— Я мечтаю попробовать каждый дюйм твоей кожи, но не здесь, на полу. Хочу, чтобы ты лежала в моей постели. Подо мной.
Джейн сглотнула. Под ним. Под этим твердым подтянутым телом. Это было как раз то, чего хотелось самой Джейн.
Она нахмурилась, только сейчас осознав, что уже почти обнажена, а Рис все еще полностью одет.
— Твоя кожа такая гладкая, — прошептал он, привлекая ее к себе и поглаживая спину.
— А ты такой… одетый, — пробурчала Джейн.
Отстранившись, он улыбнулся.
— Пожалуй. — Рис сделал шаг назад. — Хочешь это исправить?
Джейн кивнула, отчаянно желая прикоснуться к нему, хотя, когда она взялась за край его свитера, ее пальцы дрожали. Ей удалось совладать с мягкой тканью, потянув ее вверх, дюйм за дюймом обнажая плоский живот и мускулистую грудь. Впрочем, стоило ей поднять свитер до уровня его сосков, выставив напоказ полоску редких волосков между ними, как Рис перехватил инициативу.
Словно загипнотизированная, она смотрела, не в силах оторвать взгляд от его тела, как он стягивает свитер через голову и бросает его все на тот же стул.
Джейн снова восхитилась, насколько красив может быть простой смертный. И тем, что этот красавец принадлежит ей одной.
Медленно вытянув руку, она попыталась расстегнуть пуговицу на его брюках, но, случайно задев живот, лишь нервно вздрогнула. Попыталась еще раз, но пальцы казались какими-то чужими и неуклюжими. Когда она вновь коснулась мягких волосков над поясом, у нее перехватило дыхание.
Наконец Рис поймал ее неловкие руки и притянул их к лицу, прижимаясь губами к костяшкам пальцев, все еще горящих от мимолетных соприкосновений с его кожей.
— Почему ты так нервничаешь? — тихо спросил он.
Глубоко вдохнув, Джейн встретилась с ним взглядом.
— Ты хоть представляешь, насколько ты совершенен? Это немного выбивает из колеи.
Он поднял бровь, в его полуулыбке явно сквозил скептицизм.
— Выбиваю из колеи? Я?
— Да, — ответила она, удивляясь тому, что он и в самом деле не представлял, насколько красив. — Ты давно последний раз смотрелся в зеркало?
Рис нахмурился, морщинки сгладили совершенство лица.
— Я не… — Складки на лбу стали глубже, а взгляд — далеким и холодным.
Джейн пожалела о своих словах, не понимая, правда, почему из-за этого замечания он стал вдруг таким отстраненным. Может, потому, что такой красавчик, как он, вдруг начал сомневаться в своем решении завести роман с простушкой-Джейни.
Рис моргнул, и его внимание вновь вернулось к Джейн.
— Я не люблю зеркала.
Такого ответа она не ожидала. Но по тому, как он это сказал — его голос вдруг стал ниже и грубее, — стало ясно, что даже простое упоминание о зеркалах раздражает Риса. Какая странная реакция…
Однако прежде чем Джейн успела обдумать его слова, она вдруг оказалась тесно прижатой к широкой, твердой груди Риса, и он нашел ртом ее губы.
В отличие от поцелуев в лифте или в парке, этот был почти грубым, требовательным, но не менее возбуждающим. В какой-то мере даже более. Этот поцелуй захватил Джейн, овладел ею, она прочувствовала его до самых кончиков пальцев на ногах. Ее руки скользнули по груди Риса, ощущая чуть шероховатый шелк кожи и волос; мышцы — сильные, крепкие — подрагивали под ее пальцами.
Его зубы слегка задели ее нижнюю губу, а язык погрузился чуть глубже. Джейн застонала, открываясь для него, и провела кончиком своего языка по его, упрашивая Риса продолжить исследование ее рта.
Не отрываясь от ее губ, Рис поднял Джейн на руки, шагнул к кровати, и только опустив ее в середину постели, оборвал поцелуй. Он склонился над ней, его глаза светились ярче пылающих углей.
— И это меня ты считаешь совершенством? — прошептал он, проводя костяшкой пальца по всей длине ее бедра. — Такая безупречная бледная кожа, просто сияющая. Я хочу утонуть в этом свете.
Джейн глядела на Риса снизу вверх; неприкрытое желание в его глазах и хриплый от голода голос заставляли ее сердце колотиться чаще.
Он расстегнул пуговицу брюк, позволив им соскользнуть с узких бедер. Когда он выпрямился перед ней абсолютно голый, Джейн распахнула глаза. Хотя они уже занимались любовью, сейчас она впервые получила возможность увидеть его во всем великолепии. А Рис и вправду был великолепен.
Тугие мышцы перекатывались под сияющей кожей, словно у ожившей статуи Давида Микеланджело. Редкие волоски на груди спускались узкой дорожкой к пупку.
Взгляд Джейн переместился на член — длинный, толстый и очень возбужденный, он прижимался к плоскому животу.
«Ну ладно, — выдохнула она про себя. — Может, не совсем, как статуя Давида».
Несмотря на ее священный трепет и все комплименты, которые пришли ей в этот момент в голову, первой фразой, которая сорвалась с ее губ, была:
— Ты не носишь белья.
Рис усмехнулся.
— Верно. Поэтому сейчас уже на тебе слишком много одежды. Давай посмотрим, как можно решить проблему?
