— А чем будешь угощать своего ушастого поклонника? — ехидно поинтересовался ворон, стаскивая с тарелки печенье.
Я закатила глаза. Пока что мне удавалось откладывать встречу с эльфом, но поклонники Валенсии были на редкость упертыми. И хотя несколько дней назад я оставила на крыльце эльфа бутыль с сидром и кусок шарлотки в благодарность за лечение ворона, этого оказалось недостаточно — Амриэль приходил каждый день, говорил о своих чувствах и довел меня до того, что я перестала открывать ему дверь.
Сегодня доставщик принес мне букет полевых цветов и письмо. На кремовой плотной бумаге красивым эльфийским почерком было написано, что Амриэль придет сегодня и больше не потерпит отказа.
Я решила написать эльфу ответное письмо с просьбой воздержаться от посещений, потому что очень занята, однако не смогла справиться с пером и чернилами. Поставив несколько клякс, я велела доставщику на словах передать мое послание и вернуть букет отправителю.
— Ешь свое печенье, — сказала ворону.
— Откуда это недовольное выражение на твоем лице, Тина? — хитро поинтересовался тот, вместо того чтобы последовать моему совету. — Этот эльф очень красив. Любая смертная была бы счастлива, обрати он на нее внимание.
— Значит, я исключение, — дернула я плечом, пальцами кроша печенье. Аппетит пропал.
— Судя по всему, он богат.
— Мимо, — отрезала я. — Деньги меня не волнуют.
— Ответь согласием на его предложение, сыграйте свадьбу, подари ему маленьких полуэльфят и будет вам счастье, — продолжал ехидно каркать ворон. — Ты же сама говорила, что в своем мире была одинока.
— Я не выбирала свою болезнь.
— Но теперь у тебя есть шанс изменить судьбу. Почему в твоем мире у тебя не получилось построить семью? Ты не рассказывала.
— А у тебя в роду часом не было сорок? — попыталась отшутиться я. — Я читала о том, что они самые любопытные среди птиц.
Откровенничать с вороном начинало входить в привычку и оказалось не сложнее, чем разговаривать с попутчиком в поезде — вы обсудите сокровенное, а потом каждый из вас пойдет своей дорогой. Или — в случае ворона — полетит. Понимание того, что я рано или поздно покину этот мир, настраивало на откровенность.
— Он был богат и знатен, а ты нет? — не унимался Арх.
Я вздохнула.
— Он не был богат, но когда я смотрела на него, мне казалось, что я буду самой богатой, ведь он будет рядом, — против воли улыбнулась я своим воспоминаниям и тому, какой наивной была.
— И что же произошло? Появилась соперница?
— Нет. Вовсе нет. Когда он узнал, что у меня больное сердце, ушел сам. Сказал, что ему не нужны проблемы. Да, именно так он и выразился — проблема. Я была для него проблемой.
— Значит, его чувства не были настоящими, — уверенно сказал Арх.
— Возможно. — Я посмотрела на тарелку. От печенья осталась горка крошек.
— А другие?
— Не было других. Точнее, я пыталась ходить на свидания, но говорила о своей болезни сразу, чтобы избежать ненужных расставаний. А потом... Потом я решила, что одиночество не так уж и плохо. Каждый должен в жизни сделать выбор. Я свой сделала.— Я отряхнула пальцы.
— Но сейчас ты можешь жить иначе, — тихо прокаркал Арх.
— Не могу, — покачала я головой. — Я привыкла к одиночеству, оно меня не пугает. Я была поздним и единственным ребенком у родителей. Они умерли, любимый ушел. Но я не жалуюсь. Человеческое сердце крепко, как бы смешно это не звучало из моих уст. Со временем я пережила утраты, научилась ценить моменты спокойствия. Мне нравилось, что в моей жизни не было лишних тревог и переживаний. Она была. — я замолчала, нащупывая нужное слово.
— Предсказуемой, — кивнул Арх.
— Но и в предсказуемости есть свои достоинства. — Раздался стук в дверь, и я вздрогнула. — Например, можно не опасаться, что назойливые поклонники не понимают отказов.
Вздохнув, я прошла через торговый зал и распахнула дверь, собираясь раз и навсегда объяснить эльфу, почему не стоит донимать меня своими матримониальными планами. Однако на пороге никого не было, зато под дверью в плотном черном конверте лежало письмо.
Выглянув с крыльца, я никого не увидела. Пожав плечами, подняла плотный конверт и, вернувшись в зал, вскрыла послание.
«Моя очаровательная Ленси!
Все получилось как нельзя лучше. Завтра в полночь я пришлю за тобой карету, которая доставит тебя на праздничный бал в Черный Замок.
С нетерпением ожидаю нашей встречи,
твой Хвостик».
— Хвостик? — вырвался у меня смешок, когда я жадно пробегала глазами послание во второй раз.
Уверена, это письмо от очередного поклонника Валенсии. И он ждет ее в Черном Замке. В пальцах возникла дрожь. Неужели один из змеелюдов?.. Похоже, я была права, и Валенсия все-таки связана с заговорщиками.
— Что там? — спросил Арх, появляясь в зале.
— Кажется, способ попасть в замок нашел себя сам, — сказала я, а затем прочитала ворону письмо.
— Нельзя упускать такую возможность. Ты должна ехать, кем бы ни был этот загадочный Хвостик, — последнее слово ворон едва выговорил из -за приступа смеха.
— И я поеду, — кивнула я, сминая письмо в кулаке.
