— Нет, — жёстко ответил Малинин. — Возвращаемся в здание, там мы не всё осмотрели. И ты сейчас должен как-то послать весточку, чтобы ваши колдуны от высоких технологий отследили, куда этот караван лодок направился. И было бы неплохо понять, есть там Соня или нет.
Унге с Мамыкиным уже второй час описывали место происшествия, криминалист поминутно причитал, следователь злилась на бестолковых оперов, присланных в помощь, и молилась, чтобы поскорее прибыл Береговой и общение с местными сотрудниками можно было бы переложить на него, а мрачный Лавров, ещё не вполне пришедший в себя после дневной беседы со странной девушкой, всё время молчал и подробно фиксировал положение тел девушек и нанесённые на тела знаки.
— А вы скоро закончите? — хлопая длинными белёсыми ресницами, спросил молодой человек в форме.
Унге с некоторой задержкой оторвалась от бумаг, воззрилась на собеседника и медленно проговорила:
— Вы куда-то опаздываете?
— Не, мама звонила, спрашивала, приеду ли пораньше, — неловко улыбнулся паренёк.
— Вас вообще произошедшее не сильно смущает?
— Не, ужас, конечно. Но просто мама болеет, — тихонько проговорил он.
— Передайте маме, что вы задержитесь на работе на неопределённое время. И ещё я всё-таки намерена сегодня дождаться собственника квартиры, — строго сказала Унге.
Покивав, молодой человек быстро ретировался из квартиры и, сбегая по тёмной лестнице, глухо проговорил в телефон:
— Слушай, ну здесь, походу, надолго. Эта цапля городская требует собственника. Она так просто отсюда не срулит. Чё делать? Да нет, девок мы, конечно, убрать не успели, иначе бы и кипиша не было. Стены бы затёрли и всё, так придурок этот, нет чтобы охрану вызвать, сразу на сто двенадцать стал наяривать, — выслушав ответ, паренёк продолжил: — Да как я её выдворю отсюда? Какие коньяк и конфеты? У тебя там совсем мозг усох? Я ж тебе говорю, там трупешника два. Ой, иди ты, — гаркнул он раздражённо и бросил трубку. — Блин, где свет-то здесь. Совсем осатанели коммунальщики, — чертыхаясь, парнишка стал искать на телефоне фонарик, но в эту минуту услышал, что к нему навстречу кто-то двигается. — Э, хорош. Кто здесь?
Прямо перед его лицом вспыхнул луч фонаря, потом появилось удостоверение, и голос Берегового спросил:
— Достаточно света, чтобы разглядеть мою должность?
— Да, — враз пересохшее горло буквально выкинуло согласие.
— Ну и отлично. Дай-ка мне телефон свой и пошли наверх, поведаешь следователю Унге Алас, что она цапля городская.
— Да я это… — путаясь в словах, попытался возразить парень. — Может, договоримся? — предпринял он последнюю попытку.
— Может, — пожал плечами Береговой. — Пойдём наверх, а то вдвоём как-то неприлично договариваться. Да и темно здесь и сыро, а там, говорят, всё как в лучших областных борделях.
Паренёк сделал попытку дёрнуться, но Береговой мгновенно воткнул ему в ступню костыль и покачал головой:
— Мне на этих палках прыгать долго, так что я, когда скучно, изучаю единоборства с этими штуками. Мне как раз потренить нужно. Попробуешь ещё раз?
Молодой человек выдохнул и, опустив голову, поплёлся обратно.
Медикамент, тем временем поворачивая встроенные в потолок лампы, пытался максимально осветить сцену со страшной картиной.
— Труповозка приехала, — ляпнул участковый, без дела слонявшийся по квартире.
— У машины для перевозки тел есть наименование, — резко сказала Унге. — Её называют «Специальная». Понятно?
— Простите, просто как-то так привычнее, — пожал плечами мужчина.
— Плохо, когда вы привыкаете к своей работе, — отозвалась Унге. — Теряете бдительность.
— Они обе мертвы, — в который раз задумчиво повторил Медикамент. — И это странно.
— Денис, ну мы как бы на месте преступления. Было бы странно, если бы мы были здесь, а они вокруг шеста крутились, — проворчал Мамыкин. — Ну, по крайней мере, для такой компании, — он оглядел участкового и Унге.
— Если это часть ритуала, то всё должно быть идентично. Но так как вторая девушка умерла гораздо позже первой, то это может значить только одно, — Денис наконец отошёл от сцены, — скорее всего, убийцы разные. Характер порезов, нанесение, — Медикамент помахал рукой, — знаков, что ли. Всё сделано по-другому. И если в первом случае, там всё прямо чётко и почти профессионально, то эту парочку убивал новичок. Вторая девушка просто скончалась от болевого шока. Вот вам моё предварительное экспертное заключение, — Денис развёл руками и присел за стол, принесённый участковым с кухни.
— Иди, иди, — подталкивая в спину молодого сотрудника полиции, прикрикнул Береговой, — смотрите какого я перца по дороге нашёл.
— В смысле? — непонимающе спросила Унге.
— Я уже хотел подниматься, как в парадной свет потух. Потом слышу шаги и очень интересный монолог в исполнении этого вот товарища, — покачал головой Юра, — ну я решил, что не буду прерывать жаркое выступление, а то неприлично как-то. В общем, если пересказать сюжет в двух словах, то теперь нам не нужно долго мучатся и искать связующее звено между владельцем квартиры и тем безобразием, о котором он даже не догадывается. Ведь когда он приходил за арендной платой, видимо, думал, что это у арендаторов такая тяга к странным интерьерам.
