Готово. Ещё одеться в слегка помятую одежду и причесаться. Неплохо было бы сходить в душ и сменить одежду, но не время сейчас.
Отодвинуть засов на двери – Сьюзен заперла нас, чтобы не было казусов. Хм, свет в спальне девочек горит, и даже слышно голоса. О чём, интересно, говорят? Неинтересно, обсуждают меня и мои магические уловки, что я использовал на Сьюзен. Можно зайти без стука.
– Всё, Калеб, иди в гостиную, – щелчок пальцев – и магическая энергия набрасывает на повстанца мой мираж. – Изображай меня. Можешь там же спать. Или лучше следи, чтобы всё тихо было.
На мне перекрещиваются подозрительные взгляды.
– С мамой всё в порядке будет? – спрашивает Вилл.
– Конечно, что ей сделается, – улыбочка, пожалуй, не к месту, она ж волнуется. – Не волнуйся, чары на ней совершенно безвредны. Я же не идиот, чтобы умышленно вредить матери той, от кого зависит моя безопасность.
– Ладно, – соглашается со смешанными чувствами моё зеркальное отражение, Калеб, хмуро глянув на меня, будто говоря, что ожидает от меня каких-либо гадостей, молча прошёл к двери, обогнув меня по дуге.
– Отдыхай, Вилл. Вторая бессонная ночь плохо скажется. Вы, надеюсь, закончили все дела в ванной, и она свободна?
– Угу.
«Ну хватит уже переглядываться, сколько можно? Я не монстр какой-то, от благ цивилизации не намерен отказываться» – бухтел я про себя, направляясь к ванной.
Контрастный душ отбил всякую дрёму и сладкую негу, оставшуюся после бурного времяпровождения. Насколько чистым я себя почувствовал после умываний, настолько же перебарывал себя-Фобоса, надевая обратно единственную одежду. Я прошлый, как и Фобос, по образу жизни был ближе к совам. Вчера я слишком устал от постоянного напряжения, которое сковывало от одной только мысли, что эти девчонки меня выпустят, теперь же пора уделить время и поработать. Пока никто меня не трогает.
«Или почти никто» – подумал, когда вернулся в комнату и застал сидящую на кровати рыженькую девчонку. Тарани уже спала в спальнике, другой спальник даже не развернули.
– Почему не спишь?
– Мы решили дежурить по очереди, – пояснила Вилл. – Я первая.
– Я же тебе уже сказал – спи. Без сил ты завтра будешь бесполезна. Так что отдыхай, я всё равно пока не собираюсь спать. Если переживаешь за Сердце Кандракара, то мы оба знаем, что его можно отдать только добровольно. Я разбужу, когда захочу спать.
С этими словами я занял рабочий стол. Включил лампу, осветившую тёмную комнату с закрытыми шторами, опустил её ниже, чтобы не мешать, и осмотрелся в поисках письменных принадлежностей. Карандаш был на виду, в подставке.
– В нижнем ящике есть пустые тетради, – подсказала Вилл, продолжая сидеть в той же позе.
– Ты ещё не спишь? – обернулся я к ней с гневно-осуждающим видом.
Она тихо фыркнула в одеяло, в которое укуталась, и решила промолчать. Ну ладно, дело ваше.
Тетради действительно нашлись в указанном месте. Пометка «двенадцать листов» нагнала ностальгию, но была в самый раз.
Приступим.
Для начала надо решить, на каком языке делать пометки. Английский сразу не вариант – вся моя компания его знает. Меридианский понимает Калеб и может стащить тетрадь, пожалуй, заклинания на ней не помешают, но нужно дождаться, пока заснёт Вилл. Частично можно писать на меридианском, а ту часть, что лучше не видеть никому, – на русском.
Теперь пора обмозговать и подытожить свои действия и результаты. Нериссу и её стражниц не видно и не слышно. Конечно, пока всё идёт крайне удачно, но это не значит, что не надо думать о будущем, а будущее представляется крайне хлопотным и бедным на свободное время. Я не собираюсь обманывать стражниц, напротив, в моих планах было самым порядочным образом следовать договору, ведь такой шанс выпадает раз в жизни, если не реже, следовательно, уже сейчас требовалось готовиться к некоторым… рабочим нюансам, скажем так. Разделение королевства на две равные части, создание заново управленческого аппарата, перенаправление ряда экономических потоков… Всё это требовало тщательной проработки, а ведь ещё крайне важным представлялась идеологическая база будущей империи имени меня. Но и это – только после отбирания части земель, за что ещё предстоит побороться.
Хвала всем великим силам, знания и опыт Фобоса у меня были, не сказать, чтобы он так уж рьяно и самоотверженно занимался государственными делами и заботился о благе народа, но… нужные знания и опыт, как я сказал, у него были. От меня же требовалось лишь привести их к удобоваримой, даже больше – к конкурентоспособной форме. А то, будем смотреть правде в глаза, если оставить всё на том же уровне, что у прежнего князя, и годика через три даже лурдены могут задуматься, что неплохо бы переселиться под крылышко моей сестрёнки, больно уж некоторые порядки у моего предшественника были… жёсткие. Я это сейчас набросил красок, но такое развитие событий вполне возможно. Таких уродцев моя сестричка вряд ли примет с распростёртыми объятиями, но если что, у неё есть советники, а там уж найдутся ушлые личности.
– Что делаешь? – отвлёк меня любопытный голос Вилл от размышлений и параллельного написания манифеста о восшествии на престол с обещанными благами и стремлениями к светлому будущему.
– Работаю, – отвлекаться не хотелось, я как раз уловил верную тональность, вдохновение окрыляло.
