Название: «Кэвершемские высоты», UK, 1976, 90000 слов. Жанр: Детектив.
Книжная операционная система: КНИГА 7.2. Зараженность граммазитами: 1 (одна) угнездившаяся пара скобкусов (защищено). Сюжет: Обычный детектив со стереотипным главным персонажем Джеком Шпроттом. Место действия — Рединг (Англия). Сюжет (по состоянию на данный момент) развивается вокруг наркобарона, который намерен вторгнуться в стабильный подпольный мир Рединга. Стандартный и ничем не примечательный роман. В «Кавершемских высотах» представлены все худшие стороны графоманства. Ходульные персонажи, неубедительное описание работы полиции и развитие сюжета со скоростью улитки. Рекомендации: Непубликабелен. Предлагается разобрать книгу на запчасти при первой же возможности. Текущее состояние: Ожидается отчет инспекции Совета жанров с последующим уничтожением романа.
Утром я объяснила иббу и оббу основы приготовления завтрака. Мне удалось втолковать им, что хлопья обычно подают до бекона с яйцом, но тосты и кофе определенной очередности не имеют. Они никак не могли взять в толк, почему джем подают почти исключительно к утренней трапезе. Только я принялась расписывать, что бывает, если заляпать пальцы яйцом, как на коврик упал номер «ЖАБа». Единственной новостью была статья о какой-то связанной с наркотиками бандитской войне в Рединге. Это являлось частью сюжета «Кэвершемских высот» и напомнило мне о необходимости рано или поздно, и скорее раньше, чем позже, надеть маску Мэри, поскольку это предусматривалось Программой по обмену персонажами. Я еще раз внимательно прочла краткое содержание, хорошенько усвоив разбивку сюжета по главам, хотя никакого намека на диалоги или последовательность моих действий там не содержалось. Мне недолго пришлось это обдумывать, поскольку в дверь постучали и внутрь ворвался очень возбужденный человек с папкой в руках.
— Мисс Нонетот?
— Да?
— Моя фамилия Уайетт.
— Уайт?
— Да не Уайт, а Уайетт! У-АЙ-Е-ТТ!
— Чем могу быть полезна?
— Вы можете перестать просиживать штаны и двинуться в Рединг, вот что вы можете!
— Так я и…
— Не понимаю, какого черта типы из Программы по обмену считают, будто это каникулы такие! — с неприкрытым раздражением выпалил он. — По-вашему, из-за того, что над нами последние десять лет висит приказ об упразднении, здесь можно баклуши бить?
— Уверяю вас, мне подобное и в голову не приходило! — ответила я, пытаясь утихомирить второстепенного персонажа, который взялся меня застроить. Из книги я знала, что на самом деле он не представляет собой ничего, кроме голоса в телефонной трубке.
— Я тотчас же берусь за дело, — сказала я, надевая плащ и направляясь к машине Мэри. — Адрес вызова?
Он протянул мне листок бумаги и еще раз напомнил об опоздании.
— И никакой отсебятины! — напоследок добавил он.
Я пообещала блюсти чистоту авторского замысла и порысила по зеленой лужайке к машине Мэри.
Неторопливо въезжая в Рединг, я пересекла трассу М4, такую же загруженную, как и дома. Мне постоянно приходилось ездить по этому шоссе из Суиндона в Лондон. И только на развилке у Барфилд-роуд до меня дошло, что на дороге-то всего с полдюжины марок автомобилей. Первой машиной, привлекшей мое внимание к этому странному феномену, оказался большой белый фургон с надписью «Пемзс — средства по уходу за ногами». За минуту их набралось целых три, все с одинаковыми водителями в синих комбинезонах и кепках. Другим наиболее распространенным автомобилем был красный «фольксваген-жук» с молодой женщиной за рулем, затем потрепанный «моррис-марина», управляемый пожилым джентльменом. По дороге к месту первого в «Кэвершемских высотах» убийства я успела насчитать сорок три белых фургона, двадцать два красных «жука» и шестнадцать абсолютно одинаково потрепанных «моррисов», не считая нескольких зеленых «форд-эскортов» и парочки белых «шевроле». Это свидетельствовало о явной внутритекстовой ограниченности, но не более того, поэтому я быстренько припарковалась и пробежала глазами указания Мэри, дабы еще раз убедиться, что запомнила все как надо. Затем глубоко вздохнула и направилась к обтянутому стоп-лентой месту преступления. Несколько полицейских в форме уже слонялись поблизости. Я показала им свое удостоверение и поднырнула под надпись: «Полиция. Проход закрыт».
Прямоугольный двор — пятнадцать футов в ширину и около двадцати в длину — окружала кирпичная стена, покрытая растрескавшейся и местами осыпавшейся штукатуркой. Всю сцену осенял большой белый тент с надписью «УБОП», а рядом с любовно выписанным трупом стоял на коленях судмедэксперт и что-то наговаривал в диктофон.
— Привет! — послышался рядом веселый голос.
Я обернулась и увидела крупного мужчину в макинтоше. Он улыбнулся мне.
— Сержант уголовной полиции Мэри, — послушно отрапортовала я. — Переведена сюда из Бэйсингстока.
