Стеф видела, как приехал Малинин, пошёл здороваться со старым другом и принимать поздравления, и когда они скрылись в дверях, завела машину, чиркнула сообщение Егору и набрала номер:
— Варя, я уезжаю. Ты готова?
— Да, — без задержки ответила Мечина.
— Хорошо, заеду за тобой минут через десять.
Проезжая мимо окна, откуда были видны Малинин, Марычев и Елена, Стеф увидела напряжённое лицо Егора, затылок Марычева и что-то объясняющую Елену. Потом картинка пропала, и Стефани вывела машину на дорогу.
А Малинин, сидя в роскошном белом кресле, чувствовал себя крайне неуютно. То, что ему говорили Марычев с Еленой, должно было быть приятным, но такое положение вещей Егора вовсе не устраивало.
— Горыч, я ж так рад тебя видеть, — широко улыбаясь, периодически тряс за плечо Малинина Марычев. — Ну ты себе имя-то сделал. И не где-то, а в Москве о тебе уже слагают легенды. Там тебе много сюрпризов подготовили и большущий кабинет.
— Иван, ну я же хотела сюрпризом, — протянула, игриво надувая губы, Елена.
— А мне это зачем? — не понял Егор.
— Егор, твою группу расформировывают. Вы, конечно, просто гениально всё это раскрутили, но было крайне много ляпов. Но я тебя забираю важняком в Москву, там через годик-другой и звание получишь и всё сделаем. Такой, как ты, спец должен заниматься делами федерального масштаба. Подберём тебе команду, и понесётся коса правосудия косить преступных трутней, — веселился Марычев. — Лена, ну ты бы хоть нам заказала что-нибудь, радость встречи смочить.
— Сейчас, — женщина улыбнулась, зачем-то коснулась локтя Малинина и пошла к стойке бара.
— Где Стеф? — без предисловий спросил Иван, напряжённо вглядываясь в лицо Егора.
Малинин молча включил телефон и развернул экран к Марычеву.
— Егор, спасибо за сотрудничество. Я свою работу сделала, мне пора возвращаться. — глухо прочёл Иван. — Верни её, скажи, документы забыл, ещё что-нибудь. Егор, верни её, я пятнадцать лет ждал этого момента.
— Ваня, когда я подъехал, её машина стояла на парковке, она тебя видела.
Марычев до боли сгрёб плечо Егора, тряхнул его с силой и, побелев, процедил сквозь зубы:
— Ты знал, что я ищу её. Ты прекрасно знал. Егор, ты что делаешь?
— Ваня, она тогда не хотела с тобой встречаться и сейчас не хочет. У тебя уже одержимость какая-то. Ты женат, да и вообще женским вниманием не обделён. Я понимаю, что ты, видимо, уже поменял матрицу своего мозга, нацепив лампасы, но приди в себя. Не все люди живут так, как этого хочешь ты.
— Да? — со злой усмешкой спросил Иван. — А как тебе такой расклад? Либо ты переезжаешь в Москву, куда меня уговорила тебя взять Лена, потому что имеет на тебя виды, а я ей очень обязан, либо я добьюсь того, что ты будешь заштатным следаком в жопе мира.
— Второе меня устраивает. Знаешь, перспектива целовать твою жопу, менее заманчива. И уж тем более находиться под руководством человека, кому ментовская кокарда весь мозг стёрла, никогда не было моей мечтой, — сказал Егор, резко встал и вышел.
Игорь брёл по пустому ночному городу, шаркал по мощёным улочкам, всё больше углубляясь в старый почти разваленный взрывами район, потом свернул в узкий переулок и открыл давно знакомую дверь. Протолкнувшись в захламлённом коридоре, Игорь дошёл до комнаты, включил ночник, чтобы хоть как-то осветить пространство.
— Привет, дед Андрей, — сказал Игорь, подсаживаясь к кровати, на которой лежал старик.
— И тебе не хворать, — еле слышно отозвался мужчина.
— Вот я и дошёл до тебя.
— Чё мнёшься? Спрашивай.
— Почему я не знал?
— А это знать нельзя, можно только пережить. Спасибо, Карлушке, что помог тебя доставить куда надо, ну и девицу подальше от тебя сплавил. И вашим забава лишняя, и нам спокойнее, да и она поняла, что ей нужно. Я Карлушку-то у этих иродов выкрал, когда он только народился, намучился с ним, но спас. Он же безобидный, они этими экспериментами столько людей замучили. А стольких демонами сделали. Страшно.
— А попроще-то нельзя было? — часто дыша, спросил Игорь.
— Это как? Чтоб я к тебе года два назад пришёл и сказал, ну что, майор Лашников, дух твой должен переселиться в моё тело и станешь ты Старейшиной рода? — закашлялся дед Андрей. — Ты ж помнишь. Как я тебе сказал, мол, будешь на моём месте — поймёшь. Вот и пришла пора.
— Ну да.
— Даже если бы сейчас я тебе такое сказал, ты бы, конечно, меня уже выслушал, а не просто в вытрезвитель сдал, но всей сути всё равно не понял бы. Ты ж, Игорёк, потерянный потому, что душа твоя всегда знала, каким путём пойдёт, а голова не знала.
— А почему так? Почему именно это тело? — спросил Игорь.
— Заговорённое оно, что-то типа тотема рода. Здесь всё наоборот, тело бессмертное, а дух, который вселяется, конечен.
— Как это будет?
