Высокий уровень языкового искусства, который мы можем увидеть в поэмах, является отличительной особенностью народной поэзии. В поэмах чувства и образы находятся в тесной взаимосвязи, эмоции героев выражаются через описание пейзажей, гармоничное сочетание символов и метафор с параллелизмами и диалогами во всей полноте снова и снова воспевает настоящую справедливость и истинные чувства так, что это может растрогать до слез. В основе народных поэм лежит свободный стиль «нестройных» народных песен, а также семисловная форма построения, они обладают живостью словоизменения, звучностью тональности, ритмической свободой и умеренностью. Новой поэзии стоит позаимствовать эти принципы, в них столько всего заключено; опираясь на них, в народе с такой живостью и естественностью описывают различные стороны жизни общества, создают волнующие сцены, они одновременно изящны и просты. В этом сосредоточено все искусство поэм Цзяннани в районе озера Тайху, а также виден результат двухтысячелетнего наследования традиций и развития песен-поэм Цзяннани.
Поэмы обладают невероятной силой художественного воздействия. Старейший сотрудник, стоявший у истоков создания отдела народной литературы издательства «Шанхай вэньи чубаньшэ», редактор и инициатор создания сборника «Гуши хуэй» («Собрание сказаний»), а также ответственный редактор сборника «Цзяннань шида миньцзянь сюйши ши» господин Цянь Шуньцзюань (Сюнь Цзянь) говорит: «Дочитав до конца поэму “Хуа Баошань”, которая состоит из более чем шести тысяч строк, я так и не смог остановить горячих слез, причину которых сложно назвать. Возможно, это двенадцать лет, четыре тысячи триста восемьдесят с лишним дней мучительного, томительного ожидания заставили пустить горькую слезу; возможно, потому что значение этого произведения очень велико, оно смогло разрушить миф о том, что у ханьцев нет песен о героях, в Цзяннани нет героического эпоса, а также дополнить “Историю китайской литературы”; возможно, мои слезы радости вызвало то, что произведение настолько прекрасно, что смогло по праву занять место в сокровищнице мировой литературы; возможно, доблестная картина смерти во имя народа героя Хуа Баошаня вызвала мой благородный гнев и слезы негодования… До сих пор, когда я вспоминаю эту поэму, у меня каждый раз наворачиваются слезы»[147].
Некоторые считают, что «Хуа Баошань» является лишь повествовательной поэмой, а не эпической, так как, по словам К. Маркса, эпические поэмы могли появиться лишь в глубокой древности, на заре цивилизации, в так называемую героическую эпоху Гомера. На самом деле это не так, К. Маркс говорил: «Относительно некоторых форм искусства, например эпоса, даже признано, что они в своей классической форме, составляющей эпоху в мировой истории, никогда не могут быть созданы, как только началось художественное производство, как таковое»[148]. Поэмы Гомера являются результатом неосознанного авторства, но коль скоро у них есть автор, они становятся результатом творчества одного человека. К. Маркс говорил: «Возможна ли “Илиада” наряду с печатным станком и типографской машиной? <…> и вот является “Генриада” взамен “Илиады”!»[149] То, что «Генриада» является произведением конкретного человека, написанным не «в классической форме», – это верно. Однако в народе по-прежнему существуют поэмы, которые передаются из уст в уста, то есть по-прежнему есть все необходимые условия для появления эпических поэм. Поэтому в Средние века в Европе и появилось так много получивших всеобщее признание народных эпических поэм: «Песнь о Нибелунгах» (Германия), «Песнь о Роланде» (Франция), «Песнь о моем Сиде» (Испания). А также такие произведения народов Северной Европы, как «Калевала» (Финляндия), «Старшая Эдда» и «Младшая Эдда» (Исландия) и т. д. Хотя поэмы Гомера и написаны в не совсем «классическом» стиле, но в них все равно присутствует оттенок мифа, в основу сюжета легли значительные исторические события, поэтому их называют эпическими поэмами. Такая же ситуация наблюдается и в китайских героических поэмах, таких как «Гада Мэйрэн», «Песнь о Чжан Сюймэй» и «Хуа Баошань». Благодаря существующей среди национальных меньшинств Китая литературной традиции их по-прежнему можно услышать в народе, это вполне естественное явление [75].
После начала проведения политики реформ и открытости у национальности хань была обнаружена мифологическая поэма «Хэйань чжуань», которая распространялась и в устной, и в письменной форме. Она рассказывает о том, как Земля была отделена от Неба, о Великом потопе и о других историях о сотворении мира. Повествование начинается с историй о первозданном хаосе, о том, как Паньгу отделил небо от земли, как Нюйва создала человека, о трех властителях и пяти императорах и т. д. Общий объем поэмы – более десяти тысяч строк, это учебное пособие народа, которое передается из уст в уста. Хотя произведение и не очень сильное с литературной точки зрения, оно содержит в себе множество мифологических и легендарных сюжетов, а также дает представление о том, как народ (в основном крестьяне и интеллигенция из нижних слоев общества) понимает историю; поэма может предоставить ценную информацию о взглядах древнего народа на исторические события, а также о его мировоззрении.
