и Михаила попрошу задержаться.
Ванечкин дёрнулся было к выходу, но услышал просьбу и резво развернулся назад.