— Вода готова, — заявил Рис, просовывая голову в приоткрытую дверь, и его полные губы сложились в чуть кривую улыбку.
Она улыбнулась в ответ. «Пожалуйста, пожалуйста, пусть нам будет суждено быть вместе».
Рис в предвкушении смотрел, как Джейн выскальзывает из-под одеяла и направляется к нему. На ее лице отразилась смесь возбуждения и смущения.
— Как ты можешь до сих пор меня стесняться? — спросил он, беря ее за руки и увлекая за собой в ванную комнату.
Джейн покраснела, и из-за пара, осевшего на коже крохотными капельками, ее щеки стали подобны лепесткам розы на рассвете.
Рис нахмурился. Что он знает о розах на рассвете? Когда он в последний раз наблюдал, как встает солнце или распускаются цветы? Ему уже давно не выпадало такой возможности.
Он на миг зажмурился. Незачем ему об этом думать. Только не когда рядом с ним Джейн. Не здесь. И не сейчас. Она вернула ему все, что он потерял.
Он взглянул на нее сверху вниз, по-прежнему сжимая ее нежные теплые пальцы.
Наклонившись, он поймал ее губы, и, как Рис и надеялся, в голове опустело. Осталась лишь Джейн. Ее сладкий вкус. И эти восхитительно робкие движения ее языка. Дивный аромат окутал Риса коконом, защищая от всего, что упорно лезло ему в голову.
Благодаря ей он ощущал себя в безопасности. Той самой безопасности, которую должен обеспечить для Джейн.
Джейн обвила руками его за шею. Ее желание, казалось, сплелось со странно неожиданным чувством защищенности, которое обнимало ее так же ощутимо, как и теплые руки Риса.
С тобой я чувствую себя в безопасности.
Слова прозвучали в ее голове столь же ясно, как если бы были произнесены вслух, но тут же утонули в жаре поцелуя Риса. Он принялся покусывать ее губы, их языки сплелись, и Джейн растворилась в этих восхитительных ощущениях.
И вдруг к ее ужасу Рис отстранился.
Она застонала, не в силах скрыть своего разочарования. Ей так нравились его поцелуи.
— Вообще-то я собирался тебя искупать, — сказал он, его голос был хриплым, а глаза обещали все самые изысканные наслаждения.
Джейн нравились его поцелуи, но и его руки привлекали ее ничуть не меньше. Кажется, она выигрывает при любом раскладе.
Рис усмехнулся, и у нее возникло впечатление, что он знает, о чем она думает.
Он потянул ее к глубокой ванне, такой же, как и в комнате Джейн. Вода плескалась вровень с ее краями, на бортике лежали полотенце и мочалка.
Похоже, у Джейн появилась возможность узнать, действительно ли эта шикарная ванна способна вместить двоих.
Вот только Рис не торопился присоединиться к ней.
Подумав о том, что все его внимание будет безраздельно сосредоточено на ее теле, Джейн почувствовала смущение, хотя ей отчаянно хотелось принять его предложение.
Позволь мне искупать тебя, Джейни.
Вновь слова родились в ее сознании. Но это не были мысли самой Джейн. Скорее, казалось, будто Рис нежно прошептал ей их на ухо.
Она отвела взгляд от воды и повернулась к нему. Он молча глядел на нее в ожидании ответа.
Она кивнула, не в силах что-либо сказать. В голове все спуталось, и она чувствовала невероятное возбуждение от этих нежных слов в голове, словно Рис предугадывал все ее страхи и желания, не дожидаясь, когда она поведает о них. В этом ощущалось нечто невероятно волнующее, пусть даже это и было на самом деле всего лишь игрой воображения.
Рис стянул ее футболку через голову, оставив Джейн в голубых трусиках и бюстгальтере.
Теплый летний день, ясное синее небо…
Хриплый голос Риса снова ласкал слух, заставляя мурашки плясать на коже. Вот только сам он по-прежнему молчал.
— Мне нравится, — прошептал он, проводя пальцем по кружеву, прикрывающему ее грудь. — Синий, как безоблачное небо.
Она резко выдохнула, пораженная и его словами, и тем, насколько они ее возбуждали.
Ладони обхватили ее грудь, поглаживая, массируя, потом плавно скользнули за спину. Губы нашли ее рот, в то время как пальцы ловко расстегнули застежку на спине, и кружево упало на пол.
— Вода остывает, — сказал он, не обрывая поцелуй.
Джейн не волновала вода. Ее больше заботило, чтобы Рис не останавливался.
— Не буду, милая, — обещал он, отвечая на слова, которые Джейн точно не произносила вслух.
Ладони пробежались по ее телу, оставляя за собой дорожки испепеляющего жара. Когда руки добрались до бедер, все связные мысли вылетели у Джейн из головы.
Он сдернул ее трусики, и те упали на пол. Рис поднял Джейн и поставил ее в ванну.
Теплая вода заплескалась вокруг ног, достигая колен. Но мокрый жар, казалось, поднимался по ногам все выше, пока не добрался до влаги между бедер.
Джейн вздрогнула.
Рис забрался в ванну вслед за ней, встав прямо перед Джейн.
Она принялась пожирать его глазами: до боли красивое лицо, подтянутое мускулистое тело, напряженный толстый член. Рис выглядел воплощением силы и красоты. Словно бог, поднимающийся из морских волн.