— Девочки здесь давно работали? — спросила Унге, глянув на бледного паренька.
— Недавно, — тихо ответил он. — Здешние, но они второй раз только на смену вышли.
— Кто заказывал? — Унге вытащила из папки бланки допроса и стала быстро заполняться шапку.
— Я не знаю. Я же здесь не постоянно.
— Где администратор? — частила вопросами следователь.
— Не держали. Рабочая схема такая, что клиенту после оплаты сразу ключ выдавали. Сам ехал и все тут дела свои делал и потом ключ в ящик кидал.
— Камеры есть?
— Нет, что вы.
— Ты мне про ваше категоричное неприятие нарушений конфиденциальности не заливай, — Береговой с трудом опустился на стул. — То есть компроматом вы не банчите и залётных ухарей, что слетаются на местную пасеку, — Юра обвёл руками помещение, — потом не троллите? Смешно.
— Вы ещё не поняли, что сейчас вам как раз лучше полностью сотрудничать со следствием? — Унге пристально посмотрела на допрашиваемого.
— Ну, там. В кухне дверь в кладовку, — паренёк полез за пазуху и вытащил ключ, — там всё.
— Где наши главные специалисты технического прогресса? — спросил закончивший собирать материал Мамыкин.
— На полевой работе, — выдохнул Береговой. — Надо кого-то вызывать, чтобы пошаманили?
— Ладно, снять аппаратуру я и сам смогу, — криминалист глянул на участкового. — Пойдёмте, товарищ, принесёте пользу обществу.
— Этого где допрашивать дальше? — спросил Юра у Унге.
— Есть у меня знакомый в ОВР, — проговорил Денис, одновременно накидывая сообщение в телефоне. — Как человек — говно, но профессионал чудный. Он, если сотрудника с гнильцой найдёт, всё, можно считать дни оного субъекта сочтены. А тут мы ему не то что гнилушку подгоним, целый трухлявый пень. Представляешь, какую ценную находку мы ему в подарок отправим.
— Но сначала, пожалуй, мы сами с ним побеседуем. Ты не рано на себя управление отделом взял? — проговорила Унге.
— Что не так? — искоса посмотрел на неё Денис. — Мы сейчас будем здесь разборки устраивать?
— Нет, — чуть понизила тон Унге. — Потом поговорим.
— Могу забирать? — спросил Медикамент, кивнув на трупы.
— У меня всё зафиксировано, — с некоторой неприязнью ответила Унге.
Вскоре два тела, упакованные для перевозки, покинули последнее пристанище, где осталась их жизнь, а Унге с Береговым продолжили беседовать с «оборотнем» в погонах и ждать приезда хозяина квартиры и, как сообщил перебежчик, главного в этой богадельне.
Медикамент, сопровождавший специальную машину, кивнул присланным генералом Касаткиным для охраны группы парням в форме с нашивками спецназа и, открыв двери в импровизированный морг, показал санитарам, куда грузить трупы.
Бесконечные резиновые сутки наконец заканчивались, и Денис, опустившись на стул, взглянул на вытянутые тела, пока скрытые от него накинутыми тряпками. Он прекрасно помнил, что сказала ему странная девица и сейчас готовился к тотальному досмотру безжизненных тел, чтобы ничего не пропустить.
Утро стряхнуло с неба грозовую пелену, закрасило всё вокруг серым цветом и затянуло плаксивую мелодию дождя, покрывая мелкой моросью деревья, траву, уставшую за ночь озёрную воду и лица окончательно вымотанных людей. Ночь не дала никаких результатов в поисках, и сейчас обессиленный Малинин в сотый раз обходил маленький островок посреди озера, но по-прежнему не мог ничего найти.
— Какая тупость, — вдруг раздражённо воскликнула Стефани, сидя на туристическом коврике и глядя на экран компьютера. — Конечно, — женщина стучала кулаком по земле.
— Что такое? — спросил Данила.
— Штольни! — воскликнула она. — Что, реально за это время никто не догадался посмотреть на геологическую карту местности? Здесь же всё изрыто штольнями, здесь везде велась добыча шунгита.
— Я очень рад, что ты пополнила свои запасы знаний, но эта версия проверялась. Штольни нашли, закрытые — открыли, всё осмотрели, но там никого не было. На всякий случай военные нам помогают и охраняют входы и выходы из этих подземных коридоров, — потирая виски, зевнул Малинин.
— Между прочим, это здание, это остатки дома местного управляющего некоторых рудников, только было это очень и очень давно, — поднимаясь с земли, сказала Стефани. — Ребята нашли инфу. Он здесь жил, озеро искусственное вокруг себя прокопал. Народу тучу положил, но путём подрывов, техники, вывоза земли и просто мужиков с лопатами сделал водную преграду между собой и миром. Оно, судя по всему, больше было, сейчас обмелело. Мужик, по свидетельствам, был на руку сильно не чист, прятал добро от хозяев и здесь точно есть какие-то шахты. Ребята даже раскопали какой-то древний допрос крестьянина, и тот малый неплохо рисовал. — Стеф развернула экран. — Вот таким декором он закрывал штольни.