ем событий.
Держась за руки, чтобы не потерять друг друга, они покинули башню и медленно, вдоль стен, стали пробираться в сторону королевской резиденции. Как бывалый моряк, Неб Орн обладал исключительным чувством направления, и к тому же Сигрид, летая туда-сюда, служила им лоцманом, указывая нужный путь телепатическим путем. В результате им удалось достичь дворца без особых приключений.
После гибели Лидора трон опустел. В обстановке всеобщей паники никто не подумал о том, чтобы назначить нового правителя. Сказать по правде, большинство уцелевших собирались покинуть город.
«Если это случится, – рассуждал Нат, – надменная богатая Аквадония за полгода превратится в город-призрак, полный одной только затхлой воды».
Во дворце они натолкнулись на суетящихся слуг, которые толпами спасались прочь, волоча на плечах корзины, нагруженные награбленной утварью.
Туман заполнил залы и галереи. Иногда из мглы навстречу троим друзьям выступал какой-нибудь неясный силуэт, и трудно было сказать, то ли это живой человек, то ли статуя.
Поднявшись на самый высокий этаж, они вышли на балкон и встали, облокотившись на мраморные перила. Здесь их ожидало сильное разочарование: и город, и пустыню скрывала непроницаемая туманная пелена. Вконец разгулявшийся ливень вынудил их вернуться под крышу.
– Похоже, и в самом деле грядет потоп, – мрачно пророчествовал Неб Орн. – Не удивлюсь, если вся окрестная пустыня в ближайшие дни превратится в сплошное озеро.
Анаката нахмурилась.
– Меня это очень тревожит… из-за моих родителей. Если наводнение не прекратится, вода затопит подземные города и все статуи, которые в них находятся.
– Понимаю, – кивнул Нат. – Ты хочешь спасти изваяния твоих отца и матери до того, как они станут недоступны…
– Да. Меня не пугает, что они утонут, потому что они уже не совсем живые люди, но я не перенесу, если больше не смогу их видеть.
Юноша задумался.
– Мы могли бы отправиться туда, – предложил он. – В любом случае здесь нам больше делать нечего. И я бы предпочел оказаться подальше от Аквадонии, когда наш «друг» Отакар решит захватить власть, если, конечно, он пережил катастрофу.
– Да, это будет куда как благоразумно, – согласился гарпунер. – Здесь, в городе, шакалье вот-вот начнет рвать друг другу глотки за право сесть на трон, и свалка будет такая, что только держись.
– Тогда давайте отправимся прямо сейчас, – решил Нат. – Соберем какие-нибудь припасы, раздобудем повозку, и сразу в путь!
– Ишь, какой шустрый! – вмешался Неб. – Хороши мы будем на твоей повозке, когда начнется настоящее наводнение. Нужно быть готовыми к худшему. Давайте соберем материал, из которого можно будет построить плот, если дело обернется плохо. Как я понимаю, особой надежды разжиться сносной спасательной шлюпкой в стране, где не знают моря, практически нет, но мы можем, по крайней мере, набрать пустых канистр, которые в случае чего послужат отличными поплавками.
Воодушевленные перспективой отъезда, трое друзей спустились вниз, чтобы хорошенько обшарить дворцовые подвалы и конюшни в поисках всего, что могло бы им пригодиться. К концу дня они набрали целую груду разношерстного хлама, из которого, при разумном использовании, вполне можно было соорудить какое-никакое плавсредство.
Дождь по-прежнему не прекращался.
Нат склонился над одной из луж, зачерпнул из нее пригоршню и осторожно лизнул. Вода оказалась вполне пригодной для питья.
– Что ж, кажется, агуальва нам не понадобится, – заключил он. – Одной заботой меньше.
Не теряя ни минуты, они принялись за работу. Сверхчеловеческая сила Неба Орна снова облегчила им задачу, однако им приходилось внимательно следить за тем, чтобы не разойтись слишком далеко: видимость в тумане, как и прежде, не превышала двух метров.
Они трудились не покладая рук три дня, пытаясь преобразить одну из королевских карет в гигантскую гондолу, и в итоге получили повозку-амфибию: парные балансиры на песке легко превращались в полозья. Оставалось еще раздобыть какое-нибудь тягловое животное, но в крайнем случае эту часть программы мог взять на себя Неб Орн. Внутрь они сложили запас провизии, который позволил бы им продержаться примерно неделю, а также самые разнообразные инструменты и оружие.
– Если будет ветер, – сказал довольный результатом гарпунер, – мы сможем поднять парус, и тогда у нашей лодочки будет отличный ход.
Утром стало ясно, что город практически опустел. Большая часть его обитателей разбежалась, опасаясь наводнения, и теперь пробиралась через пустыню, надеясь найти спасение на вершинах гор.
Неб отправился разведать обстановку на почти безлюдных улицах и вскоре вернулся с плохими новостями.
– Отакар все еще жив, – сообщил он. – Собирается со своими приспешниками захватить дворец и восстановить порядок в Аквадонии. Так что я предлагаю вам побыстрее собираться и уносить ноги отсюда; что-то мне подсказывает, что он намеревается свалить всю ответственность за катастрофу на нас.