Он сел на кровать лицом к Джейн. Вытянув руки, погладил ее плечи; прикосновение было и успокаивающим, и эротичным. Ладони спускались все ниже, пока не стиснули ее запястья, и Рис потянул Джейн к себе, вынуждая подняться. Он принялся целовать чувствительное местечко за мочкой уха, а пальцы нащупали застежку бюстгальтера на спине.
Кончик языка подразнивал кожу шеи, а руки добрались до наконец-то обнаженной груди и принялись теребить и сжимать соски. Казалось, из его пальцев и губ сыплются электрические искры, постреливая по всему ее телу и собираясь в местечке между ног.
В объятиях Риса Джейн чувствовала себя невероятно слабой, неспособной сосредоточиться на чем-то, кроме бурлящего потока в ее венах. Хватая ртом воздух, она почувствовала, как его зубы нежно сомкнулись на коже шеи.
Джейн вновь пронзила молния, и голова безвольно откинулась назад, словно у девушки не оставалось сил удерживать ее на весу. Рис, его губы, руки, зубы и те потрясающие ощущения, которые они в ней вызывали, буквально подавляли ее.
Рис опрокинул ее на спину и последовал за ней, восхитительное мускулистое тело вдавило ее в матрас. Его руки продолжали терзать грудь, а губы нашли ее рот.
Джейн обняла его, чувствуя, как перекатываются мышцы под горячей кожей. Рис прервал поцелуй и опустил голову, добираясь до затвердевшего соска, чтобы тут же втянуть трепещущую вершинку глубоко в рот.
Джейн издала странный звук — то ли вздох, то ли стон, где-то на грани между мучением и экстазом. Рис перебрался к другой груди, продолжая поглаживать руками все ее тело; воздух вокруг них, казалось, потрескивает от напряжения.
Джейн зажмурилась, пытаясь держать себя в руках. Он ведь даже не коснулся ее там, где сосредотачивались эти электрические разряды, а она уже сходила с ума.
— Рис, — пробормотала она, ее голос звучал прерывисто. — Я больше не могу. Ты мне нужен.
Он поднял голову, в глазах горело желание, а улыбка не скрывала голода.
— Все будет, Джейни. Но не раньше, чем я получу свое. Я слишком сильно хочу тебя. Ничего не могу с собой поделать.
Джейн вздрогнула, когда его ладонь скользнула под резинку трусиков, и длинный палец прошелся по влажным складкам.
Рис не отрывал он нее пылающих глаз.
— Ты такая горячая.
Застонав, Джейн закусила губу.
— И влажная.
— Да. — Она успела подумать о том, что должна бы смутиться, но эту мысль смыла кипящая волна наслаждения, когда палец проскользнул вглубь ее тела. Другой палец нашел крошечный узелок.
Джейн выгнулась на кровати. Боже, она этого не вынесет!
— Хочешь, чтобы я вошел в тебя?
Она требовательно затрясла головой.
Палец погрузился еще глубже, и Рис надавил на клитор сильнее.
— Тогда кончи для меня.
Джейн отчаянно и беспомощно закричала, извиваясь под его рукой. Рис двигал пальцами все быстрее, и Джейн была уверена, что вот-вот разлетится на части. И когда ей показалось, что от этой нескончаемой пытки она умрет, его губы вернулись к ее груди.
Она почувствовала, как острые края зубов сомкнулись на соске, крепко сдавливая его. И вдруг намек на боль обернулся безумным наслаждением, когда на Джейн обрушился оргазм, раскалывая ее на сотни осколков, и волны экстаза, одна за другой, захлестнули ее тело.
Глава 16
Рис поднял голову от ее груди, облизывая губы, и посмотрел на Джейн. Она дышала тяжело и часто, все еще содрогаясь в оргазме.
Он вновь провел языком по губам, чувствуя на них вкус ее наслаждения, такой сладкий и терпкий. Это ощущение подвело Риса к самой грани, но он сдержался, желая кончить только внутри Джейн.
«Откуда ты можешь это знать? — возникла где-то на краю сознания недоверчивая мысль. — С чего ты решил, что сладость на твоем языке — страсть Джейн?»
Рис не имел ни малейшего понятия. И его это не волновало. Он просто чувствовал, как его опьяняет самая сущность Джейн, и вкус был именно таким, как он ожидал. Чистым, невинным.
Не в силах больше сдерживаться, Рис стянул ее трусики вниз. Джейн даже не открыла глаза, по-прежнему тяжело дыша.
Он раздвинул ее бедра, глядя на восхитительную влажную плоть между ними, и провел пальцами по трепещущим складкам.
Джейн застонала, смотря на него снизу вверх из-под отяжелевших век; от страсти ее глаза казались невероятно зелеными.
— Все еще хочешь меня? — спросил Рис, молясь про себя, чтобы она не вздумала ответить «нет».
Затрепетав, она улыбнулась.
— Да. О, да.
Рис опустился на нее и медленно погрузился вглубь ее тела. Его окружило тепло; мышцы лона крепко сжали его, принимая, приветствуя его.
Он поцеловал ее, заглушая сладкие стоны и вздохи, и начал двигаться. Джейн прижалась к нему, выгибаясь в такт его толчкам, и Рис понял, что действительно оказался на небесах.
Джейн открыла глаза и обнаружила, что лежит на груди у Риса, а его рука покоится на ее спине — в этой позе их и сразил сон, когда они вытянулись на кровати, измотанные занятиями любовью.