Находился этот местный «аэродром» на окраине Дарильи, фактически уже за городской чертой. Здание касс, зал ожидания, ангары и просторное поле, на котором были пришвартованы ожидающие своих рейсов длинные разноцветные «сигары». К каждому дирижаблю снизу крепился вагончик для пассажиров. И выглядели эти конструкции, на мой взгляд, устрашающе.
Дойдя до кассы, я поинтересовалась у уставшей немолодой тетки, которой явно надоели всякие придурки, вечно куда-то спешащие и не дающие ей покоя, когда отправляется рейс в том направлении, что указала нам магистр Кариборо.
– Завтра в девять утра, – вяло отреагировала кассирша. – Только нет там посадки. Либо на парашютах прыгать, либо лететь до следующего города, потом на поезде добираться около пяти часов до станции, а дальше пешком, верхом или на автомобиле.
– Ой, мама! – повторилась я в своих эмоциях, представив перспективы.
– За парашют будете доплачивать или до города полетите? – никак не отреагировала на мое восклицание женщина.
– Ну и забрался же он в глухомань, – пробурчала я. – Какая стоимость у билетов и сколько доплачивать за парашют?
Она назвала сумму, со скучающим лицом уточнила, кто отправится в путь, выписала два именных билета и приложила к ним купоны из плотного голубого картона с нарисованным человечком, которой парил над землей с улыбкой блаженного идиота. Что-то мне подсказывало, лицо у него такое не от счастья, а оттого, что умом слегка двинулся… Купоны тоже оказались именными, на их обратной стороне корявым почерком кассирши были указаны наши имена и местные фамилии: Кира Золя, Карел Вест.
Забрав билеты, я вернулась домой. Карела еще не было, так что я занялась сборами. Заодно переписала все накопившиеся у нас записи, шифры и их расшифровки в тетрадь, которую мне подарил напарник на день рождения. Будет лучше, если эти сведения окажутся в таком месте, где их не увидят посторонние любопытные глаза.
К вечеру явился взъерошенный и злой как черт Карел. На мой вопрос, что случилось, он сначала пыхтел, пытаясь сдержать рвущиеся у него ругательства, а потом рассказал о своих мытарствах. Нужные карты в городской библиотеке имелись, только вот необходимых для вычисления приборов не оказалось. Тогда он отправился в судоходное министерство. Там его отшили, и он потопал в книжные лавки и в магазины, торгующие снаряжением для моряков. Оттуда, разговорив продавца, поехал в трущобы на окраине столицы и там отыскал нужный кабак, где ошиваются отбросы общества. С горем пополам, сунув взятку хозяину заведения, чтобы ему порекомендовали нужного человека, нашел отставного одноногого моряка. Как уж этого морского волка занесло в далекую от рек и большой воды Дарилью, неведомо, но он являлся завсегдатаем этого злачного места. И вот он-то за оплату высчитал для Карела на карте две точки. Поскольку мы не знали, какой именно долготой является вторая цифра, то пришлось вычислять обе – и восточную, и западную. Так вот полученные точки располагались в разных концах света. Одна на острове в море, вторая – в непроходимой лесной чащобе на краю цивилизации.
– Этот моряк смотрел на меня как на идиота, когда я просил его отыскать мне эти загадочные места. Потом он выдал что-то вроде: «Я еще могу понять – остров. Море – это море! Но лес? Только полный придурок попрется туда. А что там?»
– И что ты ему ответил? – фыркнула я.
– Что моя подружка – взбалмошная ведьма, мечтающая отправиться в свадебное путешествие в место, которое зашифровала. Мол, угадай… А я теперь не знаю, куда везти невестушку: на остров посреди теплого моря или к волкам в лесной бор?
– А он? – расхохоталась я.
– А он сказал: «Ну ты, парень, и влип! Вези свою ведьму в лес. В следующий раз не будет мужику голову морочить, а попросится на нормальный курорт».
– А ты? – Я уже почти рыдала от смеха.
– Сказал, что так и сделаю. Поэтому собирайся, ведьма. Повезу тебя волкам хвосты крутить, – скорчил он рожу и тоже рассмеялся.
– Нет, драгоценный мой. Сначала мы с тобой полетим на жутком воздушном шарике, с которого будем прыгать с парашютом.
Карел подавился смехом, выпучил глаза и принялся расспрашивать меня о том, что я узнала.
Новый день в Дарколи начался у нас в бодром темпе. Прислуга уже не удивлялась нашей вечной суете, смирившись с непоседливостью новых жильцов. Хоть герцогиня на месте, а молодежь… Ну что с нее взять?
Так что, встав пораньше, позавтракав и прихватив собранный еще с вечера багаж, мы с напарником отправились на подвиги. Доехали на такси до летного поля, предъявили билеты и направились к нужному причалу, к которому был пришвартован огромный красный дирижабль. И все бы ничего, но чем ближе мы подходили к этой не внушающей оптимизма конструкции, тем сильнее меня накрывала паника. Прямо сама от себя не ожидала, что я такая трусиха. Но мне реально было страшно входить в вагончик, прикрепленный к надувной фиговине.
А если прореха? А если пассажирский отсек отвалится? А если?.. У меня в голове крутился миллион этих «а если», и мои шаги все замедлялись и замедлялись, пока я вообще не встала как вкопанная, не дойдя до причала.
