– О, мистер Лин, – привычно растянул губы в улыбке чародей, – тут всё довольно просто. Этот бизнесмен – мой родственник, в этом городе ему принадлежит книжный магазин и ещё кое-что по мелочи. Собственно, так мы с девочками изначально и познакомились – Элион там подрабатывала, ну и я помогал.
– О, вот как! – ощутимо расслабился владелец ресторана. – И ему правда нравится такой… мм… стиль?
– Он от него просто без ума! Ну, понимаете… Тёмная Сторона, Легионы Тьмы и Сила Печенек, да и средневековая тематика ему очень близка, – вдохновенно начал вещать беловолосый, вызвав невольную волну натянуто-сконфуженных улыбок у женской части коллектива.
– Ох уж эти молодёжные увлечения… Хотя, по правде сказать, в былые года я и сам был несколько неравнодушен к этому, наверное, у Хай Лин это от меня…
– Фо… Филипп, не мог бы ты, – Вилл вновь взяла своего парня за руку и принялась старательно утаскивать куда-нибудь подальше.
– Простите, мистер Лин, мы буквально на минуточку!..
А конкурс выиграл Лоран Кловерман со своим изображением кроликов. Ведь все любят кроликов. Но настроение Хай Лин от этого ничуть не упало, ведь симпатия её кумира и даже одного тёмного тирана, что, при всех своих недостатках, знал толк в роскоши и произведениях искусства, стоили куда большего, чем победа в школьном конкурсе. Особенно если к этому признанию шло предложение купить картину за пару тысяч долларов, поступившее всё от того же «тирана» в уже чуть более приватной обстановке…
Эпилог 1. Или один тяжёлый день из жизни главных героев.
Вилл, хмуро насупив брови, ступала по пустынному коридору замка. Она шла по привычной дороге и сворачивала на автомате, не обращая внимания на стражу, вытягивающуюся в струнку при её появлении, пока в голове мысли затмевали реальность.
Прошло уже два месяца после переселения Фобоса на Меридиан, и чем больше проходило времени, тем сильнее Вилл казалось, что тому стало абсолютно на неё всё равно. Чародей пропадал целыми днями, всё время витал в своих мыслях и на все вопросы отвечал, будто не выныривая из них, привычными шуточками. Первое время он часто их приглашал к себе, потом только по каким-то делам, а нынче Вэндом появлялась во дворце только когда сама решала отправиться в соседний мир. Не сказать, чтобы это случалось редко, но ей начинало казаться, что бабушка Хай Лин может быть права и всё происходившее ранее было лишь притворством, хитрым планом, чтобы запудрить ей мозги и добраться до трона.
Школьница старалась гнать от себя такие мысли, но это оказалось не просто. Фобоса вечно не было на месте, когда она хотела с ним пообщаться. Или он был на совещании, или решал споры подданных, или вовсе творил какие-то секретные эксперименты непонятно где. Все встречи сводились к дежурным и ничего не значащим разговорам, и это бесило – когда она встречалась с Мэтом у них и то было больше романтики! В данный момент, Вилл точно знала, что Фобос сидит в своём кабинете. В кои-то веки среди дня его можно застать на одном месте!
Вилл собиралась резко распахнуть дверь кабинета и высказать ему всё, что думает, но в последний момент остановилась. Слабые попытки совести и воспитания взяли своё – она коротко постучалась и вошла, не услышав разрешения. Дверь-то всё равно открыта!
– Фобос… – позвала она, а затем заметила его за столом.
Маг спал на горе, наверняка каких-то важных, листов и пергаментов. Стол заполняли просто горы книг, карт и справочников, безошибочно узнаваемых по земным обложкам и надписям. Такое количество домашних заданий даже у Вилл никогда не скапливалось.
Стараясь ступать потише, девушка подошла к столу и заглянула в то, над чем Фобос работал перед тем, как уснуть. Две распахнутые книги оказались на незнакомом ей языке, некоторые буквы вроде бы