Поэмы о любви и браке народности хань очень похожи на аналогичные поэмы национальных меньшинств Китая, в форме песни они рассказывают о трагедии брака в феодальном обществе. Так как жестокость феодального правления затронула народность хань сильнее, чем другие национальности, то и любовные трагедии у них еще печальнее. Увидеть это можно в хубэйских поэмах «Чунъян шуанхэлянь» и «У гунян».
«Чунъян шуанхэлянь» – это поэма, которую народный певец сложил, основываясь на реальной истории, произошедшей в 1849 году. В 1954 году издательство «Хубэй жэньминь чубаньшэ» выпустило собранные Сун Цзули и другими материалы о поэме.
Поэма описывает трагедию любви Чжэн Сюин, девушки из уезда Чунъян, и провалившего экзамен обладателя первой ученой степени Ху Саньбао. Их любовь была тайной, а ее символом были два вышитых лотоса, которые стали свидетельством их женитьбы без согласия родителей. Согласно традициям феодального общества, брак по любви, против воли родителей, был страшным преступлением. Поэтому, когда в условиях такого патриархального строя глава рода узнал об этом, их поступок был расценен как «позор для всей семьи и обман предков» – величайшее преступление. Чжэн Сюин была жестоко избита и продана другой семье. Она не смогла выдержать такого унижения и покончила с собой. Ху Саньбао попал в тюрьму, а после, не вынеся всевозможных испытаний, умер. Эта история очень опечалила одного кузнеца, и, пока ковал железо, он придумал пять строчек песни, в которых рассказал ее. Он придумывал и тут же пел, чем больше придумывал, тем больше пел, изливая весь свой гнев в народной песне; тогда песня начала распространяться, передаваться из уст в уста и дополняться, изменяться и становиться все более насыщенной сюжетными перипетиями. Так она постепенно превратилась в прекрасную повествовательную любовную поэму. Поэма обвиняет феодальный строй в жестокости, притеснении свободы брака и уничтожении всего человеческого. Главная героиня поэмы Чжэн Сюин вышла замуж по своему усмотрению, не считаясь с волей родителей; их с Ху Саньбо любовь была проявлением смелости, жестокое избиение и смерть не смогли поколебать их волю: «Кости поломаны, но сердце осталось неизменным, на уме лишь милый сердцу человек». Такая стойкость в борьбе за свою свободу никого не может оставить равнодушным. Гибель прекрасной идеальной любви героини вызывает сочувствие к ней и ненависть к феодальному строю.
Поэма о любви «У Гунян» [76] в форме народных песен Цзяннани распространена в провинции Цзянсу, в районе озера Тайху, который является центром распространения диалекта У. Поэма состоит из более чем трех тысяч строк, в форме песни она рассказывает о трагичной любви У Гунян, пятой дочери в семье, и батрака Сюй Атяня. Эта поэма была популярна в Цзяннани более ста лет назад, при императоре Тунчжи; позже генерал-губернатор провинции Цзянсу Дин Жичан наложил на нее запрет и включил в свой список запрещенных непристойных произведений под названием «Ян Цюда шаньгэ» («Песнь о Ян Цюда»). Ян Цюда, или Ян Цзиньда, – старший брат У Гунян. Его жена, Ла Цзяосинь, – типичный образец помещицы Цзяннани. Она помыкала четвертой (Сы Гунян) и пятой сестрами, как батраками, заставляя их трудиться, жить и есть вместе с рабочими. Но когда пятая сестра и батрак Сюй Атянь полюбили друг друга, она еще больше разозлилась. Продала Сы Гунян в Гуандун и часто просила, чтобы Ян Цзиньда избил У Гунян. Кроме того, злоупотребляя своим положением, Ла Цзяосинь стала приставать к Сюй Атяню, но получила отказ и прогнала его, а У Гунян заставила пойти на мельницу и там покончить с собой. Но в тот момент, когда девушка пыталась наложить на себя руки, внезапно появилась ее четвертая сестра, которая пришла издалека, спасаясь от опасности и прося милостыню. Она спасла свою младшую сестру, а после помогла ей и Сюй Атяню скрыться на одном из островов озера Тайху. Когда эти двое скрылись, Сы Гунян подожгла маленькую хижину у мельницы и себя вместе с ней, чтобы старший брат и его жена подумали, что это У Гунян покончила с собой, и не стали бы ее разыскивать. Через три года, когда У Гунян и Сюй Атянь наладили спокойную жизнь на острове в озере Тайху, девушка решила отправить Сюй Атяня за сестрой. Ян Цзиньда обвинил его в поджоге и отправил к местным властям, чтобы те взяли его под стражу. Сюй Атянь не вынес мучений и умер; когда У Гунян приехала в Сучжоу и увидела его мертвым, то сама спрыгнула в реку.
Поэма «У Гунян» отлично передает атмосферу области Цзяннани, богатой водоемами, а также восхваляет чистую любовь, разоблачает невежество общества, воспевает подвиг четвертой сестры, которая пожертвовала собой, чтобы спасти других,