– Ясно все с тобой, – Светлова грозно выдохнула и успокоилась. – Ладно. Тебе тоже полезно знать про любимые колесики. У тебя-то со снами все хорошо, надеюсь?
– Э-э-э…
– Вот и все. Закрыли тему…
Хоуп двинулась по коридору, а я уставилась ей след. Да уж, такой заведенной и нервной я ее не видела дано. Никогда, пожалуй, не видела!
А потом был урок долбаных танцев, да не обидятся на меня уважаемые танцоры. Не то чтобы я их не любила, совсем нет! Одно время я увлекалась бэллидансом – это же отличная тренировка. Нагрузка на руки фантастическая! Как-то на репетиции перед городским фестивалем наша маленькая группка репетировала так усердно, что мы два часа подряд не опускали руки, удерживая их параллельно земле. Потом еще я танцевала в рваных джинсах стрит-шааби и взяла второй приз на каком-то пафосном выезде.
И тут, на занятиях Аахути, которая, кстати, была в роли тренера очень даже неплоха, я решила тряхнуть стариной. Ну и тряхнула. Неплохо так вышло. Конечно, с моими мышцами и костями слово «тряхнуть» было не самым подходящим, но что-то вспомнилось.
– Абашева, удивляешь, – похвалила меня Хоуп, после того, как мы все по очереди представили на строгий суд Аахути некое подобие индивидуального танцевального номера. – Тебя что, настоящая женщина укусила, и ты теперь в полнолуние нежной фиалкой оборачиваешься?
– Ага, – подыграла я, – того и гляди мотыльком стану и полечу на огонек. А если серьезно, Хоуп, я просто слишком сильно люблю спорт, а восточные танцы, знаешь ли, дают классную нагрузку если нужно…
– Ой, хватит, все, – махнула рукой Светлова, – не оправдывайся, будто тебя уличили в чем-то неприличном.
После слов о «неприличии» мы одновременно взглянули на Аахути, переглянулись и хихикнули в унисон, вспомнив последний из уроков обольщения. Наставница, которая в тот момент как раз показывала ученицам какую-то умопомрачительную тряску, сердито взглянула на нас, и мы снова захрюкали в кулаки.
Последующий урок обольщения обещал быть жарким. Мы ждали, что Аахути станет вершить месть за насмешки и отыграется на нас, но, похоже, возможную мстительность наставницы мы сильно преувеличили. В этот раз не было ничего такого. Говорили про походку. Мой внутренний тролль тут же изъявил желание похулиганить, но я урезонила его, наблюдая, как старательно и терпеливо Аахути изображает героиню Ахеджаковой из «Служебного романа», поясняя нам неразумным, как правильно должна передвигаться настоящая женщина.
Минут двадцать наставница курсировала перед нами туда-сюда, дотошно разъясняя каждый шаг, каждое движение головы, руки, бедра и пальца. Мне дико хотелось зевнуть, но совесть не позволяла – мы с Хоуп оказались в первом ряду, и Аахути периодически обращалась к нам, дабы убедиться, что аудитория ей внемлет.
– … и подбородок не должен что делать?
– Опускаться, – уныло протянула я. Сама бы не додумалась, поэтому запомнила. Сегодня я вообще через силу пыталась быть внимательной и усердной. Ведь скоро решится моя судьба и – черт возьми! – не зря же в видела все эти любовные сны и выживала в плену Это, тратила время на занятия в Клубе и все такое.
– Все правильно, – запоздало похвалила меня Аахути. – Покажешь остальным то, что я только сейчас разъясняла?
Я спорить не стала и, без особого усердия изобразила перед остальными кое-какую, но все же вполне себе сносную походку. У девушек мое дефиле особы восторгов не вызвало, а вот Светлова почему-то удивилась. Стоило мне опустить зад обратно, на мягкую подушечку возле подруги, та принялась расспрашивать меня, где научилась так «прилично» вышагивать.
– Где-где, – огрызнулась я, не желая вспоминать постыдных страниц своей жизни, – на модном показе.
– Чего, какие это ты там, Абашева, моды-то показывала?
– Одежду спортивную. Девчонок из спортклуба всегда на такое подряжали. Я обычно отмазывалась, но тренерша по йоге очень просила, неудобно отказать было такому хорошему человеку.
– Значит ты у нас модель? – с издевкой хмыкнула Хоуп. У меня сложилось чувство, что она хочет поддеть меня.
– Нет! – рыкнула я в ответ так громко, что Аахути погрозила мне пальцем и сделала замечание.
Это обидное «модель» так взмутило меня, что я злилась на Светлову до конца занятий. Из-за недовольных взглядов наставницы я держала злобу в себе и думала, как подоходчивее объяснить Хоуп, что я не такая. Не пустоголовая девица, зацикленная на диетах и одежде (как мне казалось). И вообще…
Я так и не воплотила свой суровый замысел в жизнь. Когда занятия окончились и девочки потянулись в зал телепорта, я передумала разбираться с Хоуп, уж очень потерянной она выглядела.
– Из-за Белого паришься? – спросила напрямую.
– Нет.
– Да.
– Абашева! – Хоуп гневно сверкнула глазами и нахмурила тонкие брови. – Твое какое дело, а? Парюсь я или нет, к происходящему не относится. Будет выбор Царя и кому-то из нас повезет.
– Из нас, – я обвела рукой расходящихся по телепортам претенденток. – Я это и так знаю, не заговаривай зубы и не переводи тему.
– А вот и не знаешь, – Хоуп заговорщицки приблизила ко мне лицо. – Из нас, – повторила она шепотом и указала пальцем сперва на меня потом на себя.
