– Сопротивление бесполезно, – пробормотал он в ее губы, прежде чем накрыть их своими.
Спустя несколько минут, когда они смогли наконец друг друга отпустить, Янка вспомнила нечто важное. Не без участия этого самого «важного».
– Ч-черт, катастрофа…
– Неужели настолько плохо? – спросил Денис резко севшим голосом.
– Прости, я не имела в виду тебя. Я про это… – и она выцарапала из заднего кармана джинсов проклятый перстень. – В старой церкви, помнишь? Сама не знаю, зачем взяла. Денис, пожалуйста, я тебя очень прошу – помоги! Нужно снова пойти на кладбище и вернуть его в церковь, а я даже думать об этом боюсь.
– Беда мне с тобой, Колесникова. Пять косяков в минуту. Все говорили, а я не верил. Давай сюда кольцо…
Сначала в коридор выглянула Янкина голова. Никого. Затем через приоткрытую дверь протиснулся черный мусорный пакет. Янка пинком отпихнула его подальше, мол, если что – она здесь ни при чем. И не напрасно. Стоило ей завозиться с замком часовенной двери, за спиной бесшумно материализовалась Лана с неизменной книжкой наперевес.
– Привет!
Поворачиваться Янка не спешила. Зажала ключи в кулаке и сделала вид, что крайне интересуется качеством покраски стены. Ковырнула пальцем едва заметное углубление, даже ногой постучала. Наконец все же ответила:
– Привет. Как дела?
– Отлично. Давно так спокойно не отдыхала.
И стоит себе дальше, волосищи кофейные поправляет. Никуда не торопится. В отличие от Янки, которой нужно было успеть оттащить мусор в контейнер, а после бежать с детьми на каток. Наконец-то настала очередь их отряда полировать лед локтями, коленями и прочими не предназначенными для этого частями тела.
– Что читаешь? – спросила она безо всякого интереса. Уходить первой и бросать мешок не хотелось.
– Про вампиров.
– Нравится?
– Не то слово.
Помолчали. Тогда Янка достала телефон, притворилась, что набирает номер и ждет ответа.
– Пойду, ладно? – Ага, сообразила наконец-то. Развернулась, взмахнув «конским хвостом» на макушке, и отправилась восвояси.
Янка выждала минуту, навьючила на спину мусорный пакет, как недобрый Дед Мороз перед встречей с плохими детьми. Попутно в красочных выражениях поминала то Владу, то Каверина, то обоих вместе взятых. Чистоплюи! Уборку им подавай! При том, что первая без видимых неудобств ночует прямо на полу, а второй… Второй… Эх, да ладно.
Только бы вернулся поскорее. И без кольца.
Беспокойство за Дениса не отпустило и после, на катке, когда Янка уныло ковыляла вдоль бортика на негнущихся ногах – и это при том, что вообще-то неплохо каталась на роликах. Но лед, как выяснилось, внушал ей недоверие. Не помог и тренер, благодаря которому даже те, кто сегодня надел коньки впервые в жизни, к концу занятия вполне сносно перемещались по катку наискосок. Зато вторая вожатая Катя рассекала воздух легче легкого. То прямо, то спиной вперед. Глядя на нее, казалось, что нет ничего проще. До тех пор, пока Янка не пыталась сделать сама. Тогда все тело становилось ватным от страха, чужим и непослушным. Она ковыляла, как паралитик, упираясь одной ногой, а вторую подтаскивала следом, и все это совсем не напоминало скольжение. Не катание, а сплошная мука.
Ярко освещенный прожекторами каток постепенно начинал казаться местом пыток почище кресла стоматолога.
И Дениса, как назло, все еще не было.
Когда настало время уходить, Янка первой потащилась в раздевалку. Обогнала детей, плюхнулась на скамейку и почувствовала себя в относительной безопасности, только когда сунула ноги в привычные разношенные ботинки. Земля, о-о, это была земля! Хотя колени по-прежнему дрожали, а все тело ныло, как после тренажерного зала.
Денис появился за ужином. Бледный, взъерошенный, жалкий какой-то. Янка вскочила, собираясь подойти, но он едва заметно качнул головой – «не сейчас». До еды ли тут… Рядом соловьем разливалась Якушева. Без остановки трындела о том, как с шести лет занималась фигурным катанием, но пришлось бросить из-за травмы, как в седьмом классе поразила кавалера перекидным «козликом» прямо в его объятья и что потом еще долго скакала этим самым козликом, но уже от него.
Янка не слушала и кивала. А когда Денис взглядом указал ей на дверь, грохнув стулом, устремилась к выходу.
Вблизи он выглядел еще хуже. Молча вложил ей в руку знакомый даже на ощупь перстень призрака и отвернулся.
– Да, но…
– Ему уже не надо. Его убили.
И пошел прочь, придерживаясь рукой за стену. Янка не отставала. Немного замешкалась на пороге комнаты, которую Денис делил с Дамиром Поливановым. Раньше она никогда сюда не входила. Но сейчас, кажется, следовало. Денис все так же молча лег на кровать и отвернулся. Янка топталась рядом, не зная, что нужно говорить или делать в таких ситуациях. Да и нужно ли.
К счастью, Денис заговорил сам.
– И никому ведь не расскажешь, для всех он давным-давно мертв. Разве что, может быть, Владе… – И снова, после долгого перерыва: – Она сама предложила показать, где тайник. Если хочешь, смотри. Я больше не при делах.
