— Ты преувеличиваешь, — удивленно протянула я.
— Вовсе нет! Мадам Гортензия до сих пор в ужасе из -за того, что ты променяла такой дар на захудалую лавчонку с книгами. Она так мне и говорила: «Алайна, такой дар дается не каждому и добровольно отречься от него, прекратить всякое развитие и заживо похоронить себя среди пыльных книг — упаси Всеведающий!» Хотя я всегда знала, что ты далеко не так проста, Валенсия. И я оказалась права! — Девушка хитро посмотрела на меня и добавила гораздо тише: — Это правда?
Что именно?
— Про тебя и императора? Ходят разные слухи...
— Ну-у, как тебе сказать... — Раздвинув одеревеневшие губы в улыбке, я мучительно подыскивала слова, но меня спасло появление императора. Торжественно задули в трубы герольды, и появился Асш собственной императорской персоной.
Устроившись на троне, он милостиво кивнул, показывая, что готов. Герольд объявлял протокол собрания: высказываться по очереди и дожидаться величайшего решения императорского величества. Затем слово взял сам император, пожелавший начать собрание с какого-то, как он выразился, очень важного и необходимого события.
Пока внимание Алайны было отвлечено, я быстро ушла, спрятавшись за спинами присутствующих. Отойдя на безопасное расстояние, зашептала:
— Ты слышал, Арх?! Валенсия была ведьмой! Вот откуда все эти склянки в ее спальне!
— Не может быть! — каркнул Арх.
— Вот и я о том же! Как такое возможно?!
— Вечный мрак с ней, с Валенсией! Взгляни туда, Тина! — Я завертела головой, не понимая, что имеет в виду ворон. — У дверей!
— Кто это? — спросила я, увидев, как стража вводит в зал двух закованных в кандалы мужчин. Оба они были светловолосы и высоки ростом, возвышаясь даже над двигавшимися рядом стражниками-змеелюдами. Заключенные хоть и двигались с трудом, но головы держали гордо, а во взглядах мужчин не было страха, только непреклонность. При каждом шаге железные оковы громко бряцали, а по цепям пробегали магические искры.
— Подавляющие вторую сущность кандалы из моей сокровищницы, — проговорил Арх, так и не ответив на мой вопрос и запутав меня еще больше. Однако через секунду я уже поняла, что он имеет в виду.
— Изменники Вонейарх Ронс и Тегрин Шаббс, ваше императорское величество! — оповестил один из стражников. — Советник и начальник дворцовой стражи опального владыки Эрхарда! Пойманы шпионящими за Черным Замком!
Глава 43
Когда советник и начальник стражи остановились перед троном Асша, в зале стало настолько тихо, что мне показалось, будто змеелюды применили скрадывающую звуки магию. Но это длилось лишь несколько секунд. На лице императора расцвела не то улыбка, не то оскал.
— Так-так, а вот и изменники пожаловали, — проговорил он, кончиком хвоста в нетерпении ударяя по полу. — Я, новый император Рагрэйна, начинаю свое правление великодушно, поэтому предлагаю вам выбор: откройте убежище Эрхарда и служите мне или... — Асш выразительно замолчал, но и без того было ясно, что он имеет в виду.
Мужчины молчали. Тогда один из стражников, сняв висевшую у него на поясе короткую палку, быстрым движением ударил одного из заключенных по ногам. Тот будто подкошенный упал на колени. Со вторым мужчиной поступили так же. Однако они все так же упорно молчали. Лишь еще выше подняли головы. Я видела, как недовольно сдвинул брови Асш, и слышала, как быстро колотится сердце ворона.
— Отвечать его императорскому величеству! — рявкнул стражник.
— У меня лишь один повелитель. И это владыка Эрхард Эйс из рода Черных Драконов, — презрительно процедил тот, что выглядел старше.
Казалось, присутствующие перестали дышать. Было слышно лишь, как Асш пальцами одной руки постукивает по подлокотнику трона, а другой перебирает цепочку висевшего на шее медальона. Кончик императорского хвоста обвился вокруг одной из ножек трона. Лорд Годвин подошел к императору и, наклонившись, что -то шепнул ему на ухо, но Асш отрицательно качнул головой и поморщился.
— Мой советник лорд Гордон советует дать заключенным время, чтобы все обдумать, но я не обладаю таким запасом терпения. Опальный владыка Эрхард будет найден с вашей помощью или без. Я приговариваю изменников Вонейарха Ронса и Тегрина Шаббса к казни завтра на рассвете. Казнь состоится на центральной площади Грэймхира в назидание другим изменникам. Увести их! — велел Арх стражникам.
Не сопротивлявшихся узников увели из зала. Я, казалось, перестала дышать. И поняла, что нужно как можно скорее вернуться в Грэймхир за Амриэлем.
— Пусть вечный мрак поберет каждого змеелюда! — не удержался Арх, а мне пришлось раскашляться, чтобы заглушить его слова.
— Прошу тебя, тише! Я хочу дожить хотя бы до вечера! — прошипела я, быстро осматриваясь и пытаясь понять, не слышал ли кто слов Арха. Но все были заняты, ведь император начал рассматривать прошения подданных.
Мне хватило полчаса, чтобы понять — любви народа Асш снискать не сможет. Советов лорда Годвина он не слушал. Решения выносил быстро, основываясь лишь на собственном желании отдать все земли змеелюдам. Так, он приказал освободить целый квартал Грэймхира, который занимали школа и лазарет, и построить дома для своих приближенных. Когда члены городского совета попытались воззвать к его разуму, приказал выгнать их из зала и замка.
