– Девочки, он взрослый мужчина. Ожидаемо то, что у него появятся отношения с женщиной его возраста.
– Странно только, что мы этого не заметили, – перебила Тарани Ирма. Стражница огня, не сбившись, продолжила:
– Я говорю о том, что мы сами дали ему эту возможность, сосредоточившись на угрозе со стороны Нериссы. Мне не нравится, что он использовал наши силы, но, по-моему, мы сами его к этому принудили.
– Не хочешь же ты сказать, что это мы во всём виноваты? – снова Корнелия.
– Нет, вы не виноваты, – внезапно возразил новый голос. Что-то я увлёкся и не заметил, как в дом прибыл повстанец. Хотя не моя вина, учитывая, сколько раз Калеб проникал во дворец – бесшумно передвигаться он умеет отлично. Интересно, сколько он слышал? – И спорить об этом бессмысленно, потому что теперь он освободил своих слуг. Это поможет против Нериссы, но нам сложнее будет их остановить, когда он нарушит клятву. Не удивлюсь, если он не освободит Элион или иначе как-то обойдёт клятву, лишь бы взять всю власть на Меридиане.
– Ты прав, мы не должны расслабляться, – плохо скрывая облегчение от смены темы, Вилл постаралась придать своему голосу побольше твёрдости…
Как всё интереееесно… Мои усилия явно дают эффект. Корнелия постепенно отдаляется от подруг, её если и поддерживают, то не в голос, осталось пошатнуть авторитет Калеба. Пусть кратковременный успех, но при таком же темпе, если я не отступлю, то получу гораздо лучшие результаты. Хотя это стало очевидно ещё когда Вилл отдала мне Сердце, спорю, что неделю назад она о таком поступке не могла помыслить и в страшном сне. Кстати, мне подали хорошую идею, может, изобразить романтический интерес? Этакий ещё один гвоздик в крышку гроба картины мира и образа меня как Вселенского Зла. Со Сьюзен тут промах вышел с электронной техникой, но раз всё уже закончилось, пора приступать к завоеванию новых горизонтов. Ведь, право слово, сложно воспринимать гадом и врагом парня, которому ты нравишься, это же мазохизм получается, или самоуничижение?.. В том смысле, что кому понравится мысль, что привлекать она может только полных уродов и негодяев? И если я хоть что-то понимаю в женщинах, то тут чисто подсознательно должна начаться работа по поиску положительных качеств, просто чтобы не ронять самооценку. Мне также на руку играет внешность Фобоса и даже старший возраст. Остаётся вопрос, что делать с Мэттом? Хотя…
В памяти всплыли угрюмое лицо и взгляды музыканта… Он сейчас такой напряжённый от моего присутствия, что должный уровень внимания своей пассии оказать вряд ли сможет, а ведь от меня много и не надо, хм… Идея действительно заслуживает рассмотрения.
– Мой князь, – вывел меня из размышлений хриплый голос Рейтара, – разумно ли сейчас покидать безопасную территорию и куда-то двигаться? Ведьма может наплевать на случайных свидетелей и напасть в любой момент, когда стражницы будут бессильны из-за страха раскрыть свою личность.
– Ты прав, Рейтар, – щелчком пальцев активировав простенькие чары левитации, я перенёс опустевший стакан из-под кофе на стол. После общения с Сердцем Кандракара энергии у меня было через край, и такая мелочь ничего не значила, ну, кроме лишнего упражнения в контроле. – Скажу больше, я сам этого опасался поначалу, но трезво поразмыслив, пришёл к выводу, что это маловероятно, по крайней мере, до тех пор, пока Сердце Земли не окажется в её руках.
– Но почему? Это идеальный тактический ход, – прямолинейно, совсем не похоже на Седрика, продолжал допытываться воин.
– Особенность этого измерения, – я откинулся в кресле, чуть прикрывая глаза.
Похоже, мой голос привлёк внимание стражниц, так как я услышал аккуратное шуршание в коридоре и полную тишину на кухне. Ничего, пусть послушают, будет полезно.
– Земля – очень густонаселённый мир с очень развитыми коммуникациями, достаточно один раз засветиться – и местное общество будет готово к встрече в любом уголке планеты. С точки зрения завоевателя, планирующего подчинить себе данный мир, абсолютно неприемлемый поворот событий. Взять тебя, Рейтар. Допустим, тебе нужно победить кого-то из стражниц, любую на выбор, ты же представляешь, как это можно сделать?
– Конечно, мой князь! – подобрался меридианец. – Я уже не один раз их побеждал в поединке, но… – воин замялся, явно подбирая слова.
– Расклад пять против одного сложно назвать честным поединком и равными условиями, я знаю, – слегка усмехаюсь под ощущение зубовного скрежета Фобоса из глубины, который очень в тему разбудил во мне воспоминания о том, как потерял трон. Эпическая битва, мятежники ворвались в замок, часть солдат гарнизона переметнулась на их сторону, стражницы яростно атакуют, Седрик в очередной раз не оправдал надежд, князь один. Один против целой армии, возглавляемой пятью чародейками. И несмотря на всё это, он побеждает. Ещё бы пара секунд, и Сердце Кандракара сменило бы владельца, но… явилась Элион, и общими усилиями, шесть против одного, князя таки запинали. Всё в лучших традициях светлой стороны – честная победа, сила дружбы и всё такое.
