Аля же, напротив, чувствовала себя полной идиоткой. Она кое-как сохраняла равновесие, но нога подворачивались, их приходилось больно и неудобно напрягать. Ко всему прочему, она побоялась сдавать сумочку в камеру хранения, а тем более оставлять ее на скамейке. Кататься пришлось, держа сумку на плече и прижимая ее к боку. При этом Аля сама себе напоминала фронтового почтальона, который короткими перебежками пробирается на передовую, боясь растерять письма и попасть под обстрел.
Народу в этот выходной день было много, и сначала они отстояли в бесконечной очереди за коньками. Аля пыталась под шумок ретироваться в ближайший бутик и там случайно потеряться, но очередь на каток оказалась слишком долгой. Она успела померить несколько пар атласных штанов и кожаных курток с мехом, перебрать пеструю бижутерию, которую не понимала и не любила, а Лешка с Юлькой только получили в прокате коньки и ждали ее на скамеечке. Але волей-неволей пришлось принять участие в этом позорище.
Все вокруг ужасно веселились, дети в пластиковых касках и наколенниках шныряли под ногами, как муравьи, молодежь носилась широкими зигзагами, ничего не замечая на своем пути, какие-то спортивные старички не спеша накручивали круги по периметру, девушки визжали, заглушая сумбурную музыку. Вдобавок каток располагался в самом центре огромного мегамолла, и гуляющая толпа с удовольствием таращилась на конькобежцев. Аля была уверена, что народ смотрит только на нее и потешается над ее неуклюжими попытками не грохнуться на лед, не попасться под ноги лихачам и не уронить с плеча сумку.
Кое-как она сделала один круг и остановилась передохнуть, прислонившись к бортику. Но тут налетели Леша с Юлькой, с хохотом вытянули ее в центр катка и там бросили. Ковыляя к спасительному бортику, Аля столкнулась с ошалелым подростком и получила чувствительный удар в бок. На этом ее терпение кончилось. Аля сняла несчастные копыта и отправилась в дорогую, а потому сравнительно безлюдную кофейню, чтобы в тишине обдумать рассказ о злополучном походе на каток.
Он был представлен публике на ближайшей же тусовке в ресторане «Экспедиция» и имел заслуженный успех. Аля наконец восстановила свое реноме несравненного рассказчика. Даже Рыжий улыбался, а Юлька и Ванька Нарышкин, которых по случаю каникул взяли с собой, просто сползали под стол от смеха.
Антонов улыбаться-то улыбался, но не собирался сдаваться. Дома он пристроился на диване, посадил Юльку на колени и начал рассказывать, что теперь они все вместе будут ездить куда-нибудь каждый выходной и заниматься спортом, и мама станет такая тренированная и выносливая, что все только позавидуют. Аля в это время пыталась отвоевать себе пространство для смотрения телевизора и с ностальгией вспоминала те дни, когда Рыжий пропадал в казино, пил пиво с друзьями либо вообще развлекался неизвестно где неизвестно с кем. Юлька тихо возилась у себя с куклами и папиным компьютером, и никто, никто не мешал Але жить своей жизнью.
Она вдруг представила себя участницей женского телевизионного ток-шоу: «Муж терроризирует меня своим вниманием». А что, удачная идея. Может, позвонить в какой-нибудь «Женский вопрос»?
Алю очень уговаривали принта на ток-шоу самой. Телефонная тетенька с русалочьими интонациями профессиональной соблазнительницы говорила, что муж, увидев и услышав ее на экране, многое поймет и их проблемы могут тут же благополучно разрешиться. А подруга Терехина сказала, что Алин талант наконец проявится в полную силу и все будут так очарованы, что дадут ей делать собственную передачу.
Аля знала, что для собственной передачи нужны совсем другие таланты. Они у нее, может, и есть, но она их не использует. А решать свои проблемы на глазах у миллионов зрителей ей совсем не хотелось. Тем более что проблема лежала на более глубоком, можно сказать, генетическом уровне, и решить ее могла бы только доктор Ребекка Моррис. А может, и ей это не под силу. Кстати, давно уже пора ей написать, но писать Аля не любила просто патологически. Иначе она давно бы уже стала писателем.
Итак, она отказалась выступать в программе лично и просто подарила телевизионщикам свою телегу. Тему сделали в ток-шоу главной, хотя сформулировали несколько иначе: «Куда деваться от любви?».
Получив решительный отпор, русалка-соблазнительница про Алю забыла, и она чисто случайно наткнулась на анонс своей передачи в газете. Тема «Куда деваться от любви?» оказалась такой актуальной и животрепещущей, что ее поставили в программу уже через две недели.
Главную героиню, то есть Алю, изображала пышная брюнетка с длинными ресницами и полуобнаженным бюстом, отороченным черными кружевами. Видимо, создатели ток-шоу постарались подобрать женщину такого типа, которой по жизни некуда деваться от любви.
Звали знойную девушку Полина.
От Алиной легенды в ток-шоу мало что осталось. Прежде всего там появился новый персонаж — бывший муж, который преследовал Полину объяснениями в не иссякшей после развода нежности. Его изображал длинный нескладный парень с гнусавым голосом. Действующий муж был крепким, уверенным в себе мужичком с залысинами. Он делал вид, что не понимает, зачем его позвали, и что все для него абсолютная новость.
