— Огненная стрела! — направил я жезл в появившуюся башку.
В следующий миг та засветилась.
— Воплотить дух! Поднимись и подчинись! — протараторил я и получил двух каменных монстров по цене одного. После этого отдал приказы. — Покажите мне дорогу в безопасное место, если оно есть. И охраняйте меня.
По ощущениям я всё ещё переполнен лунами, хотя огненная стрела точно сожрала намного больше, чем некромантские заклинания.
Всё же активация артефактом делает цену выше. Пусть я не знаю точно, но какой-то процент есть даже у кольца-змеи, что позволяет мне безмолвно активировать мой природный дар. Поэтому, если нет свидетеля, я предпочитаю проговаривать формулу волшебства.
А уж, если смогу, другая стихия потребует учиться активации почти с самого начала.
Но до этого ещё надо дожить. Обязательно надо, но вот позволит ли реальность?
Ещё трижды пришлось активировать огненные стрелы, так как Бил при сражении зомби с диким монстром сообщил:
— Они ничего друг другу не сделают. Их брачные игры наступают в сезон дождей, когда у них появляется слабость. До этого просто сражение двух булыжников.
— В трещинах бывает смена сезона? — уточнил я.
— Нет. Но они выбираются из них и ассимилируются в природе. На Южном Урале была группа таких. Нам пришлось месяц следить за ними, пока обнаружили слабость и сумели их убить. Хорошо, что среди нас был огненный маг на Звезде, иначе мы там кого-то да потеряли бы. А так создали непроницаемый для них плотный пласт породы, полили водой, а потом запекли. Даже вожак на уровне Башни не спасся. Но глаз собрать не смогли. Зато языков!
— Понятненько, — проворчал я. — А как вообще часто возникают трещины и где?
— Кто ж знает? Но британцы как-то научились их открывать массово и просто. Собственно именно они в первую очередь мировые лидеры в начертательном призыве, демонологии, некромантии и ряде направлений алхимии. Так что остаётся лишь догадываться, как именно это происходит. Может кто-то в верхах в курсе. Да и времени прошло много.
Я не стал отвечать, примеряясь жезлом к двум сражающимся монстрам.
В какой-то момент мой зомби просто замер, перестав подсвечиваться, а противник ринулся ко мне, нырнув под грунт.
*Харванг!*
— Огненная стрела! — произнёс я, но плохо подобрал тайминг. Не пострадал сам, но и монстр успел скрыться.
Воплощённый фантом сражался со своим противником, буквально сталкиваясь лбами.
Два тупых чудища явно были друг для друга неуязвимы. Но и огненную стрелу на пятнадцать метров я не пошлю, раз уж мажу с полутора.
*Харванг!*
— Огненная стрела!
В этот раз я извернулся, сумел попасть прямо в лобешник цели, но тот протаранил меня прямо в грудь.
— До свадьбы заживёт, — усмехнулся жезл.
— Хорошо, хоть не придавило, кх-кх, — прокашлялся я, выбравшись из-под помершего монстра. Поднявшись, я ощутил резкую боль в груди. — Может, перелом. Но, наверно, всё же просто ушиб.
Потом я снова получил две штуки нежити, которым приказал вывести меня на безопасное место, а сражающегося воплощённого фантома с противником просто оставил.
Шли мы примерно десять минут, и зомби неожиданно прекратил подавать признаки… ладно, жизнью это не назвать, в общем, утратил двигательные функции, померк и, наверняка, отправил луны мне назад.
— Бил, ты в курсе, что с ним? — спросил я жезл.
— Без малейшего понятия, — ответил фантом, почесав крылом продолговатую часть аретфакта.
— Возможно ли, что из-за сильных повреждений плоти, он в какой-то момент разрушается?
— Не, у него ж скелет… а, точно, зомби это в первую очередь про нервы. Потому в голову и принято бить или вообще отсекать её. Возможно, надо указывать вид поднимаемой нежити. Но я не некромант, так что без понятия.
— Блин. Неужели зомби столь уязвимы?
— Нет, ты просто жаришь монстру мозг стрелой, потому он помирает, а потом поднимаешь жареного. Огонь — враг нежити. Сам кучу раз убивал мертвяков. Собственно это основная причина вызовов канцелярии обычно, — усмехнулся бывший работник тайной канцелярии. Я думал, что по делам аристократов, а, похоже, что по многим поводам.
Спустя пять минут я оказался на скале, к которой привёл воплощённый дух песчаного крокодила.
Но Ушаковой с возвышенности всё равно не видно. А вот фонтанчики разлетающегося под воздействием монстров песка периодически возникают в отдалении. Она?
А что я могу сделать, если там реально та вредная девчонка?
— Бил, воплотись и станцуй внизу. Потом я тебя снова материализую, чтобы ты применил огненный шар. Так же потратиться меньше энергии, чем мне самому через жезл? — спросил я.
— Да, раза в полтора, а может больше, — ответил фантом, а потом до него дошло, — ты из меня наживку хочешь сделать?
— Да.
— Лады. Только давай два воплощения с танцами. А лучше три, чтобы собрать как можно больше тварей.
