— Его императорское высочество готов принять вас, — поднялся личный адъютант великого князя. — Проходите.
Брат императора ждал меня, сидя за крепким дубовым столом, покрытым добрым слоем лака. Какое-то время он сидел молча, сверля меня взглядом своих стальных глаз. Не знаю, чего ожидал от меня Великий Князь, личным решением которого было отправить меня в незнакомую и полную неизвестностью Индию.
— Приветствую вас, ваше императорское высочество, — решил наконец разорвать я тишину, переломившись в поклоне, после чего замолк, не представляя, что ещё можно сказать.
Александр Александрович обладал тем редким умением, которым обладали очень немногие люди — он умел давить мысленно, не применяя слой от слова «совсем». Он сидел и просто сверлил меня взглядом так, что я физически ощущал боль от каждой секунды, что на меня смотрели, заранее готовясь признавать себя виноватым во всех смертных грехах, которые только мог совершить человек.
— Присаживайся, князь. Разговор держать будем с тобой.
Я сопротивляться не стал. Если человек подобного общественного положения просит тебя сесть, то отказывать как минимум некрасиво, как максимум опасно для жизни. Потому ты быстро прижал задницу к стулу, выпрямив спину как самый добропорядочный и послушный пионер.
— Докладывай.
— Поставленную задачу считаю выполненной, — я оправился и перехватил взгляд князя, понимая сложность следующих нескольких минут прямого зрительного контакта. — Восстание, подготовленное при нашем содействии, началось в установленные заранее сроки. — Я выдохнул, старательно подбирая необходимые слова для следующего предложения. — Индийские князья и вожди северо-запада региона подняли восстание против британского колониального гнёта. Мы смогли организовать скоординированное выступление ополчений и армий махараджей, что привело к значительно дестабилизации британской администрации в регионе. Дели было взято всего за сутки первого же дня восстания. Потери среди местного населения были велики, но обойтись без него было проблемно, а потому считаю сопутствующие потери в границах допустимого. Среди диверсантов больших потерь допущено не было. Первичная контратака британцев была отброшена, а солдатский корпус генерала Чарльза Уитмана разгромлен подчистую. Лишь немногочисленные солдаты смогли отойти, но также взято большое количество пленников, часть из которых была направлена в Генеральный Штаб ещё до моего отправления из Индии.
— Продолжай.
— Британцы были вынуждены перебросить в Индию значительный воинский контингент из других колоний и даже метрополии. Это, несомненно, ослабило их позиции в Европе. По нашим оценкам, не менее семи пехотных дивизий были переброшены на территорию Индии и в ближайшие несколько месяцев ещё больше подразделений должны будут быть переброшены на территорию Раджа. — Я выдохнул, потёр вспотевшие ладони. — Главным достижением операции, — я слегка повысил голос, подчёркивая значимость сказанного, — стало не столько само восстание, сколько посеянные среди местного населения семена недоверия к британской власти и понимание, что возможно сопротивляться их решениям, выбирая свой собственный путь. Если наши усилия не окажут должного давления на британские власти и не приведут к освобождению полуострова, то точно будет почва для будущих волнений, которые при должной поддержке вновь могут перерасти в полномасштабную войну за независимость Бхарата.
— А ты молодец, князь, — к моему удивлению, лицо князя озарилось скромной улыбкой. — Прошёл испытание.
— Испытание? — непонимающе спросил я.
— Ты думал, что в Индию я тебя отправил из-за каких-то твоих внутренних особенностей? — мужчина улыбнулся, оглаживая ладонью свою светлую окладистую бороду. — Ты определённо не глупый, но точно слабо подходишь на роль шпиона. — Великий князь поднял лежащую на столе папку, раскрыл её и быстро проскользил взглядом по чёрным отпечатанным строкам. — Синдбад уже успел составить отчёт по тебе. Молодец, хорошо выступил переговорщиком с кашмирцами. Синдбад сам признался, что не ожидал такой неожиданной рокировки в правящих слоях княжества, но ты сумел вовремя сориентироваться и совершить правильный шаг.
— Ваше императорское высочество, мне очень льстят ваши слова, но буду честен — мне очень хочется узнать, что за испытание. — попытался я вывернуть разговор в нужное и интересное мне направление. — Я не понимаю.
— Мне не нужен был очередной шпион в Индии — их штат был и без того полон, а внедрение ещё одного человека скорее привело бы к раскрытию сразу всей ячейки. Так что, отправляя тебя в Индию, я подставлял всю операцию большому риску, но ты смог справится. Впрочем, твоей задачей было не сколько просто помочь в организации индийского восстания, сколько остаться верным нашей короне. — Великий князь вздохнул и посмотрел в окно. — Очень многие дворяне считали тебя простым преступником, которого проще всего будет казнить, ведь если ты решился сбежать из страны при помощи левых, то с тобой будет много проблем, но тебе повезло — за тебя замолвили словечко несколько учёных мужей и даже генералов, которым понравились твои идеи о будущих войнах, с которыми, хочу признать, во многом я согласен. К тому же, было бы слишком неразумно разбрасываться такими ценными кадрами.
