План в пяти действиях
На следующее утро после вечера, проведенного за пиццей и разговорами, Драммонд сидел на земле перед входом в свой номер и, глядя на парковку, размышлял, что он за человек. Долгое время он бегал и прятался, потому что так было правильно. Драммонд все еще был убежден: он не смог бы противостоять Женщине ни десять лет назад, ни когда-либо после.
Один не смог бы.
Теперь, похоже, у него снова появились друзья – люди, с которыми у него есть общее дело. Он твердил себе, что наверняка просто нафантазировал всякого после одного лишь вечера с пиццей, однако в душе надеялся, что это не так. Ему нужны друзья. Люди, которые помогут. Потому что в одиночку ему не справиться.
Стоял прекрасный день: над головой синело ясное небо, начинало теплеть, Драммонду было радостно от обдувавшего лицо ветерка. Радостно наблюдать, как ходят туда-сюда люди, как проносятся мимо машины. На другой стороне парковки из двери своего номера появилась Кэсси; она заметила его, улыбнулась и зашагала в его сторону. От этого ему тоже сделалось радостно.
– Что делаешь? – спросила она, усаживаясь рядом на землю.
– Радуюсь тишине и покою, – ответил Драммонд. – Размышляю над тем, что нам предстоит сделать.
– Понятно, – сказала Кэсси и сощурилась, отвернувшись к парковке.
Она собрала волосы на затылке и закрепила резинкой.
– Надо нам всем позавтракать, – сказал Драммонд, и Кэсси снова взглянула на него. – Тебе, мне, Иззи с Лундом. Поесть всем вместе, как вчера вечером.
– Почему? – спросила Кэсси. – Не то чтобы я была против. Просто интересно, почему ты это предлагаешь.
– Две причины, – ответил он. – Потому что мне нравится. Нравится наша компания. Нравитесь вы все, а я так давно не получал удовольствия от общества других людей.
– Хорошо, – согласилась Кэсси.
– И во-вторых, потому что нам надо составить план. – Он взглянул на нее и добавил: – Ты уже над ним размышляешь. Вот к чему все эти разговоры прошлой ночью, расспросы об Азаки.
Кэсси пожала плечами, но не в знак возражения.
– Живя в прошлом, я научилась думать наперед, – ответила она. – Научилась планировать.
– А я научился выживать. И я знаю Женщину лучше, чем кто-либо из вас. Иззи и Лунд тоже кое-что знают.
– Ага.
– Если хочешь составить план, давай сделаем это вместе, за завтраком.
Кэсси улыбнулась – как показалось Драммонду, с некоторым облегчением.
– Ладно, – сказала она, – я не против.
Какое-то время они сидели в тишине, радуясь теплому утру. День обещал быть погожим – в такой хочется верить, что мир прекрасен. Идеальный день, чтобы отбросить сомнения, страхи и начать планировать невозможное.
Вскоре из своего номера вышли Иззи с Лундом и заметили сидящих на земле Драммонда и Кэсси.
– Тут вообще-то стулья есть, – съязвила Иззи.
Кэсси вскочила первой.
– Где здесь можно прилично позавтракать? – спросила она, пока Драммонд с трудом поднимался на ноги. – Позавтракаем вместе и обсудим наши следующие шаги.
Иззи взглянула на Лунда – тот кивнул.
– Блины, – сказал он.
– Прекрасно, – подхватил Драммонд.
Иззи отвела их в блинное кафе неподалеку – большое, похожее на амбар помещение с видом на тихоокеанский пляж из высоких окон, кряжистыми деревянными столами, столовыми приборами в кружках и туристами, которые сидели вразброс по залу и тоже завтракали. Заказали блины, бекон и кофе – Драммонд при этом перебил Иззи, уточнив, что ему нужен чай, – а потом ели, пили и слушали рассказ девушек, как они ездили к двоюродной сестре Иззи.
– Два дня на «Грейхаундах». Худшее время в моей жизни! – рассмеялась Иззи.
– Даже с учетом всего, через что я прошла за эти десять лет, – улыбнулась Кэсси, – ничего хуже той поездки со мной не случалось.
Беседа велась непринужденно и легко, Драммонд чувствовал себя как дома. Однако им предстояло принять некоторые решения, и когда он предложил перейти к делу, то почувствовал себя родителем, указывающим ребенку, что тому пора заняться уроками.
Тарелки у них забрали, чашки еще раз наполнили, и они перешли к разработке плана. У Кэсси уже была наготове парочка идей, которые она взращивала в себе с прошлого вечера. Она выложила их остальным, а Драммонд дополнил, определив проблемы и риски. Иззи задавала вопросы, Лунд слушал. А затем он задал один-единственный вопрос, и все, осознав, что план не сработает, начали заново.
В кафе они просидели больше часа; туристы приходили и уходили, чай Драммонда остыл, а потом, во время прогулки по пляжу, они проговорили еще час, шлифуя, оттачивая план. Это был сложносоставной план в пяти частях, в нем фигурировали Продавец книг и Азаки (который, возможно, погиб), а также рискованная поездка Драммонда по следам Женщины. И в конечном итоге, если все сработает, их ждало столкновение с Женщиной лицом к лицу.
– Даже если это сработает, она все равно будет опасна, – предупредил Драммонд, когда они вчетвером стояли на пляже, щурясь от солнца. Перед ними рокотали волны, высоко в небе кричали чайки. – Возможно, мы планируем собственную гибель.
Иззи такая идея пришлась явно не по вкусу. Лунд, как всегда, выглядел непрошибаемым. А Кэсси покачала головой.
– Мне так не кажется. Думаю, мы сумеем ее одолеть.
– Что ты собираешься сделать? – спросила Иззи. – Убить ее?
Кэсси заколебалась.
– Так далеко я еще не планировала, – призналась она. – Я не убийца.
– Естественно, – отрезала Иззи. – Так что мы сделаем, когда поймаем ее? Не в полицию же сдадим?
Драммонд вглядывался в даль моря. Ответ на этот вопрос он знал. Еще утром, сидя один, он понял, что им придется сделать.
– Мы убьем ее, – проговорил он, и все трое посмотрели на него. – Она – само зло. С ней по-другому не выйдет. Она не остановится.
Он взглянул на Кэсси, зная, что именно ее должен убедить.
– Ты видела, что она сотворила с моими друзьями, – добавил он и, к своему удивлению, обнаружил, что голос у него дрожит от волнения. Где-то в мозгу загорелось предупреждение: «Ого, да ты сейчас заплачешь». – Ты видела мои воспоминания.
Кэсси кивнула.
– Ты видела, что она творила в зале. Она убивала не просто из необходимости. Она могла забрать книги, и никто бы ее не остановил. Она убивала, потому что ей хотелось. И самым ужасным способом, потому что ловит от этого кайф. Скажи, если я не прав.
Кэсси отвела глаза и уставилась на горизонт. Чуть поодаль двое ребятишек с визгами гонялись друг за другом вокруг замка из песка. В них было столько обыденности, столько счастья.
– Мы убьем ее, – повторил Драммонд. – Мы либо твердо решим это сейчас, либо можем даже не начинать. Иначе нет смысла. Никаких полумер. Мы сделаем все, как должно, и только так освободимся. Только тогда все, – он жестом обвел людей вокруг, – будут в безопасности.
– Я в деле, – сказал Лунд. – Убьем ее.
Иззи удивленно взглянула на него, было видно, что внутри нее идет борьба. Потом она посмотрела на Кэсси.
– Кэсси? – спросила Иззи.
И Кэсси, не поворачиваясь, кивнула.
– Ага, – сказала она. – Сделаем, как должно.
Иззи неохотно согласилась:
– Ладно.
– Хорошо, – резюмировал Драммонд. Он выждал несколько минут, чтобы принятое решение получше улеглось, а затем добавил: – Что ж, тогда начинаем?
ПланЧасть первая – история Азаки
Не в первый раз в жизни Азаки чувствовал себя дерьмово. Иллюзия выбила его из колеи не меньше, чем ту старуху. Он чувствовал, что облапошил ее, показал то, что она желала увидеть, в чем так нуждалась и чего он никогда бы не смог ей по-настоящему дать. Он и раньше проделывал похожие штуки, чтобы заполучить особенные книги, но теперь эти поступки начинали его тяготить.
– Пиво, пожалуйста, – сказал он, подойдя к бару.
