– Ты много о себе возомнил… – начал было Зоран, но Огняна выступила вперёд:
– Давай его выслушаем, – сказала она, касаясь рукава Зорана. – Что ты предлагаешь, Лель?
– Освободите Даргород, – незамедлительно ответил целитель. – Уходите, и я даю слово, что никто вас не тронет. Охота на чернокнижников будет завершена. С вашей помощью или без мы расскажем людям правду о том, что случилось пятьдесят лет назад. Огняна, ты понимаешь, что это очень щедрое предложение.
– Зорана тоже не будут преследовать?
– Никого, – ответил Лель, а Мила почувствовала, с каким трудом ему далось это простое слово.
Огняна кивнула.
– Ты слышал? – Она робко коснулась руки своего повелителя. Тот неотрывно глядел на Леля, размышляя. – Это наш шанс начать всё сначала. Так, как мы и хотели…
Зоран медленно повернулся, одарил её хмурым взглядом, и Огняна едва заметно вжала голову в плечи. Он принимал решение.
– Значит, предлагаешь мир и готов простить всё, что мы натворили? – пробасил он наконец.
Лель кивнул.
Помешкав, Зоран протянул целителю руку. Ладонь Леля утонула в его по-медвежьи огромной лапе. Рукопожатие вышло таким крепким, что Лель невольно поморщился от боли.
– Только вот жаль, что, в отличие от вас, я так легко не прощаю! – прорычал Зоран, выхватил меч и с размаху рубанул Леля по руке.
Лель завопил, с ужасом глядя на залитого кровью Зорана, схватился за культю и рухнул на землю. Кровь хлестала во все стороны из ополовиненного предплечья, Лель не переставал кричать. Мила бросилась на помощь, но Зоран пнул лисицу, отбросив в сторону.
– Что ты наделал! – выпалила Огняна, кидаясь к Лелю.
– Наказал предателя. – Зоран помахал отрубленной рукой и швырнул её в Леля. – Такие, как он, недостойны называться сынами Чернобога. И если не хочешь тоже лишиться руки или головы, не смей ему помогать, лучше оттащи куда-нибудь подальше отсюда. А ты чего встал?! – гаркнул он второму чернокнижнику. – Иди и командуй моими войсками!
Чернокнижник испуганно поклонился и побежал вниз.
Зоран подошёл к краю холма, раскинул руки и прогремел:
– Да начнётся битва!
Душераздирающий крик Леля разнёсся по округе, иглами впившись в сердце Атли. Всё пропало! Волк вырвался наружу прежде, чем Атли успел подумать, и ринулся на полный боли зов.
– В бой! – Сквозь пелену гнева к слуху Волка пробилась команда Дарена, и земля задрожала, движимая сотнями ног и копыт.
Он жив. Он должен быть жив! Волк вспарывал когтями почву и нёсся прямиком к чёрной, неотвратимо надвигающейся стене нечисти. Зоран отверг мир. Теперь никому не видать пощады. Все, кто встанет на пути, умрут.
Смертоносная волчья пасть впилась в горло первому гулю. Клыки вспороли жёсткую, поросшую коростой кожу, и горькая, мёртвая кровь залила язык. Атли тут же отбросил гуля в сторону и принялся за следующего, пробивая себе дорогу в глубь вражеского войска.
Началось.
Василиса с ужасом наблюдала, как несутся друг на друга две живые волны. Как на ходу обращается в волка Атли и белой молнией врывается в стаю гулей. Как его догоняет конница. Она могла поклясться, что даже сквозь оглушительный рёв многих сотен голосов слышала, как трескаются под копытами черепа и ломаются кости.
Лошадь под чародейкой нетерпеливо стригла ушами.
– Пора, – сказал Кирши и тронул поводья.
Василиса ударила лошадь пятками. Следом неслись Люба, Умил, Дробн и Молчан.
Сердце билось о рёбра, уши застилал грохот собственной крови, так что даже гром битвы стих, отойдя на второй план. Обогнуть поле, под покровом рощи взобраться на холм, убить Зорана. Проще простого. На каждом из их маленькой команды лежало заклинание, скрывающее от посторонних глаз – оно на большом расстоянии обманет гуля, человека, может быть, даже ненадолго собьёт с толку волколака, но чародеи заметят их сразу, поэтому им попадаться не стоило.
Всё шло точно, как задумано. Бросив лошадей, они побежали на холм, высматривая часовых. Ближе к вершине разделились, чтобы зайти с двух сторон. Василиса, Люба и Дробн продолжили путь, а Кирши, Умил и Молчан двинулись в обход.
– Что-то мне это не нравится, – проворчала Люба, припадая к земле под кустом бузины, на котором уже начали раскрываться первые листочки. – Почему никого нет?
Василису отсутствие часовых тоже настораживало. Зоран оставил спину открытой, бросив всех своих людей и нелюдей в лобовое столкновение с войсками Дарена. Либо он очень глуп, либо совсем не боится. Впрочем, возможно, он надеется, что Тени прекрасно его защитят.
Василиса положила ладонь на рукоять Велесового меча. Чары выкованного богом оружия придавали ей сил. Все строки предсказания наконец сложились воедино. Все нити сплелись вокруг Василисы и привели её к цели. У неё должно получиться. Не может не получиться. Сегодня она вернёт себе дом.