– Что, с домашкой? – рыжая макушка бесцеремонно придвинулась, склонилась над столом. – Так вроде немного задали… Погоди, это же меридианские буквы, разве нет?
– Да, – иди уже спи, нечего сверкать передо мной детской пижамой!
– Какую-то пакость задумал? – смешно подобралась девочка, сверля меня подозрительным взглядом. – Это же не какие-нибудь свитки заклинаний или магические ловушки, которые взорвутся в самый неподходящий момент?
Мысль безнадёжно потерялась на просторах вселенной. Ещё пару секунд я пытался её отчаянно уловить, даже глаза прикрыл, концентрируясь, но всё без толку. В результате Вилл была награждена хмурым и усталым взглядом:
– Знаешь, я, конечно, крайне благодарен тебе за столь лестную оценку моих магических и интеллектуальных талантов, но тебе определённо следует меньше играть в компьютерные игры.
– Я вообще не играю в компьютерные игры! – возмутилась девочка.
– А мои творения не взрываются сами собой.
– Зато они могут устроить хороший миниапокалипсис в отдельно взятом городе! – с чувством превосходства ткнула в меня пальцем стражница, не скрывая в голосе обвинительных ноток.
– Ты о чём? – правая бровь сама собой вскинулась в вопросительном жесте.
– О твоей печати.
– Постой… – перед глазами промелькнули смутные воспоминания сразу на два ракурса, да и чувства Фобоса как-то всполошились. – Ты хочешь сказать, что знаешь, где моя печать?
– Ну-у… да, – девочка резко растеряла свой боевой настрой и даже слегка смутилась. – Бланк нашёл её в канализации где-то полгода назад, потом почему-то её переклинило, и она стала бесконтрольно открывать порталы, а потом её поглотил кристалл.
– Эм… – детали мозаики с щелчком сложились в голове. Осознав результат, Фобос неистово взвыл в голос в порыве ярости и отчаяния. Спокойно, спокойно, братишка, уже ничего не изменишь, а вот достойно ответить можно. – Ты хочешь сказать, что эта жаба-переросток нашла мою печать, умудрилась её сломать, а потом вы поглотили её Сердцем Кандракара?.. И после этого ты хотела вынудить меня на нём поклясться? – главное – удержать лицо, и побольше скепсиса с недоверчивым изумлением. – О, боги! – поднимаю лицо к потолку, затем вспомнил и снизил тональность. – Я дурак! Надо было соглашаться!
– Э-э-э… ты о чём?
– Не важно. Уже не важно, – и пусть страдает, ломая голову над смыслом моих слов. Маленькая гадость, но как же приятно ткнуть носом туда, где собеседник ничего не понимает!
Помолчали. Я вернулся к бумаге, отделаться от нежданной собеседницы, видимо, не получится, а потому следовало ловить момент, пока она не собралась с мыслями, тем более, как раз вспомнил пару деталей по транспортной системе.
– И всё-таки, что ты делаешь? – спустя несколько секунд решила прервать неуютную паузу младшая Вэндом.
– Пишу проекты указов и рассчитываю новые вероятные схемы продовольственных поставок…
– Что, опять будешь отбирать у крестьян последнюю еду для себя?
Карандаш сломался…
Нет, я всё понимаю – злобный тиран, стонущие подданные и так далее, но как тогда все эти крестьяне дожили до возвращения Элион? Святым духом питались? Ох уж эта пропаганда…
Поднимаю тяжёлый взгляд на девочку. Как можно быть такими идиотами? Вдох-выдох, я спокоен, они просто дети, младше меня. Очень младше меня. И к тому же выросли в тепличных условиях.
– Нет, как ты себе это представляешь – я, сидя на чёрном-чёрном троне в чёрном-чёрном тронном зале чёрной-чёрной ночью… в одиночку пожираю зерно, которым можно накормить всё королевство?
– Ну не совсем так, – согласилась Вилл, смутившись, прыснула в кулак. – Но ведь люди голодали.
– Все голодали, – пожал плечами и, прикрыв глаза, продолжил, набравшись терпения. – Кто-то больше, кто-то меньше. Ты как себе это представляешь вообще? Зачем, по-твоему, я отбирал часть еды? Это называется «налог» и берётся определённая часть от продукции, можно, конечно, и деньгами, но мне всё равно нужно было забивать склады. Представь себе обычную семью на Меридиане. Они убрали поле, сложили всё себе в кладовку, но вот их дом по случайности сгорел, и они без крыши и без еды. Куда они пойдут просить помощи? Ко мне в замок, конечно. Или не было никакого пожара, они просто ели, сколько хотели, но однажды весной поняли, что еды до лета не хватит. Догадываешься, куда они пойдут просить помощи? Или крестьяне оказались на редкость сообразительными и собрались уже пахать поля, как выяснилось, что все зерно на посадку сгнило или изъедено насекомыми за зиму. Ты думаешь, сосед их выручит и отсыплет своего зерна? Добавь к этому природные катаклизмы, которые вспыхивали то тут, то там, делая ранее благодатную почву вулканом или болотом. Одна провинция могла получить фантастические урожаи, в то время как все другие хорошо если собирали столько же, сколько посеяли. Разумеется, положительно подобное сказаться на благосостоянии народа не могло. Оставлять ситуацию на совесть перекупщиков и спекулянтов – значило бы получить десятки тысяч умерших от голода подданных, ну и хлебный бунт заодно, поэтому я ввёл систему распределения, вывозя всё собранное зерно в элеваторы и раздавая по мере необходимости в равной доле между всеми провинциями. По крайней мере, у меня под заклинаниями зерно имело больше шансов сохраниться.