отрясами.
— Не скрою, всех детей Вами пугал. Но дочки к магии талантов не имели, а вот первый сын потенциально силён, а артефакт на нём сработал хорошо. Не бытовик, а натуральный боевик. А там и в промысел приспособлю, — раздался голос с усмешкой, после которой последовала небольшая отдышка.
— Граф, да и Вам бы неплохо в форму прийти. Можете с сыном приезжать, семь потов сгоню.
— Ха-ха, — нервно усмехнулся Алексей Алексеевич, — Пётр Петрович, извините, но не могу. Еле вырвался, мимо проезжал. Чуть севернее закончилась стройка рыбного хозяйства, там карп, тилапия и осётр будут расти. Будет нужно, обращайтесь!
— Граф, не уводите тему. Когда сможете сына прислать?
— Он этот год пропустил, так как январский. Да и устроить его вовремя не удалось. Так что вернусь в Москву, объясню ему всё, а через неделю он сюда и доберётся.
— Добро. Так, Обломов, внука я выгулял, теперь пошли я тебе покажу гостеприимство.
— Не откажусь, — начал граф, затем куда-то крикнул. — Митька, неси гостинцы!
— Да не ори ты, охламон. Аирчика разбудишь.
— Простите, учитель.
Дальше оба отчего-то заржали.
Затем меня вернули в тепло, выдали козье молоко в бутылочке, а сами начали трапезничать чем-то весьма ароматным под звон бокалов.
В какой-то момент я уснул, так и не услышав ничего кроме коротких тостов и нахваливания грибов, капусты, настойки и кабанчика.
Алёшенькой оказался невысокий толстячок лет девяти-десяти со светлыми волосами и испуганным взглядом.
Он появился тогда, когда снег обнажил множество тропинок, но остался под деревьями и в массе других малосолнечных мест. Намёка на почки или травку при этом пока не было.
Однако «работой» для него оказалось весьма странное мероприятие: заниматься рассадой, гулять, неся мою люльку по деревне и читать вслух основы магии.
Не скрою, последний пункт был мне интересен.
После того, как я прослушал нудный бубнёж несколько раз, я уснул.
Проснулся я от звука подзатыльника и громкого голоса деда:
— Читай чётко! Иначе никакого ужина, а выгул Аирчика заменим на колку дров.
— Магические этапы делятся на нулевой (человек), — испуганно начал Алёшенька, проговаривая каждую буковку. — Затем идёт спутник, после него планета, затем звезда, а после этого система. Редко кто достигает уровня созвездия. Единицы — галактики. Наивысший уровень — вселенная. Он исключителен. В поколении всей планеты мастеров, что до него добираются очень и очень мало.
— Кхе, не так уж и мало. Видел я с дюжину таких, — прокряхтел дед.
— Пётр Петрович, а на каком Вы уровне? — неожиданно задал вопрос толстячок.
— А граф не говорил?
— Ну, он упоминал, что Вы его учили, когда достигли галактики. Но ведь с тех пор прошло очень много времени.
— Вселенной я не достиг. Во время зачистки Родника Силы на Южном Урале, что находится недалеко от Сергиевграда, я истощил свой запас маны, использовал даже жизненную силу. Как видишь, в пятьдесят я выгляжу на все девяносто. Галактика каждой стихии у меня осталась, но Вселенной мне уже не достичь. Контроля и желания для такого нужно очень много, а я стал слишком слаб. Но помочь тебе освоить спутник мы сможем, — усмехнулся дед.
— Я слышал, что могу не освоить, тогда отец сэкономит много денег. Я скопил немного карманных…
— Подкуп учителя? Обломовы не меняются, ха-ха! Нет, паренёк, говорю тебе как маг земли уровня Галактики, ты или освоишь Спутник сейчас, или будешь об этом очень сильно жалеть всю оставшуюся жизнь, — я отчётливо услышал угрозу в голосе, как оказалось, не такого уж старого деда. — Кто не работает, тот не ест. Твоя работа — читать. Так что начинай заново и три главы. После этого ужин, а затем ещё две и ложись спать.
— Угу, — грустно согласился толстячок.
— Ответ не верный. В академии следует отвечать иначе, даже с современными послаблениями. Как?
— Да, учитель.
— Вот и славно. Заодно заменишь телевизор Аирчику.
— Учитель, а почему у этого ребёнка такое странное имя?
— Аир — нормальное и хорошее имя для наследника. И его дал сам Альмахан ещё до его рождения, так что не советую давать эпитет «странный» к любому его решению. Максимум в компании человека, который способен отличить незнание от уголовного преступления.
— Простите. Он что один из преальм? Папа говорил, что Вы не аристократ.
— Я — нет, хотя титул заработал множество раз, но он мне без надобности, лишняя морока. А вот мой внук — последний из рода Чудора.
— Ни разу не слышал, учитель.
— Хм, а вот ещё один пробел в твоих знаниях, причём до невозможности мощный. Хорошо, что нашли так рано. Вот тебе книга истории государства Руссальского, будешь читать по главе в день с завтрашнего дня перед сном. А теперь повторяй заново.
