– Все животные до человека ходили на четырех лапах. А ходить прямо ужасно неудобно. С точки зрения гравитации – просто абсурдно. И рожали самки животных – раз, и готово. А прямоходящей человеческой женщине – мука мученическая. И совершенно очевидно, что скоро наступил бы момент, когда человеческая самка при большом мозге сложила бы два и два и отказалась бы совокупляться, плюнув на инстинкт продолжения рода. Если бы не что? Если бы не крошечный пенис, который ей дали, компенсируя прямохождение, чтобы она могла получать от соития удовольствие. Самки животных-то оргазма не испытывают. Но этот маленький пенис дает удовольствие не автоматически и не каждый раз. Почему? Самке человека нужно самой потрудиться, чтобы получить это удовольствие. Сваливают все на самца только ленивые и безответственные самки. Наслаждение приходит, если сама самка сильно старается. Для чего нужно, чтобы она старалась и получала наслаждение? Для того, чтобы угодить себе и чтобы угодить самцу. Ну, себе – понятно. Компенсация за болезненные роды. А что касается самца, то ничто, как известно, так не поднимает человеческого самца в собственных глазах, как сознание того, что он хороший любовник. И за это человеческий самец гораздо сильнее привязывается к самке, которая получает удовлетворение от соития с ним, чем к той, которая ничего с ним не чувствует.
А зачем нужна его привязанность? Для укрепления моногамии. А зачем нужна моногамия? Для укрепления семьи в ее человеческом виде. Зачем нужна крепкая семья? Чтобы родители совместно долго заботились о потомстве. А почему нужно делать это долго и совместно? Потому что у человека очень длинное детство. И качественное потомство вырастает только в полных любящих гетеросексуальных семьях. А во всех других – с гнильцой. А почему у человека такое длинное детство и оно все удлиняется? Сегодняшние 26-летние – как 21-летние пятнадцать лет назад. А детство удлиняется из-за возрастающего объема необходимой для усвоения информации. Что означает все это вообще? Что человек в момент своего появления был запрограммирован на прогресс.
– Кем? – хором спросили подруги.
– Вот в этом-то и вопрос. Который опять-таки упирается в прямохождение.
– Поясни.
– Зачем на планете Земля прямоходящие, если ходя щим на четвереньках жить здесь в сто раз легче? Люди не пойми почему должны ходить на двух ногах, смотреть вперед и вверх, а не вниз, чтобы не споткнуться, все черты лица сосредоточены на 20 процентах поверхности головы, тогда как у обезьяны – на 60 процентах. Как будто люди должны были быть непременно на кого-то похожи, имитировать что-то, что уже существовало раньше, не являлось белково-углеродным по химическому составу и не функционировало в условиях гравитации. Что это было – не знаю, но умысел и последовательность действий отчетливая и логичная.
– Ты имеешь в виду инопланетян или ангелов? – спросила Оля.
– Не будем углубляться в эту тему.
– Погоди-погоди, – вмешалась Настя. – Человек за программирован на прогресс. А кто его запрограммировал?
– Природа, – ответила Юля, – кто же еще.
– Тогда получается, что природа запрограммировала автомобили, компьютеры и свою собственную гибель от экологической катастрофы? – Настя хотела выяснить все до конца.
– Я же говорю, не стоит углубляться, вопрос не имеет ответа, – попыталась закончить разговор Люся.
– Получается, что заниматься сексом – совсем не гре х, – подытожила Оля, – получается, что в браке не просто не грех заниматься сексом, получается, что грех – плохо, халтурно заниматься сексом, потому что тем самым отвращаешь от себя своего супруга, разрушаешь семью, портишь жизнь детям.
Люся наполнила всем тарелки еще раз.
– Люсь, а как ты испытала оргазм в первый раз? – спросила Настя, опасаясь в ответ гневной отповеди, а то и оплеухи.
– Хм, я расскажу, только если и вы все тоже расскажете.
– Ладно, – ответила Юля, – я согласна.
Оля кивнула и задумалась. Очевидно, прикидывала, что считать первым разом.
– Вы не поверите, – начала Люся, – но первым моим любовником был кот.
– Кот? – поразилась Настя. – Но у котов же крошечные письки.
– А кто говорил хоть слово про письку. Я все время сидела дома. Школа – дом, потом консерватория – дом. Я ужасно боялась заболеть или забеременеть, просто панически, и решиться на отношения не могла. Боялась родителей, особенно бабушки, она, царствие ей небесное, была жуткой фарисейкой и пугала меня мужчинами до икоты. Так что спала я с котом. Однажды, чтобы хоть как-то разобраться в этом вопросе, я намазала клитор валерьянкой. Правда, не учла, что валерьянка на спирту, щипало сильно. Но милый друг кот Васька проявил энтузиазм. Ощущение я запомнила на всю жизнь. С мужчинами так хорошо мне не было никогда.
– Мда-а… – протянула Юля.
– А ты, Юль? – продолжала расспросы Настя.