Втроем они выволокли свое «судно» за дворцовую ограду, а затем без особого труда добрались до пустыни: землетрясение обрушило часть крепостной стены, так что в ней образовались большие бреши. Поднялся ветер, разгоняя туман и добавляя воздуху свежести; дышать стало заметно легче. Когда они оглянулись назад, в направлении кратера, то увидели, что километрах в десяти от места, где они находились, разлилось большое черное озеро. Пока оно оставалось неглубоким, однако быстро росло, и можно было ожидать, что вскоре оно подступит к самым стенам Аквадонии.
– Что же, в путь, – провозгласил Неб, прилаживая к могучим плечам лямки, за которые можно было тянуть лодку.
И, повернувшись спиной к разоренному городу и разрастающемуся озеру, он решительно зашагал по пустыне в ту сторону, где наводнения пока не было. Его огромные ступни оставляли глубокие отпечатки в размокшем от дождей песке.
Через два дня непрерывного марша Неб заметил, что под ногами у него захлюпало. Разлив озера незаметно нагнал их, и теперь вода прибывала с каждым часом. Она уже затопила Аквадонию и явно намеревалась поглотить всю пустыню, непрестанно подпитываясь ливнями, конца которым было не видно.
Нат выпрыгнул из лодки, чтобы изучить обстановку. Размытая сажа и пепел придавали воде мрачный черноватый оттенок.
– Гляди-ка, сегодня вода уже достает мне до икр, – заметил гарпунер. – А завтра, того и гляди, будет уже по пояс. Уровень быстро поднимается… Хоть бы дождь наконец перестал.
К ним тут же присоединилась донельзя встревоженная Анаката. Ей не давала покоя мысль, что потоп не даст ей проникнуть в пещеру, где находились ее окаменевшие родители.
Нат собирался сказать ей что-нибудь ободряющее, как вдруг в воде прямо перед его носом что-то плеснуло. Сначала показался плавник, потом на поверхности мелькнула спина крупной рыбины и тут же скрылась. Анаката изумленно ахнула.
– Это… это невероятно! – воскликнула она. – Рыбы вышли из каменной спячки!
Нахмурившись, Нат тут же вспомнил наваленных в глубине пещер каменных рыбешек и тоже удивился.
– Это может означать только одно, – возбужденно заговорила девушка. – Природа снова оживает! Период переживания засухи закончился. Теперь все окаменевшие создания снова обретут подвижность и вернутся к нормальному существованию!
– Что ж, хоть одна хорошая новость, – порадовался Неб Орн.
– О да, – пробормотала Анаката, растеряв прежнее воодушевление. – Но это также означает, что камни, содержащие воду, тоже растворятся. Время агуальвы закончилось.
Она ошеломленно обвела взглядом горизонт.
– Вы что, не понимаете? – нетерпеливо вскричала она. – Большая часть этих холмов, которые нас окружают, состоит как раз из нагромождений таких волшебных камней. Если они начнут таять, вся содержащаяся в них вода тоже хлынет на равнину, усиливая наводнение. Все эти земли будут затоплены, все города, и их жители смогут найти спасение только на вершинах самых высоких гор.
– В самом деле, – согласился Неб, – это грозит причинить кучу неудобств.
– Предлагаю вам взобраться в лодку и подождать, пока она окажется на плаву, – сказал Нат.
Но стоило им устроиться на борту, как тут пришлось хватать черпаки и вычерпывать воду: дождь заливал лодку едва ли не до краев.
Они провели очень беспокойную ночь, пытаясь защититься от дождя под растянутыми парусами. Увы, за последние двадцать лет, когда вокруг царила лютая засуха, ремесленники Аквадонии не тратили время на изготовление непромокаемых тканей, так что молодые люди стучали зубами от холода в своей насквозь промокшей одежде. Один только Неб Орн, которому нескончаемый ливень не доставлял особого беспокойства, продолжал неутомимо вычерпывать воду из лодки.
На рассвете воды прибыло достаточно, чтобы их суденышко оторвалось ото дна и начало медленно дрейфовать. Черное озеро покрывало уже всю равнину. В его темной, непрозрачной воде резвились стайки рыб, радуясь, что вновь обрели свободу движения.
Разные звери тоже вышли из спячки и направились в горы, стараясь забраться на такую высоту, где прибывающая вода их не доставала.
Несмотря на все эти обнадеживающие признаки возвращения к нормальной жизни, Анаката оставалась невеселой. Нат без труда догадывался, что ее гнетет: теперь стало очевидно, что разлившееся озеро затопило подземные города, и девушка боялась, что ее очнувшиеся от каменного оцепенения родители не успели выбраться на поверхность и утонули там, в пещере.
К счастью, уже на следующий день, когда они достигли краев, где некогда обитала ее семья, Анаката обнаружила, что жители подземного города уцелели и спаслись от наводнения на вершине соседнего утеса. Среди них оказались и ее родители, живые и невредимые!
– Причаливайте скорее! – закричала она, сама не своя от радости. – Я хочу обнять их! Скорее!
– Погоди, успокойся, – попытался вмешаться Нат. – Я не хочу, чтобы ты расстроилась. Пойми, когда они окаменели, тебе было всего три месяца, а сейчас тебе двадцать лет. Ты что, правда думаешь, что они тебя узнают?