Тарани, Ирма, Корнелия и Хай Лин ютятся плечом к плечу в соседней чашке. Рейтар недоумённо чешет репу, растерянно смотря на женщину с прижавшимся к её ноге ребёнком лет десяти.
– Ваша дочка нахамила моему ребёнку! – возмущённо говорила она, тыча в Миранду, скромно стоявшую по левую руку от вояки. – Она должна извиниться! – долетело до меня, когда наша чашка оказалась близко к ним.
Приличного Седрика, надевшего сегодня очки для более умного вида, уже окружили двое молодых мамаш со своими детьми от трёх до пяти. Что там случилось – чёрт его знает, но если судить по лицу оборотня, кажется, терпение он ещё не потерял и пытается казаться галантным, отчего молодые женщины только сильнее обступают его.
Покинув аттракцион, я услышал на втором этаже гомонящий гул и потащил туда Вилл, ничего не говоря. Девочки помахали рукой, сообщив, что если что, они гоняют на машинах или у стола аэрохоккея, тут же, на втором этаже.
– Где же Калеба носит? – досадливо наморщила носик Корнелия, увидев меня, Вилл и Мэтью, преследующего нас тенью Отелло.
На втором этаже оглашали конкурс для парочек. Как нельзя кстати, хе-хе. Вилл, послушно тащась за мной, заподозрила подвох поздно – когда я уже записал нас в участники. К моему удивлению, Мэтт протолкнулся в толпе, держа за запястье Корнелию.
– Мы тоже будем участвовать.
Ох, глупыш. Не хочешь нас оставлять наедине? Да, о плане ты знаешь, но здесь куча народу, и неужели ты думаешь, будто твоё присутствие меня остановит, если я чего-то захочу отчебучить?
Первым испытанием огласили попадание мячом в кольцо, причём парочки должны были бросать мяч вместе. Вилл упёрлась затылком мне в грудь, Мэтью, прицеливаясь, упирался носом в затылок Корнелии. Больно ударившись носом и не попав с первой попытки, следующие броски он делал, выглядывая из-за уха блондинки.
Раздосадованный и озлобленный после первого раунда Мэтт решил отыграться на втором, с усердием прыгая в одном мешке с Корнелией. Усердие сыграло против него – Корнелия вовсе не была так воинственно настроена и свалила их обоих почти у самого старта. Я же, держа за локоть аловласую (или сейчас уместнее сказать алолицую?), смеясь, командовал прыгать.
Третьим испытанием парочки заставили пропрыгать ту же дистанцию на огромном шаре. Организаторы явно знали толк в извра… эм, я хотел сказать, в том, что делают, придумывая конкурс.
– М-м-м… А ничего, что князь весьма глупо выглядит, прыгая на большом надувном шаре? – спросила Вилл, сидящая впереди меня.
– Меня это не волнует, – усмехнулся я, дыхнув на её волосы.
– А-а-а-а прихвостни твои?.. Они же видят тебя.
– Они это тоже переживут, даже в обморок не упадут от такого кощунства, – ещё шире растянулся в улыбке.
– Что-то не очень верится… – пробормотала стражница себе под нос, уже, очевидно, нечто нарисовав в воображении.
– Отчего же? Честь короны подобные вещи не умаляют, утверждение обратного – это лишь выдумки тех, у кого, кроме этой короны, за душой ничего нет; ни ума, ни силы воли, ни банальной ответственности. Они чувствуют, что несостоятельны и по чести никакой короны не достойны, вот и выдумывают всякие глупости про невместное поведение.
– Ты, конечно, себя к таким не причисляешь? – в голосе Вилл звучало ехидство.
– Конечно же нет, – фыркнул я и ответил тоже ехидно: – А ещё над такими вещами задумываются седые сиделки принцесс. Я прекрасно могу представить, как Нерисса поучает мою ветреную сестрёнку не ходить по улицам без кортежа и охраны.
– Ну знаешь ли! – вспыхнула раздражением аловласка, обернувшись ко мне лицом. – Иногда тебе очень не помешало бы вести себя серьёзней!
– Я всегда серьёзен! – с видом оскорблённой невинности ответил я, по-детски надув губы.
На меня покосились, и…
– Между прочим, это обидно! – возмутился я, когда она фыркнула, всем своим видом говоря «не верю!» – Я понимаю – свергнутого князя всякий обидеть может, но я же не вспоминаю твои отношения с уборкой в комнате…
Бамс! Мэтью сбил нас, столкнувшись наверняка специально.
– Фобос, ты цел?
– Я ранен, я сильно ранен, – застонал я. – Умираю! Только поцелуй принцессы может вернуть к жизни наследного принца!
– Да чтоб тебя! – последовал ощутимый тычок в живот маленькой ладошкой. – Мы выбыли, чтоб ты знал. И проиграли.
– Только этот раунд, душа моя, только этот раунд!
И верно, финальный подсчёт очков вывел нашу пару в тройку победителей, причём за номером «раз». Мне даже жульничать не пришлось. Подумаешь, слегка помог магией одному шарику навернуться, это была Месть, а не жульничество, а месть – дело благородное, даже в чём-то справедливое. Тем более Мэтью с Корнелией и так плелись в отстающих…
Церемония награждения прошла громко, празднично и бестолково, в общем, традиционно для молодёжных тусовок. Пышные венки из искусственных цветов на шею, радостные крики из толпы, какие-то копеечные сувениры, ах да, ещё местный фотограф потянул нас фотографироваться на память у стенда с рекламой мероприятия, в качестве части приза за первое место.