Бармен достал из холодильника бутылку. Азаки попросил записать на счет номера и уселся на табурет. В баре было немноголюдно – посетителей ровно столько, чтобы создавать приятный фоновый гул.
– За мисс Пачео, – произнес он и, перед тем как сделать глоток, чокнулся о воздух горлышком бутылки.
Азаки не знал, как долго еще протянет, но остановиться не мог. Он чувствовал страх. Страх перед Женщиной. Она убивала таких, как он, забирала их книги. Он слышал о ней от знакомых, от других охотников за книгами, которых встречал в барах. Ему рассказывали про бойню в парке Вашингтон-сквер, о том, как пропадают другие обладатели книг. Кто она и почему столь безжалостна? Зачем хочет собрать все книги?
Азаки хотел отыскать лишь еще одну книгу. Он бы продал ее через Продавца книг, забрал свои миллионы и исчез, скрылся где-нибудь. Сбежал бы от этого всего.
Он глотнул еще пива и взглянул на свое отражение в зеркале за баром.
У него, конечно, есть книга, которую можно продать. Его собственная.
Но Книга иллюзий принадлежит ему. Ее он не продаст. Никогда.
Он почувствовал хлопок по плечу и увидел в зеркале нависшего над ним Лунда.
– Думал, ты в номер пошел, – не оборачиваясь, сказал Азаки.
Лунд ему нравился. Тихий, не требует внимания. Идеальный телохранитель. Но лучше бы не стоял весь вечер над душой.
В ответ Азаки услышал женский голос: «Это другой Лунд».
Он обернулся и увидел рядом с Лундом симпатичную блондинку. А потом заметил, что Лунд на себя не похож. По-другому одет, волосы длиннее.
– Что происходит? – спросил он.
– Пойдем поговорим, где потише, – предложила женщина.
Азаки взглянул на Лунда, и здоровяк кивнул.
Они переместились за столик в углу зала, подальше от других посетителей.
– Ну и что происходит? – повторил свой вопрос Азаки.
Женщина выложила из кармана на стол книгу. На мгновение Азаки решил, что это Лунд нашел еще одну книгу, и его сердце чуть не выпрыгнуло из груди от столь реального шанса выйти из игры. Но почти сразу же он понял, что ошибся.
– Хорошо, и что это? – спросил он.
– Советую выслушать ее, – произнес Лунд.
– Это Книга дверей, – заявила женщина. – Меня зовут Кэсси. Мы прибыли из будущего, на несколько месяцев позднее, чтобы спасти твою жизнь.
Азаки какое-то время переваривал услышанное, а затем снова взглянул на Лунда.
– Ты из будущего?
Лунд кивнул, потом повторил:
– Я же сказал, советую ее выслушать. Потому что в следующие месяцы случится много дерьма.
– Ты должен отправиться в Нью-Йорк, – продолжала женщина. – Все равно Продавец книг позвонит тебе через несколько дней и попросит приехать.
– Зачем? – спросил Азаки.
Женщина склонила голову набок.
– Довольно сложно объяснить. Потому что я ее попросила. В прошлом. Не важно.
Азаки не сдержал улыбку – звучало все крайне нелепо.
– Прекрати улыбаться, – сказала женщина. – Я серьезно. Прямо сейчас я пытаюсь спасти тебе жизнь.
– Зачем? – спросил он. – Зачем тебе в будущем спасать мне жизнь?
– Потому что нам нужна твоя помощь, – ответила Кэсси. – Чтобы остановить Женщину.
И тут Азаки прекратил улыбаться, потому что все это больше не казалось ему нелепым, и принялся слушать Кэсси, которая рассказала ему про будущее и про план, который придумала.
– Это возможно? – спросила она.
Азаки на мгновение задумался.
– Возможно, – сказал он. – Тяжело, но возможно. Нужно будет немного потренироваться.
Открывая дверь, Азаки сунул руку в карман и взялся за Книгу иллюзий – так он создал иллюзию, будто они с Лундом стоят на шесть дюймов правее.
За дверью оказался Хьюго Барбари, как Кэсси и другой Лунд его предупреждали, однако Азаки все равно поразился тому, что все услышанное оказалось правдой. Он глядел прямо в дуло пистолета. Ну или глядел бы, окажись на шесть дюймов правее.
Барбари выстрелил, и Азаки рухнул на пол, книгой в кармане создавая иллюзию, будто он мертв и лежит ничком с кровоточащей дырой в голове. Барбари выстрелил снова, и Лунд тоже рухнул, как Азаки и предупредили.
Какое-то время он лежал без движения и слушал, как Барбари в соседней комнате пытает Иззи. Если б он заранее не знал, что с ней все будет хорошо, вмешался бы. А может, просто по-тихому встал и ушел. Он никогда не считал себя героем, но ему никогда и не приходилось по-настоящему себя испытывать. Как говорил ему в детстве отец: «Лучшая защита от любого удара – не быть там, куда он придется. Убегай, сынок. Выживать не стыдно».
Он слышал, как спустя несколько минут поднялся Лунд. Здоровяк проверил, жив ли Азаки, но увидел лишь кровоточащий труп и вздохнул, расстроенный смертью товарища, чем, по правде сказать, слегка того обрадовал. Затем Лунд снова встал – на удивление бесшумно, – а спустя несколько мгновений Азаки с удовлетворением услышал, как Барбари шмякнулся на пол от смачного удара. Потом Лунд что-то сказал, и мимо Азаки в комнату прошла женщина, чтобы собрать вещи. Ожидая ее, Лунд снова вернулся к Азаки – и вот тут стало по-настоящему опасно. Или могло бы стать, не предупреди Лунд из будущего, что, вытаскивая из кармана Азаки Книгу иллюзий, здоровяк ничего не заметил. Азаки вынул из кармана руку и сунул себе под живот, оставляя карман открытым. Лунд считал Азаки мертвым и торопился – он не увидел, что рана на голове Азаки чудесным образом затянулась.
Женщина и Лунд в спешке покинули квартиру, пока Барбари не очнулся.
Азаки выждал минуты две на случай, если они вернутся (хотя Лунд заверял, что нет), затем отряхнулся и встал.
Без Книги иллюзий в кармане он чувствовал себя непривычно. Она уже двадцать лет сопровождала его. Была самой большой его ценностью. И ему уже не терпелось заполучить ее назад.
Азаки прошел через прихожую и заглянул в комнату. Барбари бесформенным мешком лежал у дальней стены. Лунд хорошенько его отделал.
– Заслужил, засранец, – процедил Азаки. – Вот же выродок.
И поторопился уйти из квартиры, зная, что, когда придут Кэсси с Библиотекарем, его там быть не должно. Хронометраж он вызубрил четко.
Теперь оставалось лишь ждать. Вечером состоится аукцион, объявится Женщина и устроит бойню.
Лунд и подруга Кэсси сбегут, прихватив Книгу иллюзий. Они отправятся с книгой на юг и спрячут ее по дороге.
Азаки знал, где именно они ее спрячут. Об этом ему рассказали еще тогда, в баре в Антофагасте. Как только они отъедут от тайника, появится он и заберет свою книгу.
Чтобы скоротать время, Азаки снял номер люкс в отеле «Рио» в Лас-Вегасе. В Вегас он прилетел прямиком из Нью-Йорка, проведя пять часов в самолете, и приземлился в международном аэропорту имени Гарри Рида еще до того, как в Нью-Йорке начался аукцион. Когда в банкетном зале росли ставки в борьбе за Книгу боли, Азаки в одном белье сидел на кровати в номере и ел дорогущий бургер из гостиничного меню. Чуть позже Лунд, Иззи и Книга иллюзий на автобусе «Грейхаунд» направятся на юг. Азаки знал, что в город они прибудут через три дня и, свернув с Лас-Вегас-стрип, снимут самый дешевый номер в гостинице «Цирк-Цирк», на следующее утро возьмут в аренду машину и поедут по трассе И–15 на юг, а спустя полчаса повернут на СР–161. По этому шоссе они будут двигаться на запад, пока не наткнутся на грунтовую дорогу, уходящую на север в пустыню вдоль линии электропередач. Лунд остановится у третьего столба, отойдет на десять шагов на запад в пустыню и здоровой рукой – вторая в бандаже – закопает пакет с книгой под кустом.
– Твои шаги шире моих, – заметил Азаки, когда в чилийском баре Лунд рассказал ему, где закопал книгу.
– Отсчитай пятнадцать, – ответил Лунд. – Куст ты не пропустишь. Он там один, прямо напротив третьего столба.
