Отакар приказал вызвать к себе колдуна Анандрабала, в прошлом придворного мага при короле Лидоре. Тот явился, сутулясь и прихрамывая. Его можно было счесть олицетворением всего озерного города: грязный, косматый, одетый в лохмотья и увешанный отталкивающими на вид амулетами. Нат едва ли сумел бы сказать, сколько ему лет. От Анандрабала воняло копченой рыбой, а его зловонное дыхание могло бы сбить с ног даже тигра. И он даже не пытался скрыть своего скверного настроения.
«Ладно, – подумал Нат, – кажется, нас ожидают проблемы…»
Он не ошибся. Стоило только Отакару изложить перед колдуном соображения Ната, мерзкий старик тут же принялся возражать.
– Было бы большой ошибкой вмешиваться в дела людей, живущих на побережье, – прокаркал он. – Пусть справляются со своими бедами сами! Нам здесь демоны холода не угрожают. Жар вулкана защищает нас, и никакая магия не в силах ослабить его. Черное озеро не замерзнет, это никак невозможно, и отравленные снежинки так и будут таять, не достигая наших голов!
Он распространялся в таком духе еще довольно долго, сопровождая свои пророчества гротескными гримасами и жестами, пока Нат изнемогал от нетерпения.
– Те, кто поселился на берегу, предали Аквадонию! – с пафосом заявил старец в заключение. – Они поступили малодушно и должны поплатиться за свою трусость. Боги наслали на них эту радугу в наказание за грехи, и их воля должна свершиться!
Отакар поблагодарил его и отпустил.
– Твой колдун опасно заблуждается, – с ходу заявил Нат, как только тот покинул помещение.
– Возможно, – вздохнул Отакар, не скрывая своего замешательства. – Я должен спокойно все обдумать. Ты останешься здесь. Если озеро и в самом деле замерзнет, мы примем меры.
– Но мы теряем время!
– Замолчи! Здесь командую я, и, явившись к нам без приглашения, ты передал свою судьбу в мои руки. Так что отныне ты обязан мне подчиняться.
Внутренне клокоча, Нат был вынужден смириться с волей правителя озерного города. Двое солдат проводили его в грязную, неуютную комнату и, брякнув перед ним миску с рыбной похлебкой и кружку воды, удалились, оставив его наедине с его мрачными мыслями.
– Бежать даже не пытайся! – сказал один из них с порога. – Твоя пирога конфискована. Завтра ты вступишь в наши ряды, и в твоих интересах придерживаться правил, если не хочешь отведать плетки!
Проклиная тупоголовых жителей городка, думающих, что общая опасность их минует, Нат растянулся на тюфяке.
Конечно, здесь, в центре озера, сейчас очень тепло, но технология серых людей вполне позволяет погасить жар метеорита, в этом нет никаких сомнений!
Не в силах заснуть, он высунулся в коридор и только тут заметил, что к его дверям не приставили часового. И в самом деле, сообразил он, предосторожность совершенно излишняя. Куда ему бежать?
Он мрачно пошел бродить по коридорам, на каждом шагу отмечая, в каком плачевном состоянии оказался прежде роскошный дворец Лидора. Влага разъедала фундаменты, просачивалась в стены, разъедала каменную кладку. Изысканные фрески осыпались, драгоценные гобелены плесневели и истлевали. Нигде не осталось ни одной мало-мальски целой статуи. Недалек тот день, когда остатки Аквадонии обрушатся в озерные глубины и будут поглощены вулканом.
За поворотом одной из галерей он вдруг натолкнулся на колдуна Анандрабала, который ковылял куда-то, опираясь на костыль.
– Что, бессонница замучила? – хихикнул старик. – А знаешь, я ведь тебя узнал. Однажды наш король приглашал тебя во дворец. Он очень тепло отзывался о тебе и твоих друзьях, считал вас настоящими героями. Но, похоже, он ошибался: ты ведь сбежал во время катастрофы, вместо того чтобы остаться рядом с королем и умереть вместе с ним.
– Ну а ты? – в свою очередь, поинтересовался Нат. – Ты тоже выглядишь довольно живым, не так ли? Где же ты был в тот день, когда облако горячего пара убило половину жителей Аквадонии?
Анандрабал отвел глаза.
– Я был в другом месте, – проворчал он. – Совершал ритуалы…
– О, ну конечно! – воскликнул Нат с издевкой. – Ну так поспеши вернуться к своим ритуалам, потому что грядет другая катастрофа. Метеорит остынет, а озеро замерзнет. И когда не останется больше ни крупицы тепла, мы все погибнем.
– Да, я знаю, – вздохнул старик. – Ты прав. Именно так все и произойдет.
Нат вытаращил глаза:
– Так почему же ты только что утверждал обратное?
Анандрабал пожал плечами:
– Потому что мы все равно ничего не сможем поделать. Серый народ слишком могуществен. К чему же понапрасну проливать людскую кровь? Уж лучше умереть от холода – мирно, спокойно, погружаясь в приятный сон без пробуждения. Я не так уж несведущ, как ты полагаешь. Мне уже давно известно о существовании этих уничтожителей миров; я просто надеялся, что до нас они не доберутся. Увы, боги распорядились иначе. Поверь мне, мой мальчик, война, которую ты затеваешь, уже проиграна. Никому никогда не удавалось одолеть демонов холода. Уже и не сосчитать число миров, которые они погубили.