— А если бы…
— Ты мог легко скрыться в Индии или перебежать на сторону британцев, но если бы ты совершил такой манёвр, то тебя бы просто пристрелили. Ты наверняка этого не заметил, но за тобой следил один агент, который в одно движение устранил проблему в виде тебя.
— Семён? — обозначил я моментально появившуюся страшную догадку.
— Хорошо соображаешь, князь. — кивнул Александр Александрович. — Можешь, считать, что это была его плата за предательство. Как ни посмотри, Игорь Олегович, но вы убили нескольких простых полицейских и даже офицерских чинов. Не постреляй вы десяток полицейских и можно было решить вопрос без таких сложных политических решений.
— И что же дальше? Операция в Индии, если я правильно понял, для меня завершена, а преступления с меня никто не снимал. Убийство нескольких полицейских, смерть моего дяди наверняка на меня повесят.
Великий князь взял со стола две папки и одну из них толкнул в мою сторону по лакированному столу. Я быстро поднял предмет и раскрыл её, быстро вчитываясь в содержимое. Улыбка не могла не поползти по моему лицу, поскольку уголовное дело, а это было именно оно, совсем переворачивало действительность, выставляя его в выгодном для меня свете.
Раньше меня было возможно назвать никак иначе, кроме как убийцей, изменником и клятвопреступником, что было вполне логично, поскольку вместе с Семёном мы успели убить с десяток простых полицейских, а это было тяжелейшим преступлением и уже могло быть причиной для высшей меры наказания. Вместе с эти можно было ввинтить сотрудничество с бандитами-синдикалистами и даже сотрудничество с иностранными державами. Это не оставляло и малейшей возможности получить удачный исход делопроизводства, но та папка, которую я держал в руках, именно это и сделала. Здесь обвинялся глава полицейского отдела Тулы в коррупции и нарушении закона путём превышения полномочий и использование положения для собственного обогащения. Его и моего почившего дядю связывали в единую преступную группу, пожелавшую убить меня для получения богатого наследства. Потому часть убийств с нас сняли, а о сотрудничестве с нежелательными организациями дело тактично умолчало. Вот и выходило, что нам с Семёном вменялось лишь убийство трёх полицейских и ничего больше, а ввиду заслуг даже это было заменено на большой штраф, который моя казана была способна погасить без столь тяжёлых проблем.
— Как видишь, теперь ты практически не преступник. Штраф, будь добр выплатить, за остальным твоя совесть чиста.
— Ваше императорское высочество… — я едва не захлёбывался от разрывающего меня счастья. — Не могу найти слов, чтобы отблагодарить вас.
— Слова не нужны. Ты выполнишь для меня одну просьбу.
Глава 10
— Ваше императорское высочество, я, конечно, всё понимаю, но на быка в торговый день я не похож, чтобы меня так просто за другое семейство выдавать. Разве я крепостной, которого по высшей приходи можно женить? — я в сердцах всплеснул руками, ощущая закипающую внутри злость, — Я ведь и не худородный, а княжеского рода! Не девка на выданье!
Великий князь Александр Александрович молчал, смотря на меня тяжёлым взглядом. Он просто сидел, положив квадратный подбородок на сцепленные ладони, и в его позе читалось стальное спокойствие.
— Успокойся, князь. Я тебе тоже не простое семейство предлагаю, а древний дворянский род. Щербатовы — кровь от крови Рюриковичей, их предки при троне стояли ещё при Иване Грозном. Разве для тебя это не достойная партия будет?
— Не дело это, ваше императорское высочество. — я сжал кулаки и качнулся на ступнях, пытаясь успокоить кипящую молодую кровь, — Понятное дело, что ваше слово — закон, но вы и мне не отец, чтобы невесту выбирать. Да и сам светлейший князь Дмитрий Владимирович вряд ли обрадуется, узнав, что его внучку выдают за опального князя, которого ещё недавно под суд собирались отдать.
— В твоих словах есть правда, но ты уже давно должен был быть женат второй раз. Твоя прошлая жена, упокой Бог её душу, погибла от руки преступников, которых мы ещё найдём, но человек твоего положения должен быть обручён. Ты не просто дворянин, ты — последний мужчина в роду Ермаковых. Если ты не продолжишь род, то кто вспомнит о твоих предках через сто лет? Учитывая твой кипящий характер, ты должен заиметь наследников, которые смогут получить твои богатства. Ты последний Ермаков по мужской линии. Нельзя такой славный род прерывать.
Я хотел возразить, но великий князь поднял руку, останавливая меня.
— К тому же… — он медленно разжал пальцы, словно выпуская невидимую птицу, — твои сёстры уже тоже на выданье, так что о них тоже подумать надо. Наверняка матушка твоя уже нашла достойные пары, но и я, пожалуй, подумаю о таком. Не хочу, чтобы твои сёстры попали в руки к тем, кто будет использовать их лишь как ступеньку к власти.