Азаки надеялся, все действительно будет так просто.
В день, когда Лунд закопал книгу, Азаки сидел в кофейне «Старбакс» у клеверной развязки под трассой И–15. Туда он пришел заранее и сел у окна. В начале одиннадцатого утра мимо проехали Лунд и Иззи (она была за рулем). А полчаса спустя, когда они пронеслись в обратном направлении, Азаки уже нетерпеливо сидел в своей арендованной машине. Он видел, как они выехали на автомагистраль и помчались на север, обратно в Лас-Вегас. Там они проведут еще дня два, споря, правильно ли поступили, оставив книгу в пустыне. Об этом ему рассказал Лунд, который словно чувствовал вину за то, что выбросил столь ценную для Азаки вещь. Сейчас, гоня машину к дороге у линии электропередач, Азаки был готов простить Лунда. Если, конечно, найдет ее.
Дорогу у линии электропередач он нашел.
А затем отсчитал третий столб и припарковал машину. Было видно, что здесь же стоял автомобиль Лунда.
Следы Лунда на песке вели в пустыню. По ним он дошел до куста, о котором днями раньше рассказал ему Лунд. Азаки упал на колени. Не обращая внимание на палившее в спину солнце, он раскапывал руками песок, пока не наткнулся на холодный целлофан.
Книга под целлофаном казалась теплой. Такой родной. Он будто бы вернулся домой.
Нетерпеливо, как схвативший шоколадку ребенок, Азаки развернул упаковку и улыбнулся, увидев под ней черный с золотом переплет.
Книга, как и прежде, была прекрасна. И даже прекраснее обычного – все потому, что он расставался с ней на какое-то время.
Азаки встал и на мгновение застыл, ощупывая книгу. Потом взглянул на пустыню, щурясь от раскаленного солнца. Ветер обдувал его щеки песком и пылью.
Он закрыл глаза, из Книги иллюзий в его пальцах полились свет и краски. Азаки рисовал в небе картины, роем кружились вокруг него и затем рассыпались гигантские фигуры из песка, как будто он находился в центре циклона. Песок обретал форму, превращаясь в змееподобных существ, которые сновали, шипели, кричали возле него. Этих тварей он чувствовал насквозь, слышал их голоса – поистине совершенная иллюзия.
Азаки любил иногда поиграть мышцами ради развлечения.
Он раскрашивал змееподобных существ разными цветами – красным, желтым, синим, – а потом из змей они превращались в пляшущие огоньки – одну из любимых его иллюзий. Огоньки в пустыне, радуга без дождя. И всю эту магию сотворил Азаки. Он чувствовал себя как спортсмен, набирающий форму перед соревнованиями.
Его дар, дар Книги иллюзий, все еще с ним.
Он позволил огонькам угаснуть в небе, мерцание вокруг книги тоже сошло на нет. Остались лишь он да сухое, горячее солнце.
Азаки вернулся к машине.
Теперь ему предстояло вновь отправиться на север.
Он был нужен, чтобы помочь одолеть Женщину.
Он сказал, что поможет им, он обещал, потому что они спасли ему жизнь, рассказав про Барбари.
Голос в его голове – может быть, отцовский? – приказывал бежать. В стремлении выжить нет ничего постыдного. Голос донимал его всю дорогу до Лас-Вегаса.
Однако к тому времени, как он оказался в самолете, голос заткнулся, и Азаки почувствовал странное умиротворение.
ПланЧасть вторая – Продавец книг
Во второй раз Кэсси встретилась с Продавцом книг в полночь в нью-орлеанском «Кафе дю Монд», однако на этот раз Продавец не ожидала ее увидеть.
Кэсси предприняла три попытки подряд – три разных вечера в разные дни. Она открывала дверь гостиничного номера на другом конце страны и заходила в «Кафе дю Монд». В первый вечер было тепло и дождливо. Кэсси прождала еще час после полуночи, но Продавец книг так и не появилась. Во второй вечер было тепло и сухо, Кэсси прождала дольше, но Продавец снова не появилась. В третий вечер в Нью-Орлеане, но в тот же самый вечер для Кэсси, Продавец книг была уже там – сидела с кофе и пончиками за тем же столиком, где они встречались с Кэсси в прошлый раз, и смотрела перед собой отсутствующим взглядом. Кэсси она заметила, лишь когда та придвинула стул и села напротив.
– Привет, – сказала Кэсси.
Продавец книг окинула ее невозмутимым взглядом.
– А я все гадала, увижу ли тебя снова. – В ее голосе не слышалось злобы.
– Как дела? – спросила Кэсси, хотя ей было все равно.
Для Продавца книг после аукциона прошло чуть больше двух месяцев. Кэсси отправилась к ней в прошлое.
– Прелестно, – ответила Продавец. – Учитывая, что мой аукцион превратился во влажный сон маньяка-убийцы. Учитывая, что это животное Барбари убило моего единственного друга. Учитывая, что я даже не продала гребаную Книгу боли. А так все замечательно.
Кэсси слушала, но никак не реагировала.
– Что тебе нужно? – спросила Продавец.
– Ну, мне нужны три вещи, – ответила Кэсси. – Во-первых, мне нужен кофе с пончиком, потому что кое-кто однажды сказал мне, что они здесь вкусные, и оказался прав. Во-вторых, мне нужна Книга боли. И в-третьих, мне нужна твоя помощь.
Продавец книг недоуменно вскинула брови, однако дождалась, когда официантка примет у Кэсси заказ, и только потом сказала:
– Нужна моя помощь? У тебя хватает духу просить меня о помощи?
Кэсси моргнула, не понимая.
– Что ты имеешь в виду – «хватает духу»?
– У тебя все еще моя Книга безопасности. Ты так мне ее и не вернула. Как и Книгу дверей.
– Ах да, – сказала Кэсси. – Только я и не могла вернуть тебе Книгу безопасности, ведь правда? Потому что ты раньше сбежала.
Губы Продавца книг раздраженно вытянулись в тонкую линию.
– И я не отдам тебе Книгу дверей, потому что ты не выполнила свою часть сделки. Ты этого не видела, потому что сбежала, но Иззи получила пулю в лоб от какого-то человека, который решил разобраться с той женщиной.
Продавец книг отвернулась, а ее глаза забегали, как будто она смотрела теннисный матч. Вернулась официантка с кофе и тарелкой пончиков для Кэсси.
– Успокойся, – сказала Кэсси. – Она не погибла. Но ты бы об этом все равно не узнала, потому что сбежала.
– Хватит, – отрезала Продавец книг, – это я уже слышала. Я сбежала. Я сделала то, что должна была, чтобы выжить. А если б я не сбежала, та женщина получила бы себе в коллекцию еще одну книгу.
Кэсси откусила пончик. Он был все так же хорош.
– И дело не в том, что ей нужны еще книги, – сказала Продавец книг, обращаясь скорее к самой себе. – В том, как она действовала. Быстро. Свирепо. Ты видела, что она сделала с Окоро? Безусловно, он в каждую секунду своей жизни доставлял кому-нибудь неприятности, однако никто не заслуживает такой смерти.
– На твоем аукционе погиб не только он, – заметила Кэсси.
– Думаешь, я не знаю?! – с горечью воскликнула Продавец. – Да я ни о чем больше и думать не могла. Я пыталась выйти из бизнеса, но навлекла катастрофу себе на голову. Довольно! Не желаю больше иметь ничего общего с этими треклятыми книгами.
– В религию ударилась? – скептически спросила Кэсси.
– Твой вопрос предполагает, что до этого я ее отвергала. Не смей судить меня, дорогуша. Ты ничего не знаешь – ни обо мне, ни о моей жизни. Я не собираюсь извиняться за то, что сделала.
– Я не за извинениями сюда пришла, – сказала Кэсси.
Она глотнула кофе. Черный, горький – идеальный напарник для сладкого масляного пончика.
– Да, ты говорила. Кофе, пончики и помощь. И как же я, по-твоему, смогу тебе помочь?
– Где Книга боли? – спросила Кэсси.
– В надежном месте, – ответила Продавец. – Верну ее, как только получу назад Книгу безопасности.
Кэсси кивнула. Предложение ее не удивило. Мимо прошагала шумная компания молодых людей – они распевали спортивные кричалки и на ходу бросали скабрезные взгляды на Кэсси с Продавцом, поэтому Кэсси сделала паузу.
– Гребаные туристы, – процедила Продавец книг. – Разрушают город. Книга безопасности моя. У тебя нет на нее права.