Рождение Венеры.
Моргнув, она подняла взгляд к его лицу. Он смотрел на нее, в его глазах горел голод.
Взяв мочалку, лежавшую на краю ванны, Рис окунул ее в воду и начал водить влажной тканью по плечам Джейн. Капельки потекли по рукам, по ноющей груди, по изгибу живота.
Джейн задрожала — вода, остывая, дразнила кожу, добираясь до всех нервных окончаний.
— Это значит, что тебе нравится? — прошептал Рис, повторяя эту дивную пытку, и вновь струйки сперва горячей, потом холодной воды полились по ее возбужденному телу.
— Да. О да!
Закрыв глаза, она инстинктивно качнулась к Рису. Ей хотелось почувствовать на себе его руки, чтобы утолить эту жажду, снедающую ее изнутри.
Очередной поток воды заструился по ее телу — огонь, затем лед.
Открой глаза. Взгляни на меня. Смотри, как я люблю тебя.
Она повиновалась голосу в голове, слишком возбужденная, слишком жаждущая, чтобы беспокоиться о том, откуда он взялся. Джейн просто знала, что должна откликнуться.
Она взглянула на Риса, как раз опустившего голову, чтобы слизнуть капельку воды, зацепившуюся за ее напряженный сосок.
Будто дождинка на розовой ягодке малины.
Язык скользнул по затвердевшей вершинке, и ноги Джейн словно отказались дальше удерживать тело. Рис поймал ее и крепко прижал к своей мускулистой груди.
— Может, нам следует продолжить твое купание сидя? — Самодовольная улыбка скривила его губы.
Ему есть чем гордится. Никто не способен заниматься любовью так, как этот мужчина.
Рис развернул Джейн и опустился в горячую воду. Руки обхватили ее бедра, усаживая Джейн между его ног.
Вода обволокла грудь, а лоно, оказавшись в окружении тепла, тут же. Но она знала, что в отличие от мужчины, прижимающегося к ее спине, вода — любовник слишком иллюзорный.
Словно в подтверждение этой мысли, руки Риса обернулись вокруг нее, накрывая грудь.
Он принялся ласкать ее, и вода чуть защекотала набухшие соски, стиснутые его пальцами.
Рис наклонился, прижимаясь к ее спине; волоски на его груди казались шелковистыми и грубыми одновременно. Он дотянулся до встроенной в бортик ванны мыльницы и принялся вертеть брусок мыла в руках; с длинных пальцев потекла пена.
Кусок мыла вдруг выскользнул из его ладоней, плюхнулся в воду и затерялся где-то под их сплетенными ногами. Впрочем, внимание Джейн тут же переключилось с утонувшего мыла на Риса, который принялся намыливать ладонями ее грудь, массируя так медленно и нежно, что дыхание и сердцебиение Джейн окончательно сбились с ритма.
— Нравится? — прошептал он ей на ухо… А может, и нет. Может, это опять его греховный голос отражается эхом в ее голове.
В любом случае ощущения были восхитительными.
Застонав, она уронила голову ему на грудь, а его руки продолжали скользить по ее нежной коже.
Затем ладонь медленно опустилась на живот.
Смотри, Джейн. Смотри, как я ласкаю тебя.
Ей удалось поднять голову, хотя от желания Джейн ослабела настолько, что не могла сосредоточиться на чем-либо, помимо его рук.
Взгляни, милая.
И его голоса.
Открыв глаза, она посмотрела туда, где он ее касался. Ее завораживал вид больших ладоней, движущихся по бледной коже. Одна рука все еще была на груди, терзая напряженные соски, другая перебирала волоски между бедер. Крошечные завитки будто искушали Риса прикоснуться.
Он не стал противиться соблазну, но удостоил Джейн лишь легким, едва уловимым касанием. Следующее движение оказалось настойчивее, но пальцы все же внутрь так и не проникли, так и не добрались до той точки, которая просто умоляла о том, чтобы до нее дотронулись.
Когда он в третий раз провел пальцами по ее лону, прослеживая контур сомкнутой расщелины, Джейн дернулась, умоляя его больше не дразниться.
Терпение, Джейн.
— Не могу, — прошептала она, отвечая голосу, родившемуся у нее в голове. — Пожалуйста, дотронься до меня.
Его грудь, прижимающаяся к ее спине, дрогнула от довольного смеха, и это — как и все, чему причиной был Рис — еще больше возбудило Джейн.
Впрочем, он смилостивился, скользнув глубже и принявшись ласкать ее. Теплое давление воды чередовалось с мимолетными касаниями мозолистых пальцев. Снова вода. Еще одно движение пальцев. Возбуждение Джейн нарастало с каждой секундой. Она вытянула руку и поймала его ладонь, тесно прижав ее к себе.
Другая рука Риса опустилась и легла сверху, словно он пытался запомнить, чего именно она хочет, с какой скоростью и с каким нажимом надо двигать пальцами.
Я хочу знать о тебе все.
Она застонала. Это мысль была такой эротичной, такой захватывающей. Прижимая к себе его ладонь, она показывала ему, что надо делать. Вторая рука послушно повторяла все движения.
Я хочу, чтобы ты знал обо мне все.
Джейн застонала, и стон заметался между кафельных стен ванной. Она уже не понимала, кто их них ведет эту партию. Точно ей было известно лишь одно — его прикосновения идеальны.