— Да хоть десять, — усмехнулся я. Не мне же страдать. Но этого я решил не уточнять.
Так время и текло. Скоморохов привлекал внимание, собирая стаю, что становилась с каждым воплощением всё больше, а я выжидал. Меня же охраняла последний воплощённый харванг немного ниже по склону скалы.
После восьмого воплощения Скоморохов заявил:
— Пора подрывать, а то их что-то многовато. Будет больше, огненного шара может и не хватить. А для босса тебе точно понадобится много лун.
— Да я на босса не планировал идти. Мне показалось, что во-о-он там Ушакова может находиться, — произнёс я в сторону своей догадки.
— Не вижу, далеко.
— Там была активность этих зубастых каменных лбов. Вряд ли они в салочки играют.
— Да, они скучные, что-то их спровоцировало. Она же волшебница воды?
— Вроде бы, но могла и соврать.
— К тому же княжна. Точно есть артефакты. Да и мантия водная на ней была, должна выжить. Конечно, если догадается свалить на скалу и отбиваться своим смертельным оружием.
— Это каким? — поинтересовался я.
— Двухколёсным. Намочить монстра, а потом по нему этой штукой, с него кожа спадёт, а там очень ранимая плоть. Кстати, они чем-то смесь рака и курицы напоминают, но сейчас не до этого, — оповестил меня Бил.
Я воплотил его опять, он немного попривлекал внимание, отплясывая чечётку, после чего поднял руку вверх.
На него из-под песка рванула куча крокодилов, и он опустил руку вниз:
— Огненный шар!
Если честно, то в мультиках и новостях подобное заклинание смотрелось слабее. Вблизи я сумел ощутить волну жара, временно потерять зрение из-за вспышки, а так же ощутить вонь. Да, пусть это не в первые, но даже эффектнее огненного дождя, виденного мною ранее из автобуса.
Когда зрение ко мне вернулось, я спросил у жезла:
— А почему так мощно вышло? Это обычная сила или в чём-то секрет?
— Секрет шара, что его максимальная мощность вблизи. Но кто же додумается угрожать самому себе? Одно дело неуязвимость к температуре, другое к взрывной волне, — пояснил подрывник.
— Понятно, — пробормотал я и отправился создавать армию. — Воплотись, поднимись скелет, подчинись…
Хорошо, что это работает, как групповая магия. Иначе я задолбался бы. На пляску Скоморохова прибыло очень много монстров. Единственное, под атаку попали далеко не все.
С другой стороны, я всё ещё ощущал профицит лун.
Пока всё выглядит оптимистично. Ещё бы грудь не болела так, словно по ней ударил каменный крокодил…
Глава 24
Если один на один харванг и воплощённый фантом на его базе были равны, то скелеты оказались весьма хрупкими, но куда более проворными, а так же их атака хвостом в глаз противнику приводила к получению мной почти цельной тушки.
К сожалению, попытка поднять вампира, упыря, оборотня, мумию и прочие виды мертвяков, о которых я слышал, привела к провалу и невозможности поднять или воплотить обычную нежить. Но отрицательный результат, тоже результат.
Скоморохов проводил очередную пляску, а нежить с трибуны подо мной следила за ним.
По его команде они набрасывались на выпрыгивающих крокодилов, что вставали в ряды моих монстров очень быстро. Била уже десять сражений подряд не приходилось воплощать. А потери среди нежити были мной допустимы. На каждый потерянный скелет приходилось по три-четыре тушки и столько же фантомов.
Даже с экспериментами моя армия прирастала, чего не сказать про луны. В какой-то момент я вышел на максимум собственного объёма, потеряв ощущение лёгкости и незаметной почти эйфории от избыточной магической энергии.
Это был минус, но предсказуемый.
На данный момент под моим контролем было свыше сотни существ на уровне Рядового, а так же фантом-подрывник с огненной магией.
Но я уже понял, что смерть нежити даёт мне луны, а следовательно глупо экономить энергию, которую можно восстановить при медитации.
Однако я ожидал, что общение с Безумновой даст мне гораздо больше излишков.
— Что-то ты вяло танцуешь, на твои представления никто новый не приходит, — проворчал я, наблюдая за вялой пляской Била Скоморохова, что больше не завлекала сюда крокодильчиков.
— Зато посмотри, какую аудиторию я уже собрал, и она не редеет! — рассмеялся воплощённый фантом.
*Хавранг!*
Из-под земли выпрыгнул небольшой крокодил и цапнул капитана за ягодицу, что привело к возмущённому воплю из жезла:
— Это не считается! Ты меня отвлёк, вот я и оказался здесь!
Между тем обидчика Била уже растерзали скелеты, мне оставалось только поднять нежить.
— Кого могли привлечь, похоже, привлекли. Давай сходим в ту сторону, где ранее были фонтанчики песка, а там уже думать будем, — предложил я.
— А я что? Я просто бижутерия, ведомая хозяином, ха-ха! Как же весело жить!
И мы всем табуном направились в нужном направлении. Кроме того я отдал приказ искать живых людей или их тела, да и следы до кучи, но пока это не давало результата. Так как при нахождении подобной цели крокодил должен был передо мной упасть на спину, но подобного не следовало.