Весь последующий час Нат тщетно пытался заставить мага изменить свое мнение. Но Анандрабал твердо решил умереть и не собирался пошевелить и мизинцем, чтобы изменить положение вещей. Тем не менее, стремясь доказать ему, что он заблуждается, Нат подробно рассказал ему обо всех своих попытках помешать Горну и его приспешникам. Когда он описал ему свое покушение на снежный кокон, Анандрабал хрипло рассмеялся.
– В чем дело? – встрепенулся Нат.
– Кажется, я знаю, о чем ты, – проворчал колдун. – Кокон был защищен плазмой, которая облепила тебя, как клеем, и едва не задушила. Верно?
– Да…
– Если бы ты посоветовался со мной заранее, я бы смог тебе помочь. Все эктоплазмы во вселенной состоят из одинаковой материи, и их можно пронзить кинжалом из циркания.
– Из чего?
– Это такой инопланетный металл, тот самый, из которого состоит метеорит, лежащий на дне кратера. После столкновения кое-какие осколки этого небесного тела время от времени поднимаются на поверхность. Минерал, о котором я говорю, обладает исключительной прочностью, и в то же время он очень легок – намного легче титана. Я раздобыл некоторое его количество и выковал из него кое-какие инструменты, с помощью которых можно изгонять эктоплазмы, возникающие при магических ритуалах. Если ты будешь упорствовать в своих воинственных намерениях, я могу дать тебе один из своих кинжалов. Уверен, что таким клинком можно пронзить плазму, которая защищает коконы серых людей.
Нат не заставил себя уговаривать и последовал за колдуном в его лабораторию, битком набитую какими-то вонючими кореньями и причудливыми тварями. Там колдун вручил ему очень острый тонкий стилет с лезвием длиной около тридцати сантиметров, изготовленный из какого-то незнакомого матового металла черного цвета.
– Бери, у меня есть еще два, – махнул рукой старик. – На мою жизнь этого хватит с лихвой. Я всегда терпеть не мог эти эктоплазмы. Они липкие и зловонные и пытаются любыми средствами залезть тебе в рот, чтобы задушить. Они охотно пользуются магическими обрядами, чтобы просочиться в наш мир. Их следует опасаться: немало неосторожных магов лишились жизни из-за этой пакости.
Нат привязал кинжал прочным кожаным шнурком к своему предплечью и, поблагодарив Анандрабала, отправился к себе.
Вернувшись в отведенную ему комнату, он растянулся на тюфяке и закрыл глаза. Ему удалось поспать целых два часа, пока не рассвело.
Когда горн протрубил подъем, он вместе со всеми остальными потянулся в столовую, где получил обычный паек в виде похлебки из полбы с вареной рыбой. Никто с ним не заговаривал; соседи по столу перешептывались, бросая на него косые взгляды. Нат понимал, что все эти люди считают его презренным предателем, но не особенно тревожился по этому поводу – ему сейчас хватало других, более серьезных забот.
Поднявшись на смотровую площадку башни, он обнаружил там Отакара, который, прильнув к подзорной трубе, внимательно осматривал горизонт. К сожалению, густое марево над горячей поверхностью озера не позволяло видеть достаточно далеко.
Прислушавшись, Нат уловил далекое потрескивание.
– Это лед, – сказал он. – Озеро замерзает, и льды постепенно окружают нас. Через несколько часов граница оледенения подступит к самой Аквадонии.
– Знаю, знаю, – хрипло отозвался Отакар. – Я сверился с показаниями зондов, они тоже указывают на то, что метеорит быстро остывает. Ты был прав. Вода замерзает даже на большой глубине. Я должен поговорить со своими людьми.
– Прикажите им изготовить нарты, – предложил Нат. – На пирогах нам теперь до берега не добраться.
Утро прошло в лихорадочных приготовлениях. Используя запасы бамбука, солдаты мастерили из него лыжи и снегоступы. Лафеты трех пушек поставили на полозья. Затем люди занялись изготовлением стрел и заточкой копий. Нат, произведенный по такому поводу в инструкторы, рассказал солдатам все, что ему было известно о серых людях, и посоветовал им уклоняться от всякого физического контакта с ними.
– Избегайте рукопашной, – настойчиво твердил он. – Иначе они высосут ваше телесное тепло, и вы замерзнете в мгновение ока. Любая попытка убить их возможна только на расстоянии.
– А у них есть оружие? – встревожился один из сержантов.
– Не знаю, – признался Нат. – Те, кого я видел вблизи, были безоружны. Однако их задача состояла в том, чтобы внедриться к нам, поэтому они старались выглядеть дружелюбно. От горожан никакой помощи не ждите: они все отравлены колдовским снегом. И если пойдет снег, защищайтесь от него всеми возможными способами. Капюшоны, перчатки – все это должно быть непромокаемое. Если хоть одна снежинка попадет вам на кожу, ее яд проникнет вам в кровь и превратит вас в счастливых идиотов. Поверьте, я ничуть не преувеличиваю опасность, и те, кто сейчас хихикает в задних рядах, вполне могут оказаться первыми жертвами отравления.
Он еще долго продолжал в таком тоне, не испытывая особой уверенности, что его слова принимают всерьез. В глазах большинства этих солдат он был жалкой мокрой курицей, и никто не хотел быть на него похожим.