Апогеем мероприятия стало решение императора относительно гномов. Когда посланец подгорного короля заикнулся о том, что гномы хотели бы приступить к выработке мориллов, как и было оговорено, Асш сделал удивленный вид и сказал, что пока рано обсуждать это. Змеелюды сами хотят обследовать западный склон Черных Гор, чтобы удостовериться, что они безопасны. Даже мне, человеку далекому от политики и дворцовых интриг, было ясно, что гномы увидят мориллы не раньше, чем кентавр на горе свистнет. Представитель гномов покинул зал в гневе.
— Это просто ужасно, чем он только думает?! — возмущалась я после того, как Асш «рассмотрел» все просьбы. Ноги у меня затекли, ведь собрание длилось не один час.
— Хвостом, вот чем, — отозвался Арх. — Бремя власти не так легко, как кажется. А уж управлять такими своенравными народами, не зная их истории и особенностей... — ворон выразительно замолчал.
Я только хмыкнула. Справедливо рассудив, что нужно испросить высочайшего императорского позволения покинуть Черный Замок, я направила стопы в покои Асша. Я бы обошлась и без его разрешения, но мне нужна была карета, чтобы добраться до Грэймхира.
— Подожди меня здесь, хорошо? — сказала я, пересаживая ворона на окно в одном из коридоров. Я решила, что лучше не дразнить Асша лишний раз. Да и привлекать к ворону внимание не хотелось.
— Будь осторожна.
Кивнув, я пригладила платье, а затем быстрым шагом направилась в покои императора. Стражи у дверей не оказалось, а через неплотно прикрытые створки отчетливо доносился знакомый умоляющий голос. Я узнала Рослин.
— Любимый, во имя Лучезарного, казни их позже, я не желаю начинать новую жизнь со смертей, ну что тебе стоит порадовать меня!
— Рослин, мое слово закон в Рагрэйне. Мне не пристало менять свои решения, а с изменниками нельзя вступать в сговор. Я хочу, чтобы меня боялись.
— Но, Асш, милый... Я ничего у тебя не просила на свадьбу. Но прошу теперь — отложи казнь. Может быть, мой отец сможет что-то узнать у пленников... Тогда твои подданные сочтут тебя великодушным.
— Они сочтут меня слабым, Рослин, — отозвался змеелюд. — А слабый правитель не может занимать трон.
— Нет, любимый, нет, ни один живущий в Рагрэйне не сможет сказать такое о тебе, ведь ты по праву занял трон. Завоевал его храбростью и с помощью своего глубокого ума.
Я хмыкнула. Ну да, завоевал. С помощью обмана и магических амулетов. Вот так победа, прокрасться под покровом ночи в замок и напасть на спящих. Но Асшу слова Рослин, видимо, пришлись по душе.
— Это так, но я не изменю свое решение. Ступай к себе, Рослин, и готовься к свадьбе.
— Вот как! Ради меня ты не хочешь пожертвовать хоть чем -то, но ради этой лавочницы Валенсии готов опозорить себя в одно мгновение!
Я вздрогнула.
— Что ты такое говоришь?! — гневно поинтересовался змеелюд.
— Не притворяйся, Асш! Весь замок сегодняшней ночью слышал, как ты мечтал попасть в ее покои! Думаешь, я не знаю?! Мне давно все известно! Вот какое уважение ты оказываешь своей будущей супруге и повелительнице Рагрэйна!
— Уходи, Рослин, ты не в себе. И не показывайся мне на глаза, пока не обретешь ясность ума! Я не желаю слушать подобные оскорбления, не забывай, что ты разговариваешь с императором Рагрэйна!
В щелку я увидела мелькнувшее платье Рослин, и скорее прижалась к стене, чтобы меня не заметили.
— Я все знаю, Асш, и скажу правду, видит Лучезарный, я и так долго хранила молчание! Я открою тебе глаза: она ведьма! Твоя Ленси, — Рослин произнесла имя с предельным презрением, — самая настоящая ведьма! Я все узнала о ней! Она была лучшей в академии, лучше всех смешивала зелья! Уж не одним ли из них она опоила тебя, любимый? Ты ведь сам на себя не похож! То клянешься мне в любви, то стремишься быть с ней!
— Какие глупости, Рослин! — гневно выпалил император. Я думала, что Асш начнет все отрицать, но он продолжал: — Ленси не может быть ведьмой! Она самое милое создание в Рагрэйне! А ты... ты устала и говоришь глупости!
— Ты еще вспомнишь мои слова, когда эта ведьма вонзит нож тебе в спину!
Я едва успела отскочить в сторону, как створки дверей распахнулись, ударившись о стену. Мимо меня пронеслась рыдающая Рослин, пряча лицо в ладонях.
Я немного выждала, перевела дыхание и, вздохнув, постучала.
Глава 44
— Войдите, — глухо отозвался Асш.
Когда я вошла, змеелюд стоял у окна, заложив руки за спину.
— Хвостик, — неуверенно позвала я.
— Ленси, — протянул он, оборачиваясь. — А мы как раз... то есть я как раз думал о тебе.
— Правда? — спросила я, замирая у дверей, чтобы иметь пути отступления.