— Пока можете вообще не напрягаться, — улыбнулся он. — Сейчас повествование касается только Джека. Он встречается с офицером Тиббит. Я инспектор Бриггс, ваш добрый и давно страдающий от безответной любви босс. Раздражительный и вспыльчивый, но в душе всегда готовый помочь. Я как минимум разок отстраню Джека от расследования, прежде чем роман закончится.
— Как поживаете? — пролепетала я.
— Замечательно! — воскликнул Бриггс, с благодарностью пожимая мне руку. — Мэри сказала мне, что вы из беллетриции. Это правда?
— Да.
— А нет ли каких известий насчет того, когда к нам нагрянет инспекция Совета жанров? Хорошо бы узнать заранее.
— Совет жанров? — переспросила я, не желая обнаружить прискорбное невежество. — Прошу прощения, я в Книгомирье недавно.
— Так вы потусторонница? — изумленно вытаращился на меня Бриггс. — Здесь, в «Кэвершемских высотах»?
— Да, — призналась я, — мне…
— Расскажите, — перебил меня Бриггс, — а на что похожи волны, когда они разбиваются о берег?
— Кто тут потусторонник? — эхом отозвалась судмедэксперт, индианка средних лет, внезапно вскочив на ноги и внимательно уставившись на меня. — Вы?
— Д-да.
— Я доктор Сингх, — представилась женщина, горячо пожимая мне руку. — Прозаична, начисто лишена чувства юмора, люблю кошек и котофилов, не терплю идиотов, но порой меня пробивает на теплые чувства. Скажите, я хоть чуточку похожа на настоящего судмедэксперта?
— Конечно, — ответила я, припоминая ее краткое книжное описание.
— Понимаете, — объяснила она, — я никогда в жизни не видела настоящего судмедэксперта и не очень понимаю, что мне делать.
— Вы прекрасно справляетесь, — заверила я ее.
— А я? — подхватил Бриггс. — Как думаете, мне следует и дальше развиваться как персонажу? Я похож на настоящих людей, с которыми вы дружите? Или я немного… плоский?
— Н-ну… — замялась я.
— Так я и знал! — горестно воскликнул он. — Все дело в волосах, да? Думаете, надо покороче? Или подлиннее? А как насчет какой-нибудь причуды? Я учился играть на тромбоне — ведь это необычно, правда?
— Тут говорят, что в книге потусторонник? — вмешался полицейский, один из двух только что вошедших во двор. — Я безымянный полицейский номер один, а это мой напарник, безымянный полицейский номер два. Я могу спросить насчет Той Стороны?
— Конечно.
— В чем соль «супа с буковками»?
— Не знаю.
— А вы уверены, что вы с Той Стороны? — с подозрением спросил он. — Тогда скажите мне, почему нет единственного числа у слова «скампи»?[3]
— В точности сказать не могу.
— Вы не с Той Стороны, — печально резюмировал безымянный полицейский номер один. — Стыдитесь, вы ведь подаете нам ложные надежды!
— Ладно, — ответила я, прикрывая рукой глаза, — я докажу вам. Говорите со мной по очереди, но без авторских ремарок.
— Отлично, — воодушевился безымянный полицейский номер один. — Кто это говорит?
— А кто сейчас говорит? — добавила доктор Сингх.
— Я же сказала — без ремарок! Еще раз.
— Это труднее, чем вы думаете, — вздохнул безымянный полицейский номер один. — Ладно, поехали.
Воцарилось молчание.
— Кто это говорит?
— А кто это говорит?
— Сначала говорила миссис Сингх, потом безымянный полицейский номер один. Я угадала?
— Невероятно! — прошептала миссис Сингх. — Как вы это делаете?
— Я различаю вас по голосам.
— Правда? А вы знакомы с кем-нибудь из издателей?
— Ни с кем полезным. Мой муж писатель, точнее, был писателем, но его знакомые сейчас даже не узнают меня. Я офицер ТИПА и мало что понимаю в современной беллетристике.
— ТИПА? — заинтересовался безымянный полицейский номер два. — Это еще что?
— Видите ли, нас хотят разобрать на запчасти, — перебил его Бриггс. — Если мы не найдем издателя, нам конец.
— Нас разберут по буквам, — шепотом добавил безымянный полицейский номер один, — и бросят в Текстовое море, а у меня жена и двое детей — по крайней мере, в предыстории моего персонажа они есть.
— Не в моих силах помочь вам, — сказала я, — я ведь даже не…
— Быстро по местам! — вдруг рявкнул Бриггс.
Меня аж подбросило от неожиданности. Судмедэксперт и безымянные стражи порядка поспешили занять свои места в ожидании Джека, который, как я слышала, разговаривал с кем-то в доме.
— Удачи, — уголком рта пожелал Бриггс и знаком велел мне присесть на низкую оградку. — Если что забудете, я подскажу.
— Спасибо.
Инспектор Бриггс сидел на низкой ограде рядом с женщиной-полицейским в штатском, которая, не поднимая головы, деловито строчила что-то в блокноте. При появлении Джека Бриггс встал и откровенно посмотрел на часы. Джек сразу принялся оправдываться. Как он вскоре понял, это было ошибкой.
— Простите, сэр. Явился, как только смог.
Бриггс что-то проворчал и показал на труп.
— Похоже, огнестрел, — мрачно сказал он. — Нашли сегодня в восемь сорок семь утра.