— Чего, чего тебе в жизни не хватает? — искренне вопрошал он Полину, на что она надрывно отвечала:
— Павел, мне хватает всего! Я прошу, чтобы ты, наоборот, перестал меня душить своими знаками внимания!
Эта фраза была почти из Алиного рассказа.
— Я душу тебя? Я не понимаю! — горячился Павел. — Шубы, драгоценности, рестораны, какие хочешь курорты — и это называется: я тебя душу?
— Да, — по-пионерски убежденно отвечала девушка.
— Да? — глупо повторил муж Павел.
Оба они замолчали, видимо, забыли текст. Наконец Полина неуверенно сказала:
— Я хочу, чтобы ты дал мне немножко свободы. Чтобы не требовал каждую минуту быть рядом. Я хочу хотя бы в магазин пойти сама.
— Ну, иди, — ответил ей мужчина, окончательно сбившись.
Полина сделала нервное движение, будто собиралась сразу же пойти в магазин. Ведущая предостерегающе заерзала, и Полина осталась на месте.
— Может быть, корень ваших проблем лежит в предыдущем браке? — проворковала ведущая. — Давайте послушаем Ивана.
Иван изображал своего тезку Дурака из народных сказок.
— А что? У нас все было в порядке, — пробурчал он. — Я до сих пор не понимаю, чего она ушла.
— Я ушла, потому что ты считал меня вещью, которая все время должна лежать на своем месте, — оскорбленно ответила Полина. Сказано было удачно, и публика захлопала.
Иван не нашел, что ответить. Как потом догадалась Аля, безмозглая Полина все перепутала и бросила первому мужу реплику, которая предназначалась для второго.
— И ты смотрел на меня такими обожающими глазами, что это невозможно было вынести, — добавила она.
К этому моменту Але пришлось признать, что актриса на ее роль все же выбрана удачно. Даже путая и перевирая текст, Полина произносила его так четко и самоотверженно, что зрители ей верили.
Некоторое время герои вяло препирались, и к Але это уже не имело никакого отношения. Речь шла то о подарках, которыми заваливали Полину мужья и которые ей совсем не нравились, то о невозможности общаться с подругами и мамой. И вдруг ведущая, известная и всегда симпатичная Але актриса, ласково посмотрела в глаза зрителям и спросила:
— Полина, а вы когда-нибудь любили сами?
— Да, — бойко ответила актриса и захлопала длинными ресницами.
— Вы знаете, мне почему-то кажется, что вы любили человека, который был к вам равнодушен. Может быть, не совсем равнодушен, но он часто пренебрегал вами. Я угадала?
— A-а… Да, наверное, вы правы, — промычала Полина.
Аля поняла, что ведущая просто помнит фабулу лучше всех остальных участников и теперь пытается вернуть их на путь истинный.
— Но это было давно! В ранней юности! — выкрикнула Полина. Видимо, у нее в памяти всплыли слова, которые обязательно надо сказать.
— А сейчас мы попросим прокомментировать проблему Полины психолога Эрнеста Эверестовича Пименова, — обрадовалась ведущая. Наконец-то все пошло, как надо.
Психолог Эрнест Эверестович заполнил собой весь экран. Он был массивный, широколицый, бородатый и напоминал медведя, которого одели в очень хороший костюм и посадили в кресло. И он говорил только с Алей, с ней одной.
Во всем виноват стереотип, который сложился у нее в ранней юности из-за неразделенной первой любви. Этот стереотип, этот неудачный опыт научил бедную женщину, что любовь — борьба, игра в догонялки, преодоление трудностей. Когда отношения с мужчинами даются легко, это не приносит ей удовлетворения. Так некоторые люди не насыщаются мягкой пищей, им надо обязательно жевать, напрягать челюсти, иначе они остаются голодными.
— Вы считаете, что опыт первой любви у Полины был неудачным? — мягко спросила ведущая.
— Конечно, неудачным! — отрезал психолог. — Ведь теперь он мешает ей строить отношения с мужем.
— С мужьями, — игриво поправила ведущая.
— Тем более с мужьями. Вы видите, женщина не может ни с одним мужчиной создать нормальную семью.
Показали Полину. Она сидела, опустив глаза, и разглядывала свои ногти. Мужья угрюмо смотрели в разные стороны.
— А может быть, надо, чтобы Павел вел себя как-то по-другому? Например, заставил Полину ревновать. Не уделял бы ей столько внимания. Больше бы занимался своими делами, уезжал из дома, — задумалась ведущая.
«Ну, вот и я о том же! — про себя воскликнула Аля. — Вся и беда-то в том, что он не хочет вести себя по-другому!»
— Что вы на это скажете, Павел? — вкрадчиво спросила ведущая.
— Я могу попробовать, — ответил мужик с залысинами. В его голосе звучала вполне натуральная досада — наверное, ему меньше других заплатили за участие в передаче. — Честно говоря, Полина так меня обидела этими претензиями, да еще и выставила нашу личную жизнь на всеобщее обозрение… Так что я не знаю, как теперь буду к ней относиться.