– Ну так запрыгивай в машину. Я тебя подвезу.
Дональд не колеблясь сел на пассажирское сиденье. Поскольку беседа переключилась на девчонок, Джон поинтересовался, есть ли у Дональда опыт в сексе – тот сказал, что пока нет. Дальше они заговорили о «взрослых фильмах».
– Отец говорил, он видел парочку на вечеринках МТП, – подмигнул Вурхис.
Джон не стал отпираться:
– Да, было такое. Я их храню у себя дома. Может, хочешь посмотреть? Тебе пора бы знать о сексе и всем таком.
– Хм… раньше я их не смотрел. А можно?
– Но ты ничего не скажешь отцу?
– Нет. Я же не дурак.
– Тогда поехали ко мне, – заключил Джон.
В подвале у него был установлен проектор. Джон включил мальчику фильм и, пока тот с открытым ртом таращился в экран, поднялся наверх и сделал себе сандвич. К концу фильма он снова спустился в подвал – на экране какая-то девица скакала верхом на парне. Когда пленка оборвалась, Дональд повернулся к Джону:
– Да уж… Это было познавательно.
От последних кадров фильма Джон немного возбудился и спросил, не разговаривает ли отец с ним о сексе. Дональд ответил, что нет. Джон залюбовался его светлыми волосами в электрическом освещении, блестящими глазами и широким размахом плеч. Мальчик выглядел таким чистым и невинным! Джону показалось, что Дональд тоже возбужден.
– У тебя стоит? – спросил он, словно ныряя в глубокую воду с вышки.
Дональд смутился, но Джон ему объяснил, что взрослые фильмы для того и нужны, чтобы от них возбуждаться. Ему казалось, что мальчику тоже хочется «разрядить обойму».
– Слыхал про отчеты Кинси? Они показывают, что большинство мальчишек в твоем возрасте имеют однополые контакты. Это не делает их педиками. Через такое все мужчины проходят, – продолжал Джон. – Занимаются сексом с парнями, прежде чем заняться сексом с девчонками. Это научные данные, все официально. Можешь почитать при случае. Если два парня хотят секса, а девчонок рядом нет, они помогают друг другу.
Джон продолжал что-то бормотать про отчеты Кинси, придвигаясь к мальчику все ближе. Он расстегнул ремень на его джинсах, потянул вниз молнию на ширинке, нащупал набухший член и взял его в рот. Хотя Дональд и делал вид, что напуган и растерян, кончил он довольно быстро. Теперь была очередь Джона. Но мальчишка начал сопротивляться.
– А на вкус оно как? Противно? – скривился он, косясь на Гейси.
– Ничего подобного. Просто как палец. Попробуй – сунь свой большой палец в рот.
Дональд послушался. Медленно вытащив палец у него изо рта, Джон сунул туда свой член. Мальчик судорожно сглотнул, попытался отвернуться, и Джон решил действовать по-другому. Он предложил Дональду деньги – пять долларов. И получил согласие.
После этого они еще несколько раз встречались и Дональд делал Гейси минет. Однако цена на него росла, а потом Вурхис пригрозил рассказать обо всем отцу, если Гейси не заплатит ему триста долларов. Возможно, он и заплатил бы – к тому времени его годовой доход составлял двадцать тысяч долларов, и такая сумма не являлась проблемой, – но возникли новые обстоятельства.
В августе того же года Эдвард Линч, шестнадцати лет, подрабатывавший уборщиком в ресторане KFC, которым управлял Джон, на углу Бродвея и Парк-роуд, закончив смену, собирался домой, и Гейси предложил его подвезти. По пути ему понадобилось остановиться у другого ресторана, а еще у своего дома – Мэрион снова отсутствовала. Линчу он тоже предложил посмотреть взрослые фильмы и выпить по пиву. Он проводил мальчика в подвал, где они выпили и поиграли в бильярд. Гейси ставил по пятьдесят центов на каждую партию; для Линча, зарабатывавшего 85 центов в час, это была немалая сумма. Мальчик все время выигрывал, и Джон поднял ставку до доллара. После очередного поражения он предложил сыграть на минет. Линч ответил, что это его не интересует.
Джон вспомнил про отчет Кинси, а еще нафантазировал, что участвует в важном научном исследовании, посвященном сексу. Принялся убеждать мальчика, что секс между мужчинами – это совершенно нормально. Больше он на минете не настаивал, но подвел к тому, что проигравший должен будет исполнить желание победителя. Поскольку Линч до этого только выигрывал, предложение его устроило.
Линч снова победил, и Джон спросил его, чего он хочет.
– Деньги, – сказал Линч.
– Я бы лучше тебе отсосал, – ответил Гейси.
– Не надо, – отказался мальчик. Он понимал, что должен быть осторожен – все-таки перед ним его босс. – Ничего не надо, просто забудьте об этом.
Гейси не настаивал. Он включил проектор и запустил один из своих «взрослых фильмов». Когда кино закончилось, предложил мальчику подняться на кухню, а там схватился за нож.
– Видишь это? – спросил он с угрозой. – Сейчас же топай в спальню.
Линч отступил на несколько шагов по узкому коридору; Гейси надвигался на него с ножом в руке. Линч оказался в спальне, Джон занес нож над ним, и мальчик схватил его за запястье. Пошатнувшись, они упали на кровать. В падении Гейси поранил Линчу руку. Мальчик был достаточно силен для своих лет, весил почти восемьдесят килограммов и сумел перевернуться, свалив с себя Джона. Он дважды ударил его кулаком, и Гейси уронил нож. Тяжело дыша, он попросил мальчика включить свет, а потом начал извиняться за то, что порезал его, – вроде бы нечаянно.