– Откуда такая уверенность? – я прищурилась недоверчиво. Темнит. Интересно, только сейчас придумала «суперновость», чтобы с разговора про Белого соскочить?
– Знаю и все. И это стопроцентно, Абашева, – Хоуп ухватила меня за плечи, тряхнула, глядя в глаза. В глубине ее зрачков мелькнули алчные золотые молнии. Мысли о богатстве, похоже, вернули ее в нужное русло, теперь она не выглядела рассеянной и подавленной, как минуту назад. – Ты мне веришь?
– Верю, – честно кивнула я, – как я заметила, излишний оптимизм – это не твое, значит, воодушевляться сомнительными догадками ты не станешь.
– Вот именно, но пока тс-с-с, – самодовольно мурлыкнула Хоуп и, отсалютовав мне, нырнула в свой телепорт.
Дома я долго думала над ее словами. Откуда уверенность, что именно мы с ней должны остаться в финале, если таковой случится? Я не спорю, есть в нас какая-то избранность, все же из другого мира прибыли – попаданки, блин! – но…
– Потренироваться не хочешь? – голос Эйба вырвал меня из раздумий.
«Йоркширский терьер» стоял напротив меня с привычной улыбкой – в руках два тренировочных шеста, дурацкая прическа как всегда в наличии.
– Давай, – согласилась я. – Дело нужное.
Мы молча отправились в лес. Тени лежали кружевом, и взвизгивали в кустах обезьяны. Путь выбирал Эйб, а я, снова погрузившись в раздумья, послушно брела следом. Лишь спустя минут тридцать ходьбы мы оказались в совершенно незнакомом мне месте. Ох уж этот Эйб! При всех моих стараниях кропотливо изучить местность, «йоркширский терьер» перещеголял меня в этом деле и знал такие буераки, на которые я так и не наткнулась.
Мы спустились в глубокий лог, окруженный изгородью баньянов и пальм. По руслу высохшей реки дошли до круглой, как чаша, ямы, на дне которой виднелись развалины какого-то сооружения.
– Что это? – поинтересовалась я у Эйба, рассматривая покрытые полустертыми фресками камни.
– Легенда, – загадочно ответил мой спутник.
Он спустился вниз, на дно лога, и принялся счищать мох с ближайшего камня. Изумрудная влажная шкура сошла, оставив под собой картинку с черным небом и звездами. Космос.
– И о чем легенда?
– Об аватаре.
– Аватаре? – мне стало смешно. Вспомнился один из любимейших мультов… Но мульт есть мульт, а тут такая серьезность! Эйб даже улыбаться перестал – вот какая серьезность! Стопроцентная. – Каком еще аватаре?
– Аватаре Голубой Крови. Существе, обладающем силой богов и телом человека, способном жить на земле.
В этом уже была кое-какая логика. Стало интересно. Сразу вспомнился Маду с его дыхательной маской. Да уж, он наверное все бы отдал, чтобы суметь передвигаться по земле без нее. Если даже такие могущественные создания, как Царь, не способны решить проблему с тлетворным местным воздухом – видимо, аватар крайне актуален!
– И что пишут? В смысле рисуют? – я сделала серьезное лицо.
– Смотри…
Эйб отошел от расчищенной стены. Он постарался на славу, высвободив из мшистого плена картинку с коленопреклоненными синими людьми.
– Зачем ты мне это показываешь?
– Чтобы ты знала правду.
Чертов Эйб! Вечно что-то не договаривает. Все у него тайны, загадки. Если умная – сама, мол, догадайся! Делать мне, можно подумать, больше нечего.
– Хватит, Эйб, – я разозлилась не на шутку. Злобно буравя глазами «йоркширского терьера», ткнула пальцем в лоб нарисованному аватару. – Говори понятно, что хочешь до меня донести.
– Им нужен аватар, – голос парня неожиданно стал холодным и грозным. – Поэтому Маду и ищет себе жену из людей. Она родит аватара, и Голубая Кровь вновь обретет величие. Знай это на тот случай, если…
– Если выиграю? – завершила мысль за него.
– Да. Думаю, именно ты и выиграешь.
Я промолчала. Уныло прошлась взглядом по фреске. Ну, наследник. Ну, аватар. А кто, собственно отрицал тот факт, что в царские жены берут для производства наследников? А Эйб, по всей видимости, уверен, что это единственное, что меня ждет замужем (если таковой случится). И никакой тебе великой любви. Живой инкубатор… Грубо как-то звучит. Даже мысль крамольная в мозги закралась: верно ли я сделала, когда повелась на хитрость Рупайи? В тот миг я почувствовала себя лягушкой, которую кипятят на медленном огне. Если бы сразу швырнули в кипяток, лягушка немедленно выпрыгнула бы и спаслась, но тут все гораздо хитрее, жестче. Ведь если сунуть несчастное земноводное в холодную воду, а потом медленно нагревать до кипения, оно так и будет сидеть в воде, пока не сварится живьем… Не выпрыгнет, вопреки смертельной опасности.
Вот и со мной так! Сперва Рупайя предложил поучаствовать в невинной авантюре с Клубом. Дескать, ничего не теряешь. А потом – интриги, сомнительные таблетки, покушения, демоны… Кажется, вода закипает, а я до сих пор не осознала этого. Все витаю в романтических мечтах о любви с человеком, которого видела всего-то пару раз. Но разве не ее – великую любовь всей жизни – велела мне отыскать богиня? И кому теперь верить? Кому-кому! Да как обычно – себе любимой! Прорвусь, не сварюсь, не расклеюсь. В конце концов, не в моих правилах сворачивать с начатого пути. Бояться и сомневаться – не моих привычках!