– Ты чего? – обернулся Карел.
– Я боюсь, – честно призналась я.
– Я тоже, и что? – не понял напарник. – Я ведь раньше тоже никогда не летал.
– А я летала, в том-то и дело. Но на самолетах! Понимаешь? На нормальных железных конструкциях с крыльями, моторами, пропеллерами и навигационными приборами.
– Вот как раз слова, что ты летала на «железных конструкциях», повергают меня в душевный трепет, – улыбнулся парень. – Железо летать не может. А вот надувной шар с магической составляющей в качестве удерживающей силы – может.
– Ага! Ты мне об этом расскажешь потом, когда мы с тобой на Земле слетаем куда-нибудь на самолете.
Карела передернуло, но он не стал комментировать это «заманчивое» предположение, только поторопил меня.
– Не пойду! – помотала я головой.
– Кира!
– Не пойду, и все! Я боюсь в него заходить.
– То есть левитировать со скалы и удирать от дракона ты не боялась, а лететь на дирижабле боишься?
– Да! Я бы лучше на драконе слетала. Он хоть живой, с ним договориться можно.
– Кирюш, не смешно. Прекрати истерику…
Мы препирались еще минут пять, пока нам уже не стали махать руками сотрудники, намекающие, чтобы мы или быстрее проваливали с поля, или заходили внутрь дирижабля. Я снова помотала головой и уперлась ногами в землю, потому что Карел попытался тащить меня за руку.
– Тимофей какой-то! – выругался напарник, помянув всуе фамильяра Ривалиса, который был тем самым пресловутым песцом, а в последнее время стал еще и именем нарицательным. Рив, кстати, очень обижался, но…
Поняв, что так просто затащить меня в хлипкий транспорт не удастся, Карел поступил радикально. И вот это я ему еще припомню! Этот гад молниеносно нажал мне на какие-то точки на шее, после чего подхватил мое внезапно осевшее тело, закинул на плечо и поволок и меня, и обе наши сумки в вагончик для пассажиров.
– Ы-ы-ы… – Это я, если кто не понял.
– Заткнись, а? – ласково пробасил друг.
Стюарды со смешками провожали нас взглядами, а потом самый догадливый из них забрал из рук парня багаж и понес к нашим местам. Сгрузив меня в кресло, напарник уселся рядом и сообщил:
– Пока не взлетим, паралич не сниму!
– У-у-у!
– Да-да, я тебя тоже люблю и все такое, – не повелся он на мою угрозу.
Через некоторое время салон дрогнул, качнулся, и… мы стали взлетать.
О боже!
Когда я смогла двигаться, мы уже были высоко над землей, и метаться было поздно. Пришлось ограничиться «избиением» напарника и обещаниями, что ему это так с рук не сойдет. Он флегматично кивал и слегка поворачивал корпус так, чтобы мои несильные мстительные удары приходились по плечам и спине.
– Где научился? – проворчала я успокоившись.
– Эварт показал эти точки. Удобная штука, должен сказать, – улыбнулся зловредный напарник. – Я на Гастоне тренировался, а он на мне.
– У-у, вражина! Научишь потом!
Как-то так и продолжался наш путь. Лизнув своего успокаивающего зелья, я окончательно смирилась со способом передвижения. Сама не знаю, с чего меня так накрыло. Я вроде не из трусливых. Спали мы, разложив кресла до лежачего положения. Ели и пили то, что выдавали. Читали взятые с собой «Хроники Дарколи» и книгу о местных техномагических штучках, которую прихватили из библиотеки особняка. Изредка общались с другими немногочисленными пассажирами, но в основном держались особняком, нам хватало общества друг друга. Мы даже сходили на экскурсию. В кабину пилота нас, разумеется, не пустили, но сквозь щелку я успела подглядеть, что там стояла какая-то конструкция, от которой шло сильное магическое излучение. Это меня немного примирило с действительностью, так как магии я доверяла больше, чем наполненному газом дирижаблю.
Пролетело время пути, и пришла пора «высаживаться». Ну и забрался же в глушь этот маркиз! Не мог построить себе замок поближе к столице!
– Господа, ваши парашюты, – сообщил стюард, держа в руках два рюкзака.
Он подождал, пока я сняла и спрятала в сумку полагающуюся к брюкам юбку (ведь прыгать в ней – это абсурд), помог нам надеть рюкзаки с парашютами, подергал за все ремни, заставил попрыгать, объяснил, за что дергать и в какой последовательности. Проинструктировал насчет того, как парить и как приземляться, что не нужно пытаться устоять, а необходимо заваливаться на бок, подтягивать за стропы купол, чтобы не тащило по земле… Мы проверили, что небольшие дорожные сумки, которые мы с собой взяли, не помешают и не спадут, и сообщили о готовности. Стюарт повел нас в нижнюю часть вагона к люку, и вот тут у меня случился второй приступ паники. Даже выпитое заранее зелье не помогало.
– Карел, я туда не прыгну! – сообщила я напарнику, стоя в стороне от люка и с ужасом, вытянув шею, глядя на плывущие под нами поля.
– Кирюш, ты опять? Ну вот же за́мок! Надо сейчас прыгать. А то отлетим далеко, и потом до него придется долго добираться.