– Но не в этом суть, – продолжал я. – Магия даёт массу преимуществ, и при должном уровне подготовки одного опытного мага более чем хватит, чтобы уничтожить всю местную цивилизацию. Но «уничтожить» – не значит «подчинить». Ты сам знаешь, сколько беспокойства может доставить одна жалкая кучка повстанцев, и это на нашем Меридиане, где прогресс по ряду причин застыл очень давно, а теперь представь, что против Нериссы будет всё население Земли, с армиями, оружием, чёткой организацией и представлением о возможностях противника. Тут даже несколько Сердец не помогут. А боевая старушка дама хоть и тщеславная, но не полная дура, чтобы так усложнять себе жизнь.
– Хозяин, а вы уверены, что она это понимает? – подала голос Миранда, изрядно меня удивив этим фактом. – Я имею в виду, она же ведьма, всё время молнии, фокусы, хитрые планы с ударом в спину и смена личин, вдруг она решит, что может притвориться кем-то из местных правителей и легко всё получить?
– Может быть, – неохотно протянул я. – Но есть и другой момент, и уж о нём-то Нерисса знает. Если люди Земли узнают о существовании магии, то они наверняка попробуют найти и своих магов, а там, с известным шансом, выйдут на хозяйку Сердца. Что будет дальше – спрогнозировать несложно: молодая девчонка, совершенно ничего не умеющая, не знающая о своих силах и абсолютно беззащитная, и толпа высокомерных невежд, пытающихся эти силы у неё отнять. С высокой степенью вероятности это приведёт к нервному срыву на почве желания, чтобы от неё отстали, и саморазрушению Сердца. Конец.
– И… тогда этот мир… умрёт? – в повисшей тишине спросил Рейтар.
– Не сразу, – я встал и прошёл к столу, а то НЕ замечать трагическое сопение стражниц из коридора становилось уже слишком сложно. – Меридиан протянул тринадцать лет, думаю, Земля выдержит тридцать, может, пятьдесят, хотя, глядя на то, как здесь принято без оглядки брать от природы всё, не поручусь. Здесь и так уже лет двести мир медленно агонизирует под наплевательским отношением жителей, попытки восстановить баланс есть, но они так несерьёзны на общем фоне… Да и хозяйку Сердца, похоже, учить никто не планирует. Здешние всё забыли, в лучшем случае, учить будут иномирцы. А иномирцы плюс стражницы – это однозначно Кандракар, что равняется ещё одному миру, лояльному Совету Кандракара. Ха, я хотел бы посмотреть на то, как её, повзрослевшую, будут убеждать в магической грани реальности, а уж если она вырастет копией своей сестры… О да, как начнётся этот апокалипсис, я обязательно должен взглянуть на это!
Эх, скорей всего, только взглянуть, потому что вмешаться мне никто не даст, и на первом месте тут так называемый Хранитель Миров – Кандракар. Блин, не могу так сказать при подчинённых – не поймут, зачем я готов рискнуть собой, своими людьми и своим миром за чужой, который совсем не рад будет такой моей инициативе, а стражницы там уши греют, попутно наверняка обсуждая, какой я плохой. Тем не менее, надеюсь по мере сил помочь и повлиять, если доживу при такой жизни. А то ещё одна Замбала мне не нужна.
– Но это лирика, – перехожу на более надменный и властный тон, – Нерисса не настолько глупа, чтобы так рисковать, а значит, следует ждать или хорошо подготовленного отвлекающего манёвра, вроде масштабной иллюзии, или атаки без свидетелей. Вы все много раз сражались со стражницами, хорошо изучили их тактику боя, надеюсь, этого хватит, чтобы в решающий момент я не наблюдал бессмысленного мельтешения и путаницы друг у друга под ногами. Идеально, конечно, было бы видеть взаимопомощь и синхронную работу, но я понимаю, что это мечта ещё более фантастичная и нереальная, чем увидеть Оракула в роли моего придворного шута, так что хотя бы не мешайтесь друг другу.
– Мой князь, если такой будет приказ, я…
– Я не в тебе сомневаюсь, Рейтар, – раздражённо отмахиваюсь. – Просто у наших очаровательных девочек гордыня цветёт и пахнет хлеще, чем у моей мамочки в лучшие годы. Не скажу, что необоснованно… – да, малышки, слушайте, что о вас думает злобный тиран, завивайте себе извилинки, – но иногда так раздражает, что хоть головой о стену бейся. Но это не то, чего следует бояться. Самое опасное, что от них может исходить – это безумный фанатизм вместе с чистейшей уверенностью в правильности своих действий. Я совершенно не уверен, что в самый ответственный момент им не стрельнет вожжа под хвост и нам не ударят в спину, потому как это «ради всеобщего блага», – даже напрягаться не пришлось, чтобы отразить в голосе всю глубину презрения, что вызывает у меня эта фраза.
Только Рейтар дёрнулся, привычно положив руку на пояс, Седрик и Миранда наверняка всё слышали даже лучше меня.
Не выдержали. Почти влетели в комнату без крыльев и покатили бочку на меня, перебивая друг друга:
– Ах так! Мы думали, в тебе проснулось добро и человечность, а ты всего лишь считаешь нас глупыми фанатками?! – обвинительная речь от Вилл.
Зато стала понятна её картина мира. В её глазах я стал исправляться от их воспитательной работы, хе-хе. Мои слова лишь ненадолго прервали общий галдёж.