Кэсси улыбнулась сама себе и сделала еще глоток кофе, подумав, что у нее-то и есть все права, а Книга безопасности куда больше принадлежит ей, чем Продавцу книг.
– Я готова ее отдать, – сказала Кэсси. – Но за это ты должна мне помочь.
– Помочь с чем?
– Я собираюсь остановить Женщину.
Продавец взглянула на нее, не веря своим ушам, затем сложила руки на груди и рассмеялась.
– Да у тебя есть яйца, милочка, отдаю тебе должное. Хочешь остановить ее? Ты со своей Книгой дверей?
– У меня есть не только Книга дверей, – сказала Кэсси. – И не только я. Но кое-чего у меня нет, и ты можешь мне это дать.
– И что же это?
– Мне нужен еще один аукцион. Нужно привлечь ее внимание. В последний раз она пришла, когда ты проводила аукцион. Ты не задавалась вопросом, как она узнала?
Продавец книг пожала плечами.
– Тут нет особой тайны. Я рассылаю уведомления всем. Чем больше людей узнают, тем больше придут.
– Она не производит впечатление женщины с массой друзей.
– Хм. Ну, возможно, она забрала телефоны у тех, кого убила. Тогда ей на эти телефоны могло прийти уведомление, которое мы рассылали.
– Значит, если ты организуешь еще один аукцион, она снова получит уведомление. Особенно если ей нужны книги.
– Какие книги? – спросила Продавец и, несмотря на все сказанное раньше, Кэсси заметила искру заинтересованности.
– Библиотека Фокса, – ответила Кэсси, и брови Продавца удивленно вскинулись.
– Ты нашла ее?
– Я знаю, где она, – ответила Кэсси.
– И ты собираешься использовать ее как приманку? В твоей маленькой блондинистой головке вообще не осталось ни капли ума? Ты собираешься дать ей шанс заполучить эти книги в коллекцию?
– Я должна точно знать, что она придет, – сказала Кэсси. – А это – главный приз.
Продавец книг покачала головой.
– Весь аппетит к пончикам отбила.
– Тебе необязательно там быть, – сказала Кэсси. – Просто назначь время и место и отправь уведомление, когда я скажу. Остальное сделаем мы.
– Мы? – переспросила Продавец книг. – Кто в вашей банде? Твоя подруга Иззи, от чьей болтовни даже ручка у двери отсохнет? Тот здоровяк? Драммонд Фокс, который сбежит от собственного отражения?
– Ты слишком плохо думаешь о людях, – возразила Кэсси.
– Люди слишком часто меня подводили, – парировала Продавец.
– Ты кажешься гораздо более… хрупкой, чем когда мы общались в последний раз, – заметила Кэсси.
– Хрупкой, – повторила Продавец. И сдержанно улыбнулась. – Никто меня в этом еще не обвинял.
– Поможешь мне, и я верну Книгу безопасности. Даю слово.
– А, ну если ты даешь слово…
Кэсси доела второй пончик, наслаждаясь атмосферой кафе. В дальнем конце зала сидели еще несколько человек: походившая на туристов парочка средних лет, две довольно потрепанные девицы, которые сопротивлялись похмелью с помощью кофе и сахара. В углу перешептывались официантки.
– Ладно, – наконец произнесла Продавец. – Когда ты хочешь затеять всю эту ерунду? И где?
– Когда – еще пока не знаю, – призналась Кэсси. – Но точно знаю где. В том же месте, где ты проводила аукцион в последний раз.
– В моем отеле? – переспросила Продавец книг. – В Нью-Йорке?
– А почему нет? Это отель. В нем много дверей.
ПланЧасть пятая (1)
В Нью-Йорке, в заброшенном доме Кэсси ожидала прихода Женщины.
В зале все так же пахло сыростью, хотя с аукциона минуло несколько месяцев и еще несколько недель – с того момента, как Кэсси вывалилась обратно в реальность из места, где создала книги. Следы разгрома никуда не делись: побитые зеркала, осколки стекла по всему полу, повсюду на стенах пятна крови. Люстра над головой сохранилась лишь частично и светила куда слабее, с трудом добивая до углов зала. Пришлось зажечь свечи и расставить вдоль стен, однако пламя только плясало и мерцало. Из блестящей обители танцев и смеха зал превратился в пристанище теней, где в каждом углу таится скрытая угроза.
Кэсси сидела по-турецки на эстраде в дальней части зала спиной к зеркалу, за которым скрывался вход в убежище Продавца книг. В памяти всплывали годы, проведенные с мистером Уэббером; поначалу они казались ей испытанием, если не наказанием, зато теперь она вспоминала о них с любовью. Эти годы навсегда пребудут с ней как время, когда она чувствовала себя в безопасности и под защитой, когда могла радоваться простым вещам. Интересно, все ли события жизни кажутся лучше задним числом, в виде воспоминаний? Способен ли вообще человек по-настоящему ценить момент?
Она подумала об Иззи, о несчастьях, которые на нее навлекла. Кэсси чувствовала себя ужасно виноватой. Несколькими часами ранее, пока все бездельничали в ожидании Женщины, Кэсси нашла Иззи в баре отеля. Та сидела в окружении пустых стаканов и бутылок – итог нескольких дней проживания в отеле.
– Не хочу, чтобы ты оставалась здесь, – сказала Кэсси, не глядя Иззи в глаза. – Не могу подвергать тебя опасности.
– Понимаю, что ты теперь старше меня, но ты мне не начальница, – ответила Иззи. – Я буду там, где сама хочу. А хочу я быть здесь.
– Это не твоя битва. Я втянула тебя. Ты ведь призывала меня остановиться.
Иззи пожала плечами.
– Ты права. Но я все равно никуда не уйду. Я дружу с тобой не потому, что ты всегда указываешь мне, как поступить. И не раздружусь с тобой из-за того, что все это произошло.
– Поможешь мне тогда кое с чем? – спросила Кэсси, вынимая из кармана книгу.
Иззи с подозрением прищурилась.
– Я хочу быть уверена, что она до нее не доберется. Это Книга безопасности. Доберется – и ее уже не остановить. Сможешь унести куда-нибудь и сберечь? Чтобы я точно знала: случись с нами что-нибудь, эту книгу ей не получить.
Иззи взяла книгу и погладила обложку.
– А почему не отдашь мне остальные книги? – спросила она. – Если хочешь сберечь их, отдай мне все.
– Нам они понадобятся, – ответила Кэсси.
– Для сражения с ней нужны не все.
Кэсси промолчала.
– Или ты просто хочешь защитить меня? – спросила Иззи.
Кэсси смирилась, что Иззи не оставит ее.
– Можешь просто держать эту книгу при себе? – спросила она. – Пожалуйста, ради меня? Никогда себе не прощу, если с тобой что-нибудь случится. Ну пожалуйста?
Иззи наконец кивнула.
– Но тогда и с тобой ничего не случится, ладно? Преодолеем все вместе.
Кэсси сидела в зале и ждала Женщину, надеясь, что Иззи права.
Какой-то шум заставил ее разбежавшиеся мысли собраться. Кэсси подняла голову и вгляделась в глубь зала. Она была уверена, что слышала, как открылась и закрылась дверь. Значит, кто-то пришел.
Кэсси нервно втянула ноздрями воздух, сердце бешено заколотилось.
– Кто-то здесь, – сказала она, обращаясь в зал.
Все ее спутники – Иззи и Драммонд, Лунд и Азаки – прятались, невидимые благодаря иллюзии Азаки. Кэсси успокаивала себя мыслью, что она не одна. Надеялась, что в случае необходимости друзья ей помогут.
Кэсси поставила локоть на колено и подперла голову, стараясь сохранить спокойное выражение лица, в то время как желудок исполнял гимнастические пируэты.
Она ждала, но ничего не происходило. В здании вдруг стало очень тихо, будто сами стены затаили дыхание.
И тут возник туман; его клубы, извиваясь, как змеи, просочились в зал и сплелись в стену, отгораживая выход. Затем они раздвинулись, словно занавес, и на танцпол, прямо как в прошлый раз, вышла Женщина. Снова одетая в черную многослойную юбку и белый топ. Юбка доходила до пола, и казалось, будто Женщина стоит в луже из теней. Одной рукой она придерживала у бедра небольшую сумочку, в другой была Книга туманов.
Женщина обвела глазами зал и остановила взгляд на Кэсси.