Зоран сидел на импровизированном троне и пил вино, наблюдая за сражением. За его спиной стояли пятеро носителей. Позади раскинулся шатёр. Рядом с шатром ждали три лошади. Леля нигде видно не было. Куда Зоран его дел?
Но отвлекаться на поиски Леля времени не было. Подкрасться, подобно убийце в тенях, и убить носителя. Может быть, даже сразу двоих. Василиса тянула время, стараясь успокоиться. Она хотела двигаться тихо, но даже собственное дыхание казалось ей оглушительно громким. Они заметят, они точно заметят. У неё всего один шанс, другого не будет.
Василиса сидела бы ещё дольше, уговаривая себя сдвинуться с места, но Люба грубо толкнула её в спину, заставляя пошевелиться. Чародейка вытащила меч и ступила на вершину холма.
И тут их заметили.
Василису ослепила вспышка света. Охранное заклинание! Но как? Она не заметила никаких рун. Если только… такие руны не были вплетены в тела носителей для дополнительной защиты. Вот почему Зоран не выставил охрану. Незамеченными к нему могли подойти только свои. Чародейка отчаянно моргала, пытаясь вернуть себе зрение. Всё плыло перед глазами.
– А я всё думал, решатся ли благородные гвардейцы на подлый удар в спину? – ухмыльнулся Зоран, не торопясь подниматься с трона. Он даже кубка не отставил.
Зоран кивнул одному из носителей – совсем молоденькому парнишке, – и тот, не сомневаясь ни мгновения, ножом перечеркнул руну у себя на запястье. Пять Теней вырвались из его тела и бросились к незваным гостям. Глаза носителя закатились, он содрогался всем телом, но всё ещё стоял на ногах. Люба закричала, попыталась отмахнуться чарами от Тени, но та легко скользнула в её тело.
Василиса бросилась к носителю. Тени не просто огибали её – шарахались в стороны, но тут же устремлялись ей за спину, туда, где остались Люба и Дробн.
Носитель не защищался, и меч легко вошёл ему в живот, выйдя из спины. Слишком легко, будто это был не человек вовсе, а мягкое тесто. Для Велесова меча не существовало преград.
Остальные носители испуганно отпрянули. Василиса взмахнула рукой, и воздушная волна сбила с ног худенькую чернокнижницу. Она потянулась ножом к руне, но не успела. Меч пронзил ей грудную клетку. Остальные не торопились выпускать Теней. Они уже поняли, что для Василисы они не представляют угрозы, и принялись атаковать чарами. В чародейку полетели огненные «перья». А вот Зорана такой поворот застал врасплох. Он неподвижно сидел на троне, ошарашенно наблюдая за Василисой.
На холм выбежали Кирши, Умил и Молчан, но путь им преградила чернокнижница, внезапно появившаяся из шатра.
– Зоран, останови битву! – крикнул Кирши, отбиваясь от её огня.
Зоран вздрогнул, будто слова Тёмного привели его в чувство. Он поднялся с трона. Но не для того, чтобы остановить бойню, а чтобы вступить в сражение самому. Вытащив меч, Зоран тяжёлой походкой направился к Василисе. Молчан и Умил бросились ему наперерез.
А Василиса тем временем сумела повалить ещё двоих носителей. Воины из них были никакие – Тени тянули слишком много энергии. А Велесов меч, казалось, напротив, только придавал чародейке сил. Она уже рвалась к последнему носителю, когда тот всё же успел выпустить Тени.
Молчан и Умил так и не успели добежать до Зорана. Тени настигли их, и они повалились на землю, вопя и корчась от боли.
Василиса замахнулась. Сейчас. Она убьёт носителя, и всё закончится. Тени отпустят…
Мощный удар кулаком сбил Василису с ног. Скула хрустнула, прострелив висок острой болью. Сосредоточив всё своё внимание на последнем носителе, Василиса не заметила Зорана.
– Что ты такое?! – взревел он, хватая чародейку за грудки и поднимая над землёй. – Почему они тебя не трогают?
Василиса неловко взмахнула мечом, пытаясь достать Зорана, но тот её опередил и со всей силы швырнул на землю. Из Василисы вышибло дух, в глазах потемнело, а во рту появился привкус крови. Меч вылетел из рук. Умил и Молчан затихли. Последний носитель рухнул рядом с ними. Кирши продолжал сражаться с чернокнижницей, которая теснила его к краю холма, вызывая целые огненные вихри.
Зоран занёс над Василисой меч, но в последний момент она успела перекатиться в сторону, и лезвие вошло в землю. Василиса вцепилась в почву, выталкивая магию из резерва. Меч туго оплело древесными корнями. Зоран удивился, замешкался, и это позволило чародейке вскочить на ноги. Она забежала Зорану за спину, метнула в него огненное «перо», но промахнулась. Ушибленная голова кружилась, а Зоран и вовсе двоился.
Меч. Василиса с трудом могла повернуть голову. Где же меч?
Лезвие Велесового меча блеснуло на солнце, и Василиса бросилась к нему. Но Зоран оказался быстрее: он догнал чародейку, и она чудом смогла увернуться от его выпада, но новый удар кулака – на этот раз в живот – вновь бросил Василису на землю.
Меч Зорана снова навис над ней. И на этот раз лезвие опустилось точно Василисе на голову. Она зажмурилась.
Меч замер в пяди от её лица, остановленный невидимой преградой. Кожу лизнули чары, и чужой воздушный поток отбросил лезвие в сторону, а в следующий миг на Зорана обрушился Финист.