– Девушка, подбородок чуть выше, вот так, хорошо. И чуть ближе друг к другу, ну же, ещё-ещё… – под командные реплики молодого мужчины я слегка наклонился и приобнял Вилл, отмечая краем глаза гневный взгляд Мэтью из толпы, который разве что убийственной ауры, так любимой аниме-индустрией, не источал, но… вынужден был терпеть и не отсвечивать. – … Теперь улыбку. На счёт три, раз-два…
– Наша первая совместная фотография, – почти не двигая губами, шепчу на ушко аловласке, с огромным трудом удерживая лицо от совершенно бессовестной ухмылки.
Глаза девочки ме-е-е-едленно расширились, а лицо начало наливаться пурпуром.
Щёлк!
– Прекрасно! – громко восхитился фотограф, осмотрев отпечатанное своим полароидом изображение. – Вы очень фотогеничная пара! Вот, держите, и поздравляю с победой.
– Благодарю, – принимаю фото, благоразумно сразу держа его подальше от девочки.
– Отдай немедленно! – стражница подпрыгнула, стремясь выхватить вещдок из моих загребущих лапок, едва деятель искусства отошёл в сторону остальных участников, но я был настороже, и ценнейший предмет оказался вне опасности. – Фобос!
– Прости, милая, но его место – рядом с моим сердцем.
– Что за чушь ты несёшь?! Отдай! – опять прыжок, но я выше и руку отвожу быстрее. И опять. И снова, хе-хе.
– Как думаешь, – изображаю отстранённую задумчивость, не переставая, впрочем, защищать «сокровище» от новых нападок попрыгуньи, – Хай Лин согласится поработать придворным художником и перенести изображение на холст, для оформления кабинета? Помнится, она неплохо рисует…
– Ты не посмеешь! – с ужасом воскликнула девочка, сияя характерным цветом светофора.
– Да, ты права, – озабоченно киваю, – наверное, лучше действовать магией. Хмм, надо будет подумать над заклинанием – никогда не создавал картины…
– Фобос… – Вилл сжала кулачки, буравя меня взглядом готового пойти на самые крайние меры человека. Чёлка чуть-чуть заискрилась. – Только попробуй!
Что на это ответить – у меня было, но вот времени на этот ответ – увы. Во-первых, к нам уже вовсю проталкивался Мэтью с ясно различимыми намерениями на лице, а во-вторых… Пока сжигаемый ревностью паренёк ещё проталкивался, к нам уже выскочил один из организаторов конкурса, точнее, организаторша.
– Так, вы первое место, да? – деловито спросила девушка в очках, на вид – только выпустившаяся из института, правда, уже с кольцом на безымянном пальце. – Пойдёмте, сейчас начнётся второй этап!
– А?.. – Вилл не сразу переключилась на новый раздражитель и бестолково хлопала ресницами.
– Второй этап чего? – взял я на себя смелость перевести мысль своей спутницы.
– Награждения! Вы выиграли бесплатный проезд на аттракционе «Тоннель влюблённых», пойдёмте скорее – очередь ждёт!
– Н-но!.. – попыталась было возразить стражница, до которой дошло, что нам сказали, но я уже схватил её за руку и потащил вперёд. Что до временно забытой фотографии, то, пользуясь моментом, она скрылась в нагрудном кармане, пока Вилл отвлеклась.
– Конечно, мы сразу за вами, – улыбаюсь женщине, крепче сжимая ладошку аловласки.
– Фобос, ты… – сдавленно просипели сбоку спустя несколько шагов.
– Не стоит привлекать внимания, – отвечаю, понизив голос, в то же время нахожу взглядом в толпе Миранду и, на секунду преобразив выражение лица в привычный Фобосу жёсткий образ, одними глазами приказываю начинать финальный этап операции. Девочка кивнула, давая понять, что всё поняла, и тут же скользнула куда-то в сторону.
Тем временем нас провели к цветасто украшенной проходной на очередной аттракцион, выглядящий как двухместный вагончик на рельсах. Тут же, рядом с кассой, висела и карта предполагаемого маршрута, на которую большая часть отдыхающих не обращала никакого внимания. Проведя без очереди, нас ещё раз поздравили и предложили забираться в каталку, что я и организовал – пребывающая в предельной стадии прострации после пожеланий большой и долгой любви Вилл совершенно не сопротивлялась.
Вагончик тронулся, тоннель медленно сомкнулся над головой, зазвучала противная романтическая музыка, сопровождаемая розовой (кто бы сомневался) подсветкой на стенах…
– Молодец, ты прекрасно сыграла.
– А? – на меня подняли шальные, распахнутые на пол-лица глаза без проблеска понимания услышанного.
– Говорю – сегодня ты умница, так прекрасно изображала, что в меня влюбилась, что даже я почти поверил. А теперь доставай свой мобильный и звони.
– К-кому?
– Подругам, кому же ещё? Оглянись – мы в тоннеле. Одни. Никаких свидетелей, никакой помощи. Идеальное место для нападения. Судя по карте, где-то метров через двадцать тоннель впервые расширится и будет некая имитация озера, думаю, там нас и встретят. Давай-давай, не спи! Выходи из образа, нет времени играть в пробуждение через поцелуй прекрасного принца!
– Я не играю!!! – вспыхнула негодованием девочка.