Спать я легла рано. Так мне казалось, что скорее настанет новый день, который сделает меня на шаг ближе к замку, к сокровищнице и к альманаху.
Из-за полученного письма я долго не могла уснуть, ворочаясь на мягких простынях, поэтому не сразу поняла, во сне или наяву слышу свое имя:
— Валентина... — тихо позвал кто-то, а потом прикосновение пальцев к щеке заставило меня открыть глаза.
Прямо напротив своего лица я увидела очертания мужского. В комнате было темно, из -за чего я не могла как следует рассмотреть мужчину, чувствовала лишь исходящий от него терпкий запах. Так пахнет дорогой кофе с корицей.
— А ты еще кто такой? — Ракетой вылетев из кровати, я запуталась в ночной сорочке и чуть не упала. — Арх! На помощь! — вместо крика из горла вырвался писк.
— Валентина, — повторил незнакомец.
Неужели очередной навязчивый поклонник хозяйки лавки? Но тогда откуда ему известно мое имя? Мое настоящее имя?!
И хотя голос мужчины звучал, словно обволакивающий каждую клеточку тела густой мед, я лихорадочно заметалась по комнате в поисках выключателя.
Вспомнив, что в этом мире прогресс не шагнул так далеко, а чтобы зажечь свечу, мне придется найти огниво, я шагнула к окну и резким движением распахнула шторы. В комнату хлынул лунный свет.
Обернувшись и посмотрев в лицо сидевшему на кровати мужчине, замерла на месте.
Глава 17
— Кто ты такой и как сюда попал?! — спросила я, жалея, что не поставила рядом с кроватью кочергу. Если все обойдется, следующей ночью обязательно положу ее рядом с собой!
Одновременно с этим я не могла не отметить, что сидящий на моей кровати незнакомец очень обаятелен. От него будто исходила магнетическая аура, отчего я не могла оторвать взгляд от его лица.
«Наверняка купается в женском внимании», — мелькнула мысль.
Темные глаза — сейчас я не могла лучше увидеть их цвет — смотрели на меня прямо, без тени стеснения, из-за чего сорочка показалась мне слишком откровенной, а весь мой вид неприбранным.
Я отметила, что одежда мужчины была хоть и черного цвета, но из изысканной ткани. Сорочка свободного покроя была чуть распахнута на груди, из -за чего была видна поросль темных волос, черные, плотно сидящие штаны обтягивали мускулистые бедра. Я сглотнула и запретила себе так откровенно рассматривать незнакомца.
— Тина, вернись в постель, — велел незнакомец. Голос привыкший повелевать, однако меня эти повелительные интонации заставили возмущенно тряхнуть головой.
— И не подумаю! Арх!
Мужчина издал чуть слышный смешок и легко соскочил с кровати, сделав ко мне шаг.
— Не подходи! — предупредила я, упираясь спиной в холодное стекло окна и наблюдая, как незнакомец замирает от меня в нескольких сантиметрах. Карие — теперь я ясно это видела — глаза смотрели пристально и с легкой насмешкой. Иссиня -черные, прикрывающие уши волосы мужчины находились в легком беспорядке, что совершенно не портило его, даже наоборот — придавало особый шик. — Арх! — снова крикнула я, хотя ворон вряд ли смог бы мне чем-то помочь.
Мужчина снова хмыкнул.
— Сейчас ворона здесь нет.
— Что ты сделал с ним? — спросила свистящим шепотом, сжимая кулаки.
— Ничего, — медленно покачал головой незнакомец. — Я и есть Арх.
Я сглотнула, недоверчиво глядя в породистое лицо мужчины. Пробивающаяся жесткая щетина усыпала его скулы и подбородок, прямой породистый нос чуть дрогнул, будто мужчина принюхивался.
— Это какая-то шутка?
— На самом деле — нет, и вскоре ты сама в этом убедишься. Я могу принимать этот облик лишь на несколько минут ночью. В остальное же время вынужден находиться в обличье ворона.
— Арх? — недоверчиво переспросила я, все еще не веря.
Повинуясь порыву, протянула руку, дотронулась до жестких волос мужчины, пропустив смоляную прядь между пальцами. Волосы были жесткими, будто... будто вороньи перья.
— Но как... — Только и смогла произнести, резко отдернув руку. Ритм сердца понемногу приходил в норму. У меня с самого детства вошло в привычку прислушиваться к его биению. — Докажи, что это ты.
— Ты не вы носишь запах роз, — тихо и серьезно сказал мужчина, и я поняла, что передо мной действительно Арх. Про розы я сама сказала ему сегодня утром во дворе дома.
— Арх, — жалобно выдохнула я, — но как же... Только не говори, что ты один из поклонников этой Валенсии...
Я обхватила себя руками, чтобы создать между собой и Архом препятствие. Вспомнив, как прижимала больного ворона к груди, как он видел меня в ванной без одежды, почувствовала приливший к щекам жар и обрадовалась, что стою спиной к окну.
— Я не был до конца откровенен с тобой, Тина, — сказал Арх, отстраняясь и проводя рукой по волосам, зачесывая их назад.
Я облегченно выдохнула. Близость этого мужчины страшно волновала. Если эльф Амриэль был сказочно красив, словно принц, сошедший с иллюстрации из книги сказок, то Арх скорее походил на породистого разбойника. Именно это пришло мне на ум при взгляде на его грубоватые черты лица, мощные руки, широкий разворот плеч и высокий рост.