– Пора бы новый трюк придумать, – сказала Кэсси, указывая на стену тумана за спиной у Женщины.
Женщина по-прежнему спокойно смотрела на нее.
– Тебе интересно, где остальные? – продолжала Кэсси. Она спрыгнула с эстрады и встала прямо напротив Женщины. – Здесь больше никого нет. Только ты и я. Никто больше не придет сюда на аукцион после того, что случилось.
Женщина приподняла голову и сощурилась.
– Я придумала аукцион, чтобы заставить тебя прийти, – сказала Кэсси.
Лицо у Женщины приняло внимательное и настороженное выражение, как у кошки, заметившей незнакомую собаку.
– Неразговорчивая, да? – спросила Кэсси, с удивлением обнаружив, что, помимо страха, испытывает еще и злость. – Впрочем, я знаю, говорить ты умеешь. Это же все для внешнего эффекта? Хочешь внушить, что ты страшная?
Уголки рта Женщины подернулись – не то чтобы она улыбнулась, но, вероятно, признала, что Кэсси права.
– Все, что ты делаешь, – показуха. Даже этот туман во время твоего появления. Типа ты Дракула или кто-то в таком роде.
Женщина чуть поменяла позу, перенеся вес с левой ноги на правую.
– Ты олицетворяешь собой все, что не так с этим миром, – продолжала Кэсси. – У тебя в руках столько волшебства, и на что ты его тратишь? На боль и страдание. Ни на что больше фантазии не хватает, а ведь могла бы совершить столько всего замечательного.
Кэсси почти ощущала, как Драммонд мысленно умоляет ее заткнуться и приступить к плану, но не могла сдержаться. Она выплескивала наружу годы разочарований и отчаяния.
– Мне жаль тебя, – сказала Кэсси, – и я сочувствую тебе.
Лицо Женщины расслабилось, все чувства ушли, осталась лишь пустая маска.
– Как же ты одинока в своей ненависти ко всему вокруг. – Кэсси медленно покачала головой.
Лицо у Женщины напряглось, губы вытянулись в линию, зубы сжались.
– И что ты сделаешь? – спросила Кэсси. – Раздавишь меня, сдерешь с меня кожу, испепелишь светом?
Женщина склонила голову, будто хищник, изготовившийся к прыжку.
– Ну давай, – сердце у Кэсси колотилось от избытка адреналина и страха, – покажи все, на что способна.
ПланЧасть третья – Драммонд и Кэсси в тенях
Самой сложной частью плана – частью, более всего пугавшей Драммонда (помимо финала), – было проследить за Женщиной и найти то, что им нужно. За несколько часов до миссии он без устали расхаживал один по своему номеру и спорил с собой, а правильно ли они поступают? Драммонд чувствовал, как неумолимо надвигается момент, когда придется действовать, но он будто застрял в капкане собственной нерешительности, не зная, хочет ли делать то, что должен.
Кэсси постучала сама – на несколько минут раньше, чем они договорились встретиться в баре отеля. Она стояла в дверях: красивая, чуть помятая, с убранными назад волосами, в старом большом пальто.
– Ты готов?
– Нет, – признался он.
Она отвела взгляд в сторону.
– Я тоже.
Они замерли в неловком молчании, а потом Драммонд сказал:
– Тогда лучше начнем, пока оба не струхнули.
Он вдруг понял, что ему хочется стать смелее. В самом глупом, мальчишечьем смысле он хотел произвести впечатление на Кэсси. На девушку, которой столько пришлось пережить из-за его неспособности защитить ее ни от Хьюго Барбари, ни при появлении Женщины в банкетном зале несколько месяцев назад.
– Угу, – согласилась она.
Они вместе дошли до бара, где коротали время Иззи, Лунд и Азаки – болтали, выплескивая нервную энергию.
– Ты все-таки решилась? – спросила Иззи, вставая при их приближении.
Кэсси кивнула. Драммонд видел, как девушки взглянули друг другу в глаза.
– Береги себя, – попросила Иззи, притягивая к себе Кэсси, чтобы обнять. – Знаю, теперь ты старше, но уж послушайся меня, а то устрою тебе взбучку.
Кэсси прильнула к Иззи головой и усмехнулась. Закончив обниматься, Иззи повернулась к Драммонду.
– И тебе устрою, случись с ней что.
– Понимаю, – натянуто улыбнулся Драммонд.
– Ладно, – сказала Кэсси, скрывая волнение. – Давай начнем.
Они вышли в коридор, и с помощью своей книги Кэсси открыла первую дверь, за которой показался другой коридор отеля.
– Время там сейчас – непосредственно перед аукционом, – сказала она Драммонду. – Перед ее нападением. И до зала далеко, нас никто не увидит.
– Хорошо, – ответил Драммонд.
Он протянул руку, и в глазах у Кэсси возникло недоумение.
– Я перемещу нас в Тени, – пояснил он. – Ты должна держать меня за руку.
– Что? В прошлый раз, когда ты показывал мне библиотеку, мы за руки не держались.
– Это другое, – сказал Драммонд. – Библиотека находилась в Тенях. Туда мы попали вместе. А сейчас я переношусь в Тени сам. Если ты со мной, то мы должны держаться за руки. И ни в коем случае не отпускать, понимаешь?
– А что случится, если отпущу? – спросила Кэсси.
– Выпадешь из Теней. Прямиком в реальный мир. – Драммонд с серьезным видом покачал головой. – Не отпускай, пожалуйста, особенно когда мы будем рядом с Женщиной.
– Возьми его за руку, Кэсси, – раздался у них из-за спины голос Иззи. – Держи так, будто это твоя любимая книжка.
– Замолкни, – процедила Кэсси.
Драммонд видел, как она колеблется, смотрит на его руку, словно перед ней нечто странное и слегка пугающее. Затем она протянула ему свою, и они сцепили пальцы. Ладонь у нее была холодной и гладкой, и у Драммонда по телу пробежали восторженные мурашки. Они взглянули друг другу в глаза, и Драммонду показалось, что Кэсси чувствует то же самое. Как и Драммонд, она выглядела слегка смущенной.
– Ну и сладкая же парочка, – озорно ухмыльнулась Иззи у них за спиной.
– Я же просила замолкнуть, – рявкнула Кэсси.
– Готова? – спросил Драммонд.
Кэсси, заметно сглотнув, кивнула.
– Запомни, разговаривать мы не сможем, я тебя не услышу. Просто будем держаться рядом, что бы ни случилось.
Она показала, что поняла его.
Они шагнули за порог в прошлое и закрыли дверь. Драммонд провел их в Тени – все стало серым, похожим на сон, и у Драммонда возникло знакомое приятное чувство, будто он парит в нереальности.
Они проплыли через отель, через ставшие иллюзорными стены и заброшенные комнаты, потом вниз на первый этаж, где сновали люди – в нереальном мире они казались шумными смазанными силуэтами. Драммонд давно привык к тому, как выглядят люди в Тенях, но осознал, что для Кэсси это в новинку. Он увидел ее глаза – распахнутые, потрясенные. Потянул слегка за руку, и она обернулась. Он вскинул подбородок, будто спрашивая, все ли у нее хорошо. Кэсси кивнула и снова уставилась перед собой.
Они стояли с краю зала и, держась за руки, следили за разворачивающимися событиями, которые прекрасно помнили, однако в этот раз наблюдали их будто под водой, в монохромных оттенках, с приглушенными и отраженными звуками. Они видели, как кричат и умирают люди, как спасается бегством Продавец книг. Как Женщина уничтожает Окоро, а затем и Диего с его пистолетом. Как создает свою иллюзию Иззи, а Кэсси, решив, что ее подруга погибла, в ужасе сбегает через дверь. Драммонд видел прежнего себя, как мечется он в панике, как тот прежний, трусливый Драммонд растворяется в небытии, в своих собственных тенях.
Он почувствовал, что его тянут за руку. Он посмотрел, куда указывала Кэсси, и увидел, что Женщина, этот ангел смерти, выходит из зала. Драммонд поспешил за ней, а Кэсси, держась за него, засеменила рядом. Драммонд ухватил Женщину за плечо и полетел за ней по вестибюлю. Им больше не нужно было бежать по земле. Он взглянул на Кэсси, и та, поняв его, тоже оторвала ноги от пола. Женщина несла их в нью-йоркскую ночь, они болтались у нее за спиной, точно накидка на ветру.