— Магические уровни делятся на нулевой (человек), — тяжело вздохнув, начал Алёшенька. — Затем идёт спутник…
Благодаря свалившемуся откуда-то ученику для деда, я получил небольшой ручеёк информации, иногда падающий в бубнёж или ворчание о горькой доле мальчика-первенца рода.
Надеюсь, что он выведает что за «Чудора» и «преальмы». Хотя теперь я знаю, что аристократ, а не услышал сказку о своём происхождении.
Теперь немного понятно, что значило слово «наследник» в первые секунды моей жизни в этом теле. Однако ситуация до конца всё ещё не ясна.
Неделю Алёшенька зубрил одни и те же главы.
Теперь я в курсе:
Одарённые могут быть способны на волшебство от рождения, пробудить дар при неких событиях или при помощи специальных артефактов и зелий позже.
Магия делится на семь этапов.
0 — Человек (нулевой ранг, упоминается, но не считается).
1 — Спутник (Комета) — для развития нужно взять объект под контроль, выстроив внутри себя куб из восьми точек для контроля.
2 — Планета — нужно собрать восемь спутников на орбите планеты.
3 — Звезда — нужно выстроить в ряд со звездой максимум планет.
4 — Система — требуется собрать около звезды кометы, около планет спутники и всё запустить, сохраняя равновесие.
5 — Созвездие — собрать минимум семь систем.
6 — Галактика — собрать минимум семь созвездий.
7 — Вселенная — превысить число в сто одиннадцать галактик.
Уровень развития каждого этапа делится на:
1 — стартовый,
2 — стабильный,
3 — интенсивный,
4 — высокий,
5 — высший.
Таланты делятся на:
0 — человек (то есть нет таланта).
1 — одарённый пробуждённый от рождения.
2 — природный пробуждённый (проходит пробуждение при стрессе, интенсивном обучении или артефактом).
3 — пробуждённый зельями.
Это было главное. Однако кучу времени Алёшенька гнал сопутствующую воду, которая мне не была интересна. Ну, зачем мне знать про то, сколько там народу таким уровнем владеет? Причём весьма неточно и без привязки к числам. Единицы из тысячи? Миллиона?
Теперь стало ясно, что младенцы-божества мне не причудились, а просто были одарёнными пробуждёнными, у которых силы проявляются с момента рождения.
Это в основном потомки знатных семей, чаще всего аристократов. Однако около четверти таких случаев выпадает на простолюдинов, потомков магов без титула. Около процента на остальные категории граждан.
Так как эти дети становятся опасными для себя и окружающих, то их помещают в особые камеры с подавлением способностей. Однако иногда случаются прорывы из-за небрежности персонала, такое показывали в телевизоре. Сами дети обычно не страдают, а вот простые гражданские и медицинские работники бывает попадают под раздачу и вынуждены использовать специальные средства для защиты и усмирения младенцев.
Глава 2
Через неделю после приезда Алёшеньки ударили морозы, а бураном дом занесло так, что снег оставил крошечные полосы-просветы в самом верху окон.
— Ну, что же, молодой Обломов. Выбора нет, сегодня мы посмотрим на то, что тебе подвластно. Что ты знаешь о своём даре к магии? — спросил дед Пётр, поставив подсвечник с пятью свечами на стол.
Так, это же не свечи! Огоньки горели, но «свечи» были какими-то металлическими столбами. Почему не лампочки, как обычно?
Эх… мне ж никто не ответит.
— Я маг земли, — гордо заявил потомственный Алексей Алексеевич, ударив себя кулаком в грудь. А потом неуверенно добавил. — Природное, вроде, пробуждение, но помогали артефактом, зато пробудился всё же без него. На зелья тратиться не пришлось. На этом всё.
— Да, природное. На тебя напал в детстве монстр в лесу. Не сильный, но ты инстинктивно спрятался в каменный ком, он же каменный шар. Но потом осознанно повторить не сумел, пока тебя не привели в комнату пробуждения, — проговорил Пётр Петрович, стоя лицом к заснеженному окну. Он повёл рукой, и пласт снега снесло в сторону. Но небо было затянуто свинцовыми тучами, так что светлее особо не стало.
— Вам папа рассказал?
— Да. Не мысли же я читать буду. Я что бабка-гадалка или шарлатан-менталист тебе?
— А какие вообще у Вас стихии?
— Про землю ты в курсе.
— Ага.
— Какую стихию я применил только что?
— Снежную?
— Дурень, такой нет. Снег — это часть более мощного умения.
— Ледяную?
— Уже ближе, но не её.
— Водную?
— Вот теперь угадал. Идём дальше. Ты научился медитировать или почувствовал волшебство?
— Если честно, то мне однажды снилось, что да. А утром горшок с фиалкой оказался разбит, но осознанно — нет.
— Ну, я так и думал. Твой отец не рискнул бы давать тебе артефакт, там нужно соизмерять затраты, чтобы тебя не выжгло при попытке войти во внутренний космос. У меня же есть на все случаи жизни. На край, сделаю что-то новое сам. Пока же будешь заниматься медитацией или, как говорили на Руси в древности, созерцать душу.
— Хорошо, учитель, — паренька явно заинтересовал новый этап обучения сильнее, чем книги.