— Ну больно, конечно, — дед Андрей вздохнул, — А так ничего, справишься. Пипирка правда через раз работать будет, да ещё газы не вовремя, ну ничего, привыкнешь.
— Спасибо за краткий инструктаж пользования, — бесцветным голосом проговорил Игорь.
— Столько лет народ резали, почём зря, и всё потому, что Сталичкин нашу тайну с одним из мирных обозов украл. Но мы всегда знали, что придёт избавление.
— Мне кажется, Малинин должен знать.
— Ох, Игорёк, сам-то подумай. Малинину ещё рано такие взрослые вещи знать, не поймёт, не примет, а душа надломится и кровоточить будет, тянуть. Иди, сынок, иди. Мне недолго осталось, а ты до этого момента должен добраться до вершины. Без Старейшины рода оставаться нельзя. Может быть, когда-то мы дождёмся светлого времени, и тогда ямы смогут снова жить и творить свои чудеса. Иди. Главное, что гниль всю выкорчевали. Я чувствую, что вокруг чисто.
Сидя в зале под ярким и горячим светом софитов, Малинин чувствовал себя крайне неуютно, свет больно бил в глаза, галстук стискивал шею, а щёлкающие камеры просто раздражали.
— Егор Николаевич, как же так произошло, что небольшой городок просто оказался во власти какой-то секты.
— Ну не весь городок, — резонно заметил Малинин. — К сожалению, могу сказать, что на многие высокие посты в этом городе были поставлены люди, которые вместе с основной фигуранткой дела строили здесь какую-то колдовскую деревню. Они хотели превратить Карельск в некое подобие места, куда будут съезжаться поклонники мистики со всех концов света, и где столпом поклонения являлась бы Кутейкина гора. Да, для этого привлекалось огромное количество инвесторов, среди них были ярые поклонники оккультизма и расчётливые бизнесмены. На местном законодательном уровне были сделаны крайне благоприятные условия для вхождения нового бизнеса, широко привлекались разнообразные блогеры и люди, которые имеют вес в медиасфере, — обтекаемо проговорил Малинин. — Я не могу сейчас раскрывать все детали, следствие ещё не закончено, но сразу могу сказать, что главные фигуранты арестованы.
— А климатическая установка, которая наделал столько бед. Разве такое возможно?
— Как оказалось, да. Но пока это тоже информация не для распространения.
Малинин и сам не знал, нашли ли эту чёртову установку, потому что как только они арестовали Юлю и Асю, их мягко, но настойчиво отстранила от дела команда Никоновой, все бумаги засекретили, а с каждого члена команды взяли подписку о неразглашении.
Сойдя с подиума, Малинин зло сорвал галстук, увидел спешащую ему навстречу Елену и, быстро увернувшись от хищного поцелуя, посмотрел на неё:
— Ну всё? Я как мартышка отработал? Хочу теперь пообщаться с командой. Можно?
— Нужно. Вы большие молодцы. Мои уже всех трясут, столько голов сейчас полетит, даже в Москве будет знатный звездопад, — Елена остановила Егор и, посмотрев ему в глаза, прошептала: — Через три дня вылет. Белый песок, лазурные воды, маленькое бунгало и только мы. Как тебе план?
— Фиговый. Особенно меня беспокоит ваше психическое здоровье, раз вы о себе говорите во множественном числе.
— Милый, неужели ты думаешь, что я пошутила? Ты, кстати, давно Дениса видел?
— Не нужно мне лишний раз напоминать, что вы его сестру мастерски перехватили, когда её вывезти пытались. Ты же на живца там ещё одну цепочку арестовала, чего ты прибедняешься.
— Он в СИЗО, — медленно нараспев произнесла Елена. — И тебе решать, куда он поедет оттуда. Домой или дальше по этапу. А сейчас иди, празднуйте победу.
Малинин смотрел, как Елена крейсером входит в толпу журналистов, как заправски отвечает на вопросы, как щедро раздаёт интервью и не стесняясь кутается в чужую вуаль славы.
Егор выдохнул, написал несколько сообщений и пошёл к машине.
Наконец, собрав всех вместе, Малинин сел за стол и, немного помолчав, поднял голову и обвёл собравшихся людей взглядом:
— Да, не все дошли до финала, — глухо сказал он. — Но без потерь не бывает побед. Работы, конечно, предстоит ещё много, но это уже не наша забота. Там будут работать спасатели, спелеологи, и другая следственная группа, а мы заслужили отдых.
— Егор, я никак не пойму, как эта девочка Юля смогла такую махину отгрохать? — спросила Соня.
— Ничего нового. Она воспользовалась схемой Зинаиды, но придумала более изощрённую систему. А так как Красуцкий ввёл её в высшее общество, там она нашла много соратников, поняла требования рынка, и спрос нашёл предложение. Она заручилась покровительством серьёзных людей, сделала компромат на высоких чиновников и перед ней открылось ещё больше дверей.
— Простите, а где я могу найти Стефани?
Занятые разговором люди обернулись к двери и увидели невысокого, чуть лысоватого пожилого мужчину, в хорошем, дорогом костюме с галстуком-бабочкой на шее.
— Она уехала, — Малинин встал ему навстречу.
— Вот же незадача, — удивился он. — Она меня искала. Я Губов Андрей Борисович. Профессор религиоведения.
— Да, она говорила о вас. Но у нас вроде всё получилось и сегодня были финальные аресты. Может, говорю путанно, но просто мы все вымотаны. Долгое было дело.