Вместе с ней они сели в ее машину и, держась на заднем сиденье за руки, как робкие любовники, много часов ехали с Женщиной сквозь ночь. В какой-то момент Драммонд повернулся и увидел, что глаза у Кэсси закрыты, как будто она спит. Она выглядит такой умиротворенной, подумалось ему, даже рядом с этим исчадьем ада. Он позволил Кэсси поспать, а сам глядел в окно и думал, какие сны могут сниться в Тенях. Поездка проходила в тишине. Ни радио, ни музыки. Лишь гул двигателя и глаза Женщины в зеркале заднего вида, то и дело поглядывающие сквозь Драммонда на дорогу.
К тому времени, как машина остановилась, Кэсси уже проснулась. Она взглянула на Драммонда в Тенях своими распахнутыми, взволнованными глазами, а он ободряюще сжал ей ладонь, хотя его самого до краев переполнял ужас.
Драммонд просочился сквозь дверцу машины, увлекая Кэсси в темноту вечера – в Тенях все казалось даже темнее, чем в реальности. Перед ними, сплошь окруженный лесом, стоял дом, а еще там были шум и свет от другого автомобиля. Кэсси и Драммонд парили за спиной Женщины, безмолвно наблюдая, как она пригласила к себе двух мужчин.
Кэсси потянула Драммонда за руку, а когда он обернулся, замахала в сторону мужчин.
«Что будем делать?»
Драммонд пожал плечами и с сожалением покачал головой.
«Ничего».
Кэсси напряглась и, не отпуская Драммонда, попыталась поднять руку к лицу, но он ее остановил. Она гневно взглянула на него, на что он лишь кивнул: «Знаю».
Драммонд с Кэсси расположились сбоку от лестницы и стали ждать. От страха в животе у Драммонда все бурлило, как будто он переел, а в ушах звенело, и он понял, что это кровь все быстрее разгоняется по телу.
Женщина указала одному из мужчин на матрас в углу, а второй лег на холодный бетон. Драммонд видел его полные голода глаза, совершенно слепые к угрозе. Мужчина думал, что контролирует ситуацию. Что миниатюрная красивая женщина перед ним не представляет опасности.
А потом, когда пол начал его всасывать, наступило смятение, паника. Драммонд не отводил взгляда, заставлял себя видеть каждую секунду борьбы мужчины за жизнь. Он наблюдал за Женщиной, за голодом в ее глазах при виде порождаемых ею страданий. Драммонд не отводил взгляд, потому что только так мог избавить себя от любых сомнений перед тем, что они планировали совершить. Вот ее суть. Вот почему они должны остановить ее.
Кэсси потянула его за руку, словно намеревалась сбежать, но он удержал ее и, глядя ей в глаза, непреклонно мотнул головой: «Мы должны знать. Мы еще не закончили то, за чем пришли!»
Драммонд Фокс, который делал то, что должно, чего бы это ни стоило.
Он ненавидел себя, когда понял, что Кэсси хочет отвернуться.
Затем от мужчины на полу остались лишь шлепающие губы и ноздри, которые раздувались, хватая кислород. Наконец губы перестали шевелиться, а мужчина погиб в своей могиле из бетона; тогда Драммонд притянул Кэсси к себе, прижал лицом к своей груди; их ладони, неловко зажатые между телами, были по-прежнему крепко сцеплены.
Женщина подошла к матрасу, и Драммонд подступил к ней поближе, чтобы разглядеть. Не потому, что хотел. Потому что был должен.
Кэсси оторвалась от его груди и, повернувшись, увидела, как мужчина на матрасе задрожал и растаял, превратившись в пенистую жидкость. Тени сотрясались от его криков.
Кэсси замотала головой и дернулась прочь, пробуя свободной рукой расцепить пальцы Драммонда; она беззвучно кричала в Тени: «Нет! Нет! Нет!»
Драммонд видел, как напугало, искалечило ее это зрелище, как все время оглядывается она на Женщину, которая изучает жидкое месиво, бывшее когда-то человеком.
Драммонд попытался притянуть, повернуть Кэсси к себе, но ее охватила паника. Она была как зверек с дикими от испуга глазами и, отчаянно вырываясь, молотила кулачком ему в грудь.
А потом Женщина встала.
И посмотрела прямо на них.
Сердце у Драммонда замерло. Он всеми силами сдерживал себя, чтобы не отпустить руку Кэсси и не сбежать.
Почувствовав что-то, заметив в Драммонде перемену, Кэсси перестала вырываться и посмотрела туда же, куда и он, – на Женщину. И в следующее мгновение тоже замерла, как будто они увидели перед собой хищника и весь мир вокруг них застыл, ожидая, что будет дальше.
Через мгновение Женщина отвернулась. Драммонд увидел, что Кэсси плачет: по щекам ручьями льются слезы-тени, но паника, похоже, стихла. Кэсси не сводила глаз с Женщины, стараясь не глядеть на матрас.
Женщина направилась в угол подвала, и Драммонд проследовал за ней. Тени и сумрак чуть рассеялись, и стало лучше видно, что она делает. В углу стоял сейф. Женщина его открыла. Там лежали четыре книги. Она вытащила из сумочки еще несколько и положила в сейф к остальным. Драммонд вглядывался в сумрак, надеясь рассмотреть, какими именно книгами она обладает.
Женщина закрыла сейф, встала и прошла прямо через них. Показалось, что минула целая вечность, пока она, отбивая каблуками медленный ритм, поднималась по лестнице.
Когда дверь за ней закрылась, Драммонд взглянул на Кэсси. Та смотрела на сейф. Он потянул ее за руку, но она обернулась не сразу. Кэсси выглядела раздавленной, как свидетель катастрофы, у которого берут интервью для теленовостей.
Драммонд указал подбородком на сейф, спрашивая: «Достаточно?»
Кэсси на мгновение задумалась и равнодушно кивнула.
Она видела достаточно. Более чем.
ПланЧасть четвертая – Азаки и книги
– Ты, конечно же, знаешь, в чем главная проблема Лунда, – сказал Азаки, непринужденно помахивая стаканом.
– Не-а, – ответила Иззи. – Расскажи.
– Он считает, что, если все время вести себя тихо, сойдешь за тупого.
Азаки повернулся к Лунду, который сидел напротив. Тот чуть сдвинул брови – самое близкое к слову «нахмурился», что когда-либо наблюдал Азаки.
– Но он не понимает, что тупые, как правило, вовсе не тихие. Тупые, как правило, самые шумные из всех.
– О боже, – пробормотала Иззи. – Что же тогда сказать обо мне?
Азаки взглянул на нее и через секунду рассмеялся.
– Из любого правила есть исключения. Потому что ты определенно не тупая.
– Просто громкая, – обрадовалась Иззи.
– Определенно громкая, – подтвердил Азаки, поднимая стакан, словно для тоста.
Они сидели в баре на полуэтаже отеля «Макинтош». От этого отеля у Азаки бегали мурашки. Здесь ему жутко не нравилось, особенно по ночам, когда он пробовал уснуть. Пустынное место с номерами, насквозь пропитанными меланхолией и памятью о прошлом. Но именно в баре на полуэтаже ему было спокойнее всего. Вот уже несколько дней торчали они здесь, и расслабиться ему удавалось лишь в баре с Иззи и Лундом.
Азаки испытал странное чувство, когда вновь увидел Лунда и Кэсси спустя столько времени после их разговора в Чили. Однако для Лунда и Кэсси во время встречи в Брайант-парке с их последнего разговора прошло лишь несколько часов. Через дверь они попали из Орегона в Чили, затем, рассказав ему про будущее, вернулись обратно и уже через другую дверь, вместе с Иззи и Драммондом Фоксом, перенеслись на рандеву с Азаки в Нью-Йорк, как и обещали.
Первую ночь все они провели в непритязательной гостинице в Среднем Манхэттене – оттуда Кэсси нанесла визит в прошлое Продавцу книг и уговорила ее пустить их в принадлежащий ей отель «Макинтош». Услышав про отель, Азаки очень воодушевился, однако затем расстроился, когда их прогулка через весь город завершилась у ограды заброшенного здания.
Общение с Иззи, впрочем, поднимало ему настроение. Ему нравилось проводить с ней время. Лунд был приятным напарником – как комната для отдыха, где можно расслабиться. Жизнерадостная, красивая Иззи, напротив, напоминала лучшую в мире вечеринку. С ней ему было хорошо. Внутри тихой и тревожной Кэсси тоже чувствовалась доброта. И Драммонд Фокс неожиданно оказался куда душевнее, чем Азаки себе представлял, да еще и с чувством юмора, проявлявшимся, когда тот раскрепощался.