Янка подождала еще немного, но подробностей не последовало. Денис лежал, откинув одну руку в сторону, а потом незаметно заснул, задышал глубоко и ровно. Она осторожно погладила его по плечу и на цыпочках вышла из комнаты.
Глава 10Секретики
– Хочешь, открою один секрет?
Будто мало ей было собственных. Столько секретов и даже девчачьих «секретиков», сколько Янка узнала за последнее время, ее голова еще никогда не вмещала.
Но Владу буквально распирало от нетерпения. Приплясывая на ходу, девочка оказалась возле камина:
– Смотри-и!
Просунув пальцы в углубление между каминной полкой и кирпичной кладкой, она налегла плечом на стену. По ногам протянуло холодом. Влада улыбнулась, помахала рукой и… Исчезла! Впрочем, через секунду появилась вновь, такая же реальная, как была.
– Тут дырка!
Ха, скажет тоже – «дырка»! Вполне приличная щель. Худышкам вроде Янки и Влады – от плеча до плеча, а если кому покрупнее, то только боком. Выдохнув и как следует втянув живот.
– И куда она ведет? – Янка опасливо заглянула в пахнущую сыростью темноту, но лезть не решилась.
– На улицу. Выход прямо за башней. А еще там внутри дурацкие ступеньки. Когда мы с папкой убегали, я упала и подвернула ногу. Он сказал, что строители знали про этот ход, но не стали его замуровывать, потому что это же интересно – потайной ход.
– Да уж… Если не знать, в жизни не догадаешься.
– Ладно, пошли. Тайник в соседней комнате.
Влада снова слазила ладонью в углубление и по-хозяйски отряхнула руки. Она вообще ориентировалась в усадьбе куда лучше Янки. Видно, и вправду провела здесь немало времени со своим папашей-авантюристом.
Воспоминание о призраке заставило Янку помрачнеть. Она так и не рассказала Владе правду. Не смогла. Хотя Денис был уверен, что девочка должна ее знать, сама она так не считала. Дважды хоронить близкого человека, понять, что все это время он был жив и ходил где-то рядом, но так и не забрал ее из детского дома. Подослал Регину, побег от которой тоже был ошибкой… Ни к чему ей все это. Совсем не нужно.
Пусть по-прежнему думает, что папу убили бандиты. Все же лучше, чем знать, что убийца – он сам.
В зале с незаконченным ремонтом Влада уверенно остановилась в углу за дверью. Присела на корточки и принялась тыкать пальцем в кирпичи. Губы ее бесшумно шевелились.
– Пять слева и десять снизу. Или наоборот? Не помню… Получается этот. Или вон тот.
– Надо постучать! – догадалась Янка. – Чем бы, чем бы…
Она машинально обшарила карманы. Кольцо. Снова проклятое кольцо, когда ж она теперь от него избавится? Тяжелое. Наверное, подойдет.
– И у папы было такое же…
Ой! Не подумала.
– Правда? Вот так совпадение! – неискренне удивилась Янка. Впрочем, Влада и сама не стала продолжать разговор на скользкую тему.
– Я вспомнила! – обрадовалась вдруг девочка. – Верхний! Точно!
Хорошо, с выбором определились. Дело за малым – всего-то вытащить нужный кирпич. Всего-то… Просто подцепить его пальцами не удалось – слишком глубоко утоплен в стену.
– Надо чем-то ковырнуть, – сказала Янка после нескольких попыток.
– У меня в башне есть нож. Денис принес для бутеров. Только он не очень острый.
– Тащи. – Влада с готовностью припустила к выходу. – Эй, а ключи?
– Я через окно!
Неистребимая сиротская привычка ходить там, где обычным людям даже в голову не придет. Оставшись в одиночестве, Янка прислушалась к тишине спящего лагеря. Внизу хлопнула дверь – это Влада вышла на улицу. Ощущения близкой разгадки не было, а интуиция Янку подводила редко. Возможно, оттого, что засела в памяти история подземелий графа Дорфа. Скульптуры и картины в стену не упрячешь. Так что, скорее всего, пустышка. Ни о чем. Ошибся Залесский, ох, ошибся…
– Вот, держи! – Запыхавшаяся Влада протянула Янке столовский нож с закругленным концом.
– Быстро ты! Никого не встретила?
– Не-а.
С ножом дело пошло веселей. К тому же оказалось, что нужный кирпич держится не слишком крепко. Сначала не поддавался, а потом вдруг хрустнул и почти вывалился на ладонь.
– Ян, что там такое? Что? Ничего не видно!
– Да подожди ты, не толкайся…
Только бы не пауки. Все что угодно, кроме пауков! Янка отважно запустила руку в образовавшуюся дыру. Пальцы нащупали что-то небольшое и плоское. Бумага. Это был лист бумаги.
– Тс-с, тихо! Слышишь?
За дверью ходили. То ближе, то дальше. Неуверенно или крадучись. Но совершенно точно.
Владу как ветром сдуло. Янка даже не успела понять, куда унесло неугомонную девчонку. Была – и не стало.
Она и сама боялась шевельнуться. Ноги мгновенно затекли, стоило только о них подумать. Медленно вытащив руку с находкой из тайника, Янка мысленно взмолилась о том, чтобы неизвестному не пришло в голову забрести сюда. Ну и влетит же ей! Объясняй потом и про тайник, и про сокровища… Хоть бы только Влада спряталась как следует!