Порез был пустяковым; Гейси торопливо достал из аптечки пластырь и залепил ранку. Он извинялся так искренне, что Линч поверил – они просто в шутку боролись, и никакая опасность ему не угрожала. Тем не менее он хотел поскорее уйти из этого дома. Джон же предлагал посмотреть еще один фильм – в знак примирения. Линч, хотя и неохотно, снова пошел за ним в подвал.
Фильм был коротким, но пока Линч его смотрел, Джон принес из подсобки цепь и навесной замок.
– Дай-ка я кое-что попробую, – сказал он Линчу.
Мальчик заподозрил неладное, но перед ним был его начальник, и он не знал, как выйти из ситуации.
– Лучше не надо, – ответил Линч.
– Да ладно, ничего я тебе не сделаю. Заведи руки за спину.
– Нет.
– Не бойся ты! Ну же, давай!
Линч уступил. Он завел руки за спину, и Джон сковал их цепью с замком.
– Крепко держится? – спросил Гейси. – Освободиться можешь?
– Не могу.
У мальчика потемнело в глазах, он пытался скинуть Гейси с себя и не мог. Он перестал отбиваться, и Гейси немного ослабил хватку, но еще какое-то время продолжал душить его.
Гейси толкнул Линча на диван, а сам уселся на него верхом. Тот изо всех сил боднул его головой и вскочил. Гейси с трудом поднялся с пола и скрылся в подсобке, откуда только что принес цепь. Он появился оттуда со складной каталкой, которую начал раскладывать. Потом двинулся к Линчу.
– Не подходите! – воскликнул тот. – И сейчас же снимите цепь.
– Сниму-сниму, – закивал Гейси.
Он подошел к мальчику со спины, притворяясь, что хочет отпереть замок, но вместо этого толкнул Линча лицом на диван. Схватил его за шею обеими руками и начал душить. У мальчика потемнело в глазах, он пытался скинуть Гейси с себя и не мог. Ему казалось, что он умирает. Он перестал отбиваться, и Гейси немного ослабил хватку, но еще какое-то время продолжал душить его.
Линч то проваливался в темноту, то приходил в себя. Он обмочился и решил, что это конец. Его смерть пришла. В следующий момент его перевернули на бок. Цепь с рук упала; он с усилием вдохнул. Мальчику не сразу удалось подняться.
– Ты в порядке? – встревоженно спросил его Гейси. Как будто это не он только что его душил! Линч двинулся на Джона с кулаками, и тот опять начал извиняться.
– Лучше отвезите меня домой, – сказал Линч.
– Конечно, я тебя отвезу. Ты уж прости, я ничего такого не хотел. Мне очень жаль, честное слово.
На следующий день Эдварда Линча уволили из KFC.
Джон Гейси не знал, что Линч и Вурхис – приятели и учатся в одной школе. Через несколько месяцев они поделились друг с другом тем, что с ними произошло. А в марте 1968-го Вурхис рассказал отцу, что к нему приставал кандидат на пост президента МТП Ватерлоо.
10 мая 1968 года полицейские явились в дом на Фейрлейн-стрит и арестовали Джона Гейси за содомию.
Сначала Гейси отрицал все обвинения и настаивал на том, чтобы пройти проверку на детекторе лжи. Проверку провели – на все вопросы о сексуальных действиях в адрес Дональда Вурхиса Гейси отвечал отрицательно. В это время полиграф регистрировал у него повышение артериального давления, учащение пульса и активное потоотделение. Проверка показала, что Джон Гейси лжет. Ему было предъявлено официальное обвинение.
Несмотря на проверку на полиграфе, Джон продолжал утверждать, что невиновен. Линч, мол, просто мстит ему за увольнение, а Вурхиса отец использует в своих политических махинациях с целью не допустить избрания Гейси президентом МТП. Его подставили, это же очевидно.
Чарльз Хилл, действующий президент, поверил ему. Многие в палате считали обвинения абсурдными. Гейси служил в десантных войсках, язвительно насмехался над «педиками» и похвалялся тем, скольких женщин «завалил». Он устраивал вечеринки с проститутками. Зачем ему сдались мальчишки?
Джона отпустили под залог в ожидании суда, и, находясь на свободе, он был провозглашен человеком года в МТП Ватерлоо. Звание означало, что друзья поддерживают его. Вдохновленный этим, Джон решил пройти детектор лжи еще раз. И снова неудачно – даже хуже, чем при первой попытке. «Единственный раз, когда Гейси сказал правду, – смеялись в офисе окружного прокурора, – была его фамилия».
Гейси решил изменить показания и сообщил следствию, что подсадил мальчика к себе в машину, потому что хотел попробовать однополый секс «из чистого любопытства». Вурхис заломил цену – сорок долларов за минет, – но в конце концов они сошлись на пятерке. После этого Вурхис сам заходил к нему несколько раз, и Джон всегда ему платил.
Сам Вурхис заявлял, что Гейси заманил его к себе в подвал, заставил заняться оральным сексом, после чего пытался совершить с ним анальный половой акт. Иными словами, речь шла об изнасиловании. Однако пока что это были слова мальчишки против слов взрослого мужчины, бизнесмена, влиятельного и популярного в городе. Если бы Вурхис изменил показания или не явился на суд, Гейси признали бы невиновным. Надо было как-то избавиться от него, и Гейси придумал план.