В их первую ночь в отеле «Макинтош» Азаки с Иззи отправились искать, чем поживиться. По большей части речь шла об алкоголе, но и о еде тоже. С тех пор они почти все время проводили в баре, где болтали и пили, стараясь не обращать внимания на свои страхи. Порой к ним присоединялась обычно отстраненная и погруженная в себя Кэсси. А еще Драммонд, который молча выпивал, но при этом, очевидно, прислушивался к беседе, словно ему хотелось просто находиться рядом с людьми, не участвуя в общении. Азаки его понимал.
– Не думал, что ты догадываешься, насколько я умен, – произнес тогда Лунд, и Азаки удивленно взглянул на него.
– А я и не говорил, что ты умен, – возразил он.
– Это правда, – согласилась Иззи. – Он не говорил, что ты умен.
– Я просто сказал, что ты не такой тупой, каким хотел бы казаться.
Лунд на секунду задумался.
– Жаль, я не так умен, чтобы понять разницу.
– Ты ужасный сухарь, – заметил Азаки, глядя на него. – Невозможно понять, шутишь ты или нет.
Тут появились Кэсси с Драммондом и сразу же на глазах у всех исчезли в прошлом, пройдя в одну из дверей.
– Вот оно, значит, – произнесла Иззи, когда они ушли. – Начинается.
– Ага, – подтвердил Азаки, чувствуя волнение.
Следующий ход был за ним. Он поставил стакан на стол.
Кэсси и Драммонд вернулись почти сразу. Кэсси с размаху захлопнула дверь, из которой они выскочили. Ее лицо встревожило Азаки. Пустые глаза, побелевшая кожа.
– Ну что? – спросил он и поймал себя на том, что быстро сжимает и разжимает в кармане кулак – нервный тик, которым он страдал с детства.
Кэсси прошла мимо него к бару и рухнула на стул.
– Мне нужно выпить, – сказал Драммонд. – Где виски?
– За баром, – ответила Иззи, не отрывая взгляд от Кэсси.
Она села на диван рядом с подругой.
– И мне принеси! – крикнул Азаки, когда Драммонд направился к бару.
Драммонд поднял руку, показывая, что услышал.
Кэсси все никак не могла прийти в себя.
– Что произошло? – спросила Иззи; она чувствовала, что-то не так.
Азаки взглянул на Лунда, тот повел бровями.
– Не важно. Мы видели Женщину. Мы проследили за ней до дома. Мы были там, с ней… и она при нас убила двух мужчин. – Кэсси замотала головой. – Иззи, это было ужасно.
Иззи было больно смотреть на подругу. Она взяла ее за руку.
– Что она сделала? – не сдержался Азаки. Он испугался, ему хотелось получить как можно больше информации.
Кэсси подняла на него глаза. Казалось, мыслями она сейчас где-то очень далеко.
– Она превратила человека в жидкость. Мне показалось… он кричал, когда она это делала. Но крик его звучал как бульканье, потому что он был весь жидкий. О боже…
Она опустила голову. Азаки, скрестив руки, расхаживал взад-вперед.
– Я никогда не была уверенней в том, что мы собираемся сделать, – произнесла сквозь ладони Кэсси. – Она само зло.
Затем она посмотрела на Азаки.
– Но мы нашли, где она держит книги. Сейф в подвале дома где-то на юг отсюда.
– И ты сможешь забрать их? – спросил Азаки.
– Думаю, да, – ответила Кэсси. Она посмотрела на Иззи. – Помнишь ту первую ночь в отеле «Лайбрари»? Наш разговор про грабителя, который взламывает сейф?
– Ага, – еле заметно улыбнулась Иззи.
Вернулся Драммонд; в одной руке он держал бутылку виски, другой прижимал к груди пять бокалов. Он налил каждому по порции, и все, в том числе Кэсси, молча чокнулись и выпили.
– Давай сделаем это, – сказала Кэсси Драммонду. – Заберем книги.
Она посмотрела на Азаки.
– Готов?
Азаки кивнул, хоть ему было не по себе.
– А как оно сработает? – спросил Лунд. Он указал на дверь, через которую вошли Кэсси и Драммонд. – Эта дверь ведь больше дверцы сейфа.
– Понятия не имею, – ответила Кэсси. – Заодно и выясним.
Кэсси встала, вытерла рукавом рот и снова подошла к двери. Книга дверей, которую она прижимала к себе, вся искрилась и мерцала. Свободной рукой Кэсси открыла дверь, и вместо коридора они увидели сплошную черную стену и внутренность сейфа площадью два на два фута, зависшего в футе над землей.
– Это он? – спросила Иззи.
– Ага, – ответил Драммонд. – Ее сейф.
Азаки наблюдал, как Кэсси запустила туда руку и вытащила книги. Она продемонстрировала каждую по очереди, чтобы Азаки тщательно их изучил.
– Сможешь создать копии?
Азаки кивнул. Он знал, что сможет, но знал также, что у Книги иллюзий есть ограничения.
– Однако иллюзия не продлится вечно. Возможно, несколько часов. Если повезет – день или около того. И мне придется все время сохранять сосредоточенность.
Он пожалел, что за последние часы столько выпил.
– Нам надо созвать аукцион на двенадцать часов, – заключила Кэсси.
– Поездка назад заняла у нее много времени, – заметил Драммонд. – Мы ехали с Женщиной. Сюда ей добираться часов двенадцать или тринадцать. Если Продавец книг объявит аукцион, выезжать ей придется почти сразу.
– Значит, иллюзия должна продлиться ровно столько, чтобы она успела взять книги с собой и уехать, – заметил Лунд, обращаясь к Азаки. – Не так уж и сложно, да?
Азаки криво улыбнулся, но подумал, что Лунд, видимо, хочет его поддержать.
– Не так уж и сложно.
– Мы готовы? – спросила Кэсси, по очереди заглядывая каждому в глаза. – Потому что, когда я созову аукцион, обратного пути уже не будет.
– А почему бы просто не забрать книги? – спросила Иззи. – Можем просто забрать книги и забыть про нее.
Кэсси покачала головой.
– Это мы уже обсуждали.
– На свете еще предостаточно книг, – согласился Драммонд, доливая себе виски. – Лучше пусть она сгинет навсегда.
Азаки чувствовал напряжение в комнате – как будто натянутые гитарные струны, которые вот-вот лопнут.
– Хорошо, – сказала Кэсси. – Азаки, создавай иллюзии. А потом я позвоню Продавцу книг.
– Оставь ей Книгу туманов, – предложил Драммонд.
– Зачем? – спросила Кэсси.
– Ей ведь нравится эффектно появляться, – ответил Драммонд. – Если она попробует создать туман и это не сработает, она поймет, что книги исчезли, еще до того, как мы получим возможность с ней разобраться. Так что давай оставим ей эту книгу. Нам всего лишь потребуется забрать ее, когда Женщина окажется здесь.
Азаки согласился, а Кэсси вернула Книгу туманов в сейф.
И тогда Азаки принялся за работу. Книга иллюзий в его руке лучилась мягким светом. Для каждой из книг, которую они забрали, он создал иллюзорную копию и поместил эти копии в сейф. Он придал им вес и текстуру, иллюзию материальности, как видимую, так и осязаемую.
– Готово, – пробормотал Азаки, по-прежнему сосредоточенный на воображаемых книгах в сейфе.
Он переместился на диван и закрыл глаза, чтобы ни на что не отвлекаться. Он мог чувствовать иллюзорные книги в сейфе Женщины. Книгу иллюзий он крепко сжимал в руке, из ее обреза по-прежнему сочился мягкий свет.
Азаки услышал, как Кэсси закрыла дверь, за которой находился сейф Женщины со всем своим содержимым.
– Все готово? – спросила Кэсси и, увидев, вероятно, как все кивнули, добавила: – Звоню Продавцу книг.
«Скоро все закончится, – подумал Азаки. – Так или иначе».
ПланЧасть пятая (2)
– Ну же, – сказала Кэсси, – покажи, на что ты способна.
Мгновение Женщина молча глядела на нее, потом улыбнулась.
– Хочешь, чтобы я воспользовалась своими книгами? – спросила Женщина, слегка наклонив голову набок. – И вдруг обнаружила, что они пропали?
