, которую они получили.
Известный литературный критик Лю Се, живший в эпоху династии Лян, впервые дал научное определение литературному понятию «загадка» в своем труде «Вэнь синь дяо лун», в главе «Се инь» («Иносказательное сравнение»). Он проследил развитие явления тайнописи начиная с эпохи Вёсен и Осеней, подчеркнул поучительный смысл тайнописи, но посчитал, что слова Дунфан Шо такой пользы не несут. Также он говорил: «Начиная с эпохи Северных династий, практически исчез комедийный аспект, скрытые насмешки трансформировались в загадки». По мнению Лю Се, начиная с периода Северных династий скрытая ирония тайнописи трансформировалась в новое явление – загадки; возможно, это новое явление получило очень широкое распространение. Изложенная выше шарада, которую разгадал Цао Цао, как раз является примером такой загадки. Также Лю Се говорил: «Жанр цаньфу, созданный Сюнь-цзы, уже начал обретать свою форму, появились произведения Цао Пи и Цао Чжи, они обладают приблизительным и скрытым смыслом, рассказывают о высокопоставленных лицах и дорогих вещах, которые хоть и обладают изяществом, но имеют множество недостатков». Очевидно, что в то время были широко распространены загадки, в которых нужно было отгадать название какой-то вещи. Жанр Сюнь-цзы цаньфу подобен жанру чжэньфу (чжэнь – «наставление»), но как нам рассматривать загадки Цао Пи, Цао Чжи и других? Фань Вэньлань в комментарии к «Вэнь синь дяо лун» говорил: «Все изучить невозможно». В книге «Тайпин гуанцзи» мы можем найти упоминание о том, как создавались загадки: «Как-то Цао Пи и Цао Чжи вышли на прогулку и увидели, как две коровы дерутся. Одна корова оказалась слабее, упала в колодец и умерла. Тогда Цао Пи приказал Цао Чжи сложить стихотворение об умершей корове, но не позволил использовать слово “корова” и “колодец”, нельзя было говорить “борьба” и “смерть”. Стихотворение из сорока слов должно было быть закончено после того, как их лошади сделают сто шагов, если Цао Чжи не успеет, то его казнят. Цао Чжи поскакал и одновременно с тем, взяв кисть, стал писать: “Два куска мяса шли рядом по дороге, на головах у них поперечные кости, подойдя к земляной голове, они стали грубы друг с другом. Один из противников оказался недостаточно сильным, один кусок мяса свалился в земляной подвал. Дело не в недостатке силы, а в отсутствии доброго отношения”» «Ши шо синь юй» («Ходячие толки в новом пересказе», «Тайпин гуанцзи», глава 173). Эта легенда описывает процесс создания такой загадки, в которой нужно понять, о какой вещи идет речь. Можно также сказать, что в ней иносказательно описываются определенные события, что очевидно похоже на создание шарады. Здесь нет элемента отгадки, но присутствует ирония. Борьба двух коров является намеком на взаимные стычки братьев Цао. Поэтому здесь также присутствует элемент тайнописи. К сожалению, эти строки не являются полностью достоверными, поэтому нельзя точно разобраться, в чем здесь «приблизительный и скрытый смысл», о каком событии идет речь. Очевидно лишь то, что в этом небольшом стихотворении рассказывается о довольно сложных событиях, для передачи которых используются средства художественной выразительности.
В период Южных и Северных династий игра в отгадывание загадок стала распространяться шире. В 21 главе «Вэйшу» («История династии Вэй») говорится, что стало известно о замышляемой измене Тоба Си, правителя местности Саньян династии Северная Вэй, и он в панике бежал: «Из Хунчи ушел на юго-восток без сопровождения слуг, за ним пошел только Инь Лунху. Си очень переживал и не знал, как ему поступить, обращаясь к Лунху, он сказал: “Я пребываю в чрезвычайном волнении. Придумай загадку, я буду над ней размышлять, и тоска пройдет”. Лунху вдруг вспомнил одну загадку: “Время спать – засыпают вместе, время вставать – вместе встают, ненасытные как волки, но добычу себе не присваивают”. Очевидно, что он загадал эту загадку не для высмеивания, и сам Си так не подумал, поэтому он сказал: “Это глаза”. Но Лунху ответил, что это палочки для еды». Из этого небольшого отрывка видно, что в то время на севере страны загадки уже были очень распространены, даже сяньбийский аристократ настолько любил их отгадывать, что вспомнил о них, оказавшись в беде, и благодаря этому смог переключить внимание и разогнать тоску. Здесь мы видим аллегорию, традиционно присутствующую в загадках. По своей природе Тоба Си был человеком алчным, поэтому люди считают, что через эту загадку Лунху его высмеял. В этом отрывке описывается весь процесс отгадывания такого рода загадок, очевидно, что более поздние загадки были идентичны этой и отгадывали их аналогичным образом. Подобные загадки распространены по сей день.