– Ну, моя история попроще. Хотя антураж живопис нее. Я не всегда была отъявленным ботаником, был один год в моей жизни, еще в школе, когда я пустилась во все тяжкие. Стремилась, типа, к самоуничтожению. Так вот однажды во время одной из бесконечных пьянок-гулянок в сквоте недалеко от Невского я отрубилась. Подруга, с которой мы туда хаживали, кинула меня, ушла домой. Проснулась я оттого, что на меня кто-то, пардон, залез. Открываю глаза – надо мной нависает нечто чудовищное. Страшный разрисованный мужик. Тогда татуировки и пирсинг еще были в новинку, шокировали. Я его видела раньше, но никогда не разговаривала. Испугать меня вообще-то было трудно, опыт я уже к тому времени прикопила всякий. Собственно, ничего противозаконного с точки зрения нравов этого сквота и подобных вечеринок он не делал. Отрубившаяся девица – законная добыча всякого желающего. Но до чего он был ужасен! У него язык раздвоенный, разрезан, чтобы был как у змеи, – жуть. И он, представляете, наклоняется, и эти кончики языка мне в ноздри запускает. Все это, как вы понимаете, ответному желанию с моей стороны никак не способствовало и даже совсем наоборот. И только я собралась завизжать со всей дури, как он мягким интеллигентным голосом говорит: «Не бойтесь, милая барышня, вам понравится, даю вам слово чести». Клянусь, именно так и сказал. Я от такой старорежимной вежливости аж обалдела. Жду, что будет.
Снимает штаны, а у него лобок у самого основания пениса весь в пирсингах – несколько колечек разной ширины. Член разрисован, я уж не разобрала, что за фигуры там на нем, какая-то магическая символика. Короче, растопырила глаза, развесила уши, внутренний экспериментатор победил, визжать раздумала. И знаете что? Он не обманул. Благодаря какой-то из сережек в его лобке, кайф я получила почти мгновенный и стопроцентный без всякой предварительной подготовки. Потом он встал, поклонился мне, а у самого лобок весь в крови, сережки двигаются в отверстиях – сосуды повреждают. Я ему: «Давай обработаю раны. Больно тебе, наверное». А он: «В этом главный смысл и есть, подобной боли я и взыскую».
Я его спрашиваю: «Ты кто, сатанист?» А он отвечает: «Нет, служитель древнего языческого культа такого-то». Я говорю: «Можно я к тебе еще приду?» А он: «Нет, закон наш позволяет однократное совокупление с каждой женщиной, повторения не допускаются. Впечатлить девушку внешностью мне трудно, выгляжу я своеобычно, но так в нашем культе полагается. Поэтому хожу по вечеринкам, подбираю полумертвых вроде вас, милое создание. Ко мне, конечно, обращаются постфактум с просьбами о повторении, практически все об этом просят. А мне уже нельзя. Закон». Такой вот был персонаж. Кстати, я после этого сразу за ум взялась. Снова учиться стала. Серьезно меня этот случай вставил. А чувак тот умер. От гепатита С. Подцепил у наркоманки какой-то. Хоронить его пришло около тысячи баб.
– Ничего себе. А ты говоришь – история попроще.
– Неужели его не посадили? – спросила возмущенная Настя.
– За что? – изумилась Юля.
– Ну как за что? За изнасилования!
– Да все его умоляли еще раз это сделать. Я сама пыталась его уговорить.
– Значит, правильно меня бабушка пугала, – сказала Люся.
– Нет, я бы его точно посадила, – заявила Настя.
– Значит, ты не знаешь, что такое хороший оргазм, – ответила Юля.
Все выжидающе смотрели на Олю.
– После такой экзотики моя история – барахло.
– Не скромничай, давай, – подбодрила ее Люся.
– Это было летом, на даче, в сильную жару. Старшая сестра моей подружки поливала нас из шланга водой. Ну и попала струей мне туда. Я вздрогнула, она заметила и сделала так еще раз. Ее бойфренд лежал рядом на траве. Они обменялись странными взглядами. Она открыла кран до упора и снова стала лить мне воду прямо туда. Он смотрел то на меня, то на нее. А я на него. Потом у меня случился оргазм. Я вскрикнула, потому что не ожидала такого ощущения. Тогда она бросила шланг на землю, и они быстро ушли в дом. Моя подружка ничего не заметила. Но тот парень, бойфренд сестры подруги, с тех пор стал оказывать мне знаки внимания. Хотя мне было лет пятнадцать, а ему, наверное, двадцать пять. Но потом лето кончилось, и продолжения не последовало.
– Ну, а теперь ты.
Все уставились на Настю.
– Знаете, если ты, Юля, смогла простить чудище, котор ое тебя изнасиловало, да еще попросила сделать это еще раз, то я, наверное, действительно не знаю, что это такое. Хотя постойте. Когда мы с Русланом первый раз были в Париже, он завел меня в магазин «Диор» и сказал: «Выбирай что хочешь». Я увидела топ, расшитый пайетками. Тогда это только входило в моду. Я надела его в примерочной. Он зашел туда и говорит: «Иди прямо так, я расплатился». И тут я почувствовала такое! Убойное чувство. Никогда не забуду.
И все ей поверили.
Люся: коэффициент злобности 7, вес 75.
Оля: коэффициент нервности 9, вес 66.
Настя: коэффициент целеустремленности 9, вес 65.
Кстати, вот как надо готовить креветок со спаржей.
От тигровых креветок, выловленных не ранее чем сутки назад, отделить головы. Хвосты прямо в панцире сложить в плоскую плошку. В кипящую воду выжать сок большого лимона (не лайма) и тут же залить креветки этим кипятком. Держать одну минуту, креветки должны быть полностью покрыты водой.