Разум Кэсси застыл в ужасе: прахом пошел весь ее план; он, как поезд, на всех парах мчался под откос под невозмутимым взором Женщины. Кэсси облизнула губы, чувствуя, как внутренности закипают от страха. Женщина заглянула в сумочку у себя на локте и равнодушно достала оттуда книгу. Почти сразу же книга растаяла – ее очертания зависли на мгновение в воздухе, а потом исчезли. И в руке не осталось ничего.
Женщина посмотрела на Кэсси.
– Думала, я не замечу? – спросила она, вытаскивая одну за другой иллюзорные книги, которые полностью растворялись от ее прикосновения.
– Я знаю свои книги, – продолжала Женщина. – Знаю их на ощупь.
Кэсси будто пригвоздили к месту; Женщина находилась между ней и выходом из зала.
«У нее ведь только Книга туманов!» – прокричал в этот момент мозг Кэсси.
Однако Кэсси помнила, что при помощи Книги туманов Женщина сотворила с Ясмин, подругой Драммонда.
– Тебя я, впрочем, не знаю, – произнесла Женщина, сверля Кэсси взглядом. – Я не знаю, кто ты. Как добралась до моих книг. Но я видела тебя с Библиотекарем. Видела тебя здесь, на последнем аукционе.
Женщина подступила ближе.
– Скажи мне, кто ты.
– Неважно, кто я, – голос у Кэсси хрипел, мысли метались, силясь придумать новый план.
– Нет, важно, – возразила Женщина.
Она медленно оглядела Кэсси.
– Я собираюсь оставить тебя в живых, – продолжала она. – Но ты пожалеешь, что не умерла. Ты будешь петь мне о своей боли. А я буду многие недели и месяцы упиваться твоими мучениями.
Женщина подошла еще на шаг ближе.
– За всем этим стоит Библиотекарь, – сказала она. – Ответь мне, женщина со светлыми волосами, где Библиотекарь? Таков был план? Он решил, что сможет остановить меня, просто забрав мои книги?
Кэсси сглотнула; страх острым камнем застрял у нее в горле. Она не могла пошевелиться. Не могла мыслить.
Женщина вновь сунула руку в сумочку и на этот раз вытащила оттуда револьвер; его дуло зияло перед Кэсси массивной черной дырой.
– Думаешь, мне нужны книги? – спросила Женщина. – Из этого револьвера я убила своего отца. Он не умирал много дней. Я отстреливала ему куски тела и зашивала раны, чтобы он продолжал жить. Видишь, тогда у меня не было книг, но я все равно заставила его петь мне.
Кэсси была будто загипнотизирована дулом, которое черным глазом смотрело прямо на нее.
– Хватит.
Кэсси взглянула Женщине за спину. Там возник Драммонд – он вышел из ниоткуда, из созданной Азаки иллюзии невидимости. Азаки тоже был там, как и Лунд, а также, чуть поодаль, Иззи. Кэсси почувствовала волну облегчения.
– Довольно, – сказал Драммонд.
Он бросил взгляд на Кэсси и, удостоверившись, что с ней все в порядке, опять повернулся к Женщине.
– Библиотекарь, – проговорила Женщина. – И… остальные.
Она улыбнулась, как будто обрадовалась.
И тут Лунд побежал к Женщине – его внезапный рывок удивил всех. Кэсси от неожиданности отпрянула, однако Женщина оказалась слишком быстрой. Она крутанулась и выстрелила. Лунда отбросило назад, как от удара, и он с размаху приземлился на пол.
И тут Кэсси увидела три вещи.
Она увидела, как Иззи, выкрикнув имя Лунда, кидается к нему.
Она увидела, как Азаки, замерцав, снова исчезает.
И она увидела, как Драммонд, подобно Лунду, бежит к Женщине, а лицо его преисполнено решимости.
Женщина направила на Драммонда револьвер и выстрелила – так же, как в Лунда мгновением ранее.
Кэсси колебалась, не зная, что делать, а когда решила броситься на Женщину с другой стороны, вокруг нее уже собирался туман.
Драммонд не остановился; судя по всему, ни одна пуля его не задела, и сквозь сгущающийся туман Кэсси увидела, как Женщина от удивления прищурилась.
Кэсси попыталась сдвинуться с места, но туман густел. Ощущение было такое, словно она утыкается в простыни, потом в подушки.
– Драммонд! – позвала она.
Вдруг все исчезло, воздух вновь стал прозрачным и чистым, а Кэсси увидела, как Азаки возник из ниоткуда, взял Женщину за кисть и выхватил у нее книгу. Женщина обернулась, но тут же к ней подскочил Драммонд и обеими руками схватился за револьвер.
– Если у человека Книга удачи, в него трудно попасть, – заметил он. – И это безумно приятно.
Женщина завопила от ярости, брызжа слюной, но Азаки и Драммонд вырвали у нее оружие – двум мужчинам не составило труда побороть хрупкую женщину.
– Кто ты без твоих книг? – спросил Драммонд, когда они с Азаки отступили в сторону. – Какова ты без своих способностей?
Женщина не ответила.
Из дальнего угла зала раздался голос Иззи: «Кэсси, он ранен. В него попали!»
– Я жив, – слабо прохрипел Лунд.
– В тебе ведь ничего особенного, – заявил Драммонд, глядя на Женщину.
– Ты меньше, чем я думал, – добавил Азаки. – Не могу поверить, что боялся тебя все эти годы.
Он опустил взгляд на Книгу туманов у себя в руках.
– Ты убила моих друзей, – мрачно продолжал Драммонд. – Я десять лет скрывался от тебя. Моя библиотека…
Женщина с интересом склонила голову набок.
– Я так долго не бывал в своей библиотеке только потому, что хотел защитить ее от тебя. – Драммонд поднял револьвер и направил его Женщине в лоб. – Почему бы мне просто не пристрелить тебя прямо сейчас и не сделать этот мир лучше?
– Нет, – мягко проговорила Кэсси.
Она подошла и дотронулась до Драммонда, заставляя его обернуться и опустить револьвер.
– Она ведь сама принесла оружие, – запротестовал Драммонд.
– Знаю, – сказала Кэсси. – Но ты не убийца. Мы поступим с ней по-другому.
Все трое молча смотрели на Женщину, а Женщина с вызовом смотрела на них. Кэсси слышала, как Иззи что-то шепчет Лунду, успокаивая его. Она знала, у них мало времени. Неизвестно, как сильно ранен Лунд, но они должны ему помочь.
– Пора тебе кое-куда отправиться, – сказала Кэсси Женщине. – Я хочу показать тебе Книгу дверей.
Она вытащила книгу из кармана, и Женщина взглянула на нее так, словно ее одолевал голод, а книга была обедом.
– Я хочу показать тебе ничто и нигде. Я хочу показать тебе, откуда возникли книги.
Женщина удивленно вскинула брови.
– Я была там, – продолжала Кэсси, медленно качая головой. – Тебе там не выжить. В этом месте люди не могут существовать. Тебя разорвет на части.
Драммонд сунул револьвер в карман, Азаки бросил Книгу туманов на пол. Они подошли к Женщине, и каждый взял ее под руку, чтобы отвести к двери сбоку зала, за которой Кэсси откроет вход в ничто и нигде. Однако до того, как они ее схватили, Женщина успела приложить ладони к юбке из черных перьев.
Азаки первым взял ее за руку, и в этот момент она исподлобья улыбнулась.
Азаки охнул и испустил ужасный крик. Закрыв руками лицо, он навзничь рухнул на ковер, и Кэсси увидела, что юбка на Женщине мерцает, пульсирует темными огнями.
Женщина резко схватила Драммонда, который даже не успел отскочить, и теперь уже Драммонд истошно завопил, глаза его закатились куда-то внутрь головы, и он тоже упал, закрыв лицо руками.
Кэсси попятилась.
Она видела такое раньше, в воспоминаниях Драммонда.
– Книга отчаяния, – выговорила она.
Женщина, словно танцовщица, сделала элегантный пируэт и, запрокинув голову, подняла глаза к потолку, как будто Кэсси и не было рядом.
Кэсси снова взглянула на юбку из вороньих перьев и увидела, что это не ткань. Перья оказались сшитыми вместе страницами книги.
Не давая Кэсси опомниться, Женщина рванулась вперед – не с нечеловеческой скоростью, однако быстрее, чем Кэсси ожидала – и схватила ее обеими руками. Лицо Женщины исказилось гримасой ярости, а Кэсси наполнило отчаяние.