Информации о загадках эпохи Тан сохранилось немного. В произведении «Дяоюй цзи» («Коллекция резной яшмы»), написанном неизвестным автором, рассказывается история о том, как ученик Конфуция Янь Хуэй, находясь в пути, с помощью загадки позаимствовал у одной женщины гребень. Эта история, которая, скорее всего, была распространена в народе эпохи Тан, рассказывает о том, как применялись загадки: «Как-то в одном из путешествий Конфуций увидел женщину, в ее волосах был гребень из слоновой кости. Конфуций сказал своим ученикам: “Кто из вас может добыть этот гребень?” Янь Хуэй сказал: “Я могу”. Он подошел к женщине, преклонил колено и сказал: “Я брожу по горам, на их вершинах вырастает множество трав, у которых есть стебли, но нет листьев, там живут тысячи зверей, силки, чтобы их отловить, надо брать у женщины”. Женщина сняла с себя гребень и отдала ему. Янь Хуэй сказал: “Женщина, почему ты без каких-либо вопросов отдала мне гребень?” Дама ответила: “Гора – это ваша голова, множество трав на ее вершине, у которых есть стебли, но нет листьев – это ваши волосы. Тысячи зверей – это вши в ваших волосах, а силки – это гребень, поэтому я вам его и отдала, чего тут удивительного?” Янь Хуэй молча вернул ей гребень. Услышав все это, Конфуций сказал: “Посмотри, как умна эта женщина, ну и кто после этого ученый!”». В отрывке показана способность Янь Хуэя загадывать загадки, а также гибкость женского ума. Фактически эту ситуацию можно назвать разгадыванием загадки. Конфуций сказал, что это происшествие продемонстрировало ум женщины, то есть можно сказать, что через умение человека разгадать загадку можно узнать об уровне его интеллекта, а также потренировать его сообразительность. В повестях эпохи Тан также можно найти упоминания об иероглифических шарадах, однако о том, как отгадывали загадки, написано очень мало.
Можно увидеть, что к эпохе Сун отгадывание загадок уже превратилось в излюбленную забаву людей, широко распространенную и в городах, и в селах. Появились загадки на цветных фонариках. Чжоу Ми в «Улинь цзюши» («Дела минувших дней в Улинь») пишет, что в Ханчжоу эпохи Южной Сун «на фонариках вырезались надписи со стихами, аллегорические насмешки, а также рисовались фигуры людей, скрытые загадки, двусмыслицы и насмешки над прохожими» [63]. Название «загадка» по-прежнему существовало, к тому же их использовали вместе с шутками, в этом по-прежнему присутствовал традиционный прием скрытого сравнения, но фактически это была уже загадка. В эпоху Мин в 25 главе книги «Сиху юлань чжиюй» («Путешествие по озеру Сиху») Тянь Жучэн рассказывает о загадках на Празднике фонарей в Ханчжоу: «Вечером в день Праздника фонарей Ханчжоу наполнен фонариками с загадками на них, которые озадачивают людей повсюду. В начале правления Юнлэ (1403–1424) у озера Сиху жил человек по имени Ян Цзинъянь, который прославился благодаря загадкам». Очевидно, что в начале эпохи Мин существовали такие люди, у которых были способности к загадкам и которые стали прообразами Ян Цзинъяня времен начала правления Юнлэ. В эпоху Мин Жуань Дачэн в книге «Чунь дэн ми» («Весенние ребусы на фонарях») рассказывает о загадках на фонарях того времени. Фэн Мэнлун составил сборник «Хуаншань ми» («Загадки горы Хуаншань»), в который вошло очень много загадок. Во всевозможных произведниях жанра бицзи [91] и в художественной прозе, коротких рассказах и повестях эпохи Мин также можно встретить немало информации о загадках, которых достаточно, чтобы понять – загадки в то время были очень распространены в народе. За последнее время было издано очень много сборников загадок, за сто лет – больше сотни.
После Освобождения загадки стали еще популярнее, появилось очень много новых произведений, например: «Похож на корову, но лучше, чем корова; повсюду бегает в трудах, когда другие устают, он не устает, возвращается домой – не ест». Речь идет о предмете, который появился вслед за развитием общества, – тракторе для сельскохозяйственных работ. Загадки часто использовались во время дружеских встреч и народных гуляний, появлялись в печати. Их применяют в дошкольном образовании, но и для взрослых это полезное развлечение. Сегодня и в дальнейшем загадки точно еще будут развиваться.
Классификация и содержание загадок. С точки зрения содержания загадки можно разделить на три типа: когда загадывается какой-то предмет, событие, а также иероглифические ребусы. Загадок последнего типа в древности существовало немного, так как трудовой народ не был достаточно образованным, а вот загадок первых двух типов было довольно много. В них можно найти точные описания орудий и продуктов труда, а также явлений повседневной жизни, которым придавалось большое значение.
Загадки, описывающие специфические особенности каких-то предметов или явлений, тренировали способность размышлять, а также являлись источником разного рода знаний. Однако нельзя отрицать, что загадка была чем-то средним между средством получения знаний и развлечением. Загадки играли важную роль в развитии умственных способностей у детей, они давали им новые знания, развивали у них рассудительность и воображение. Также подспудно влияли на формирование определенного уровня культуры, воспитывали любовь к труду и его плодам.
Загадки трудового народа по стилю отличались от загадок господствующего класса. Образованные представители господствующего класса считали их вульгарными. Например, в 22 главе романа «Хун лоу мэн» («Сон в красном тереме») рассказывается о соревновании в отгадывании загадок. Загадка, которую придумал Цзя Хуань, была немного грубовата, государыня вернула ее назад, а когда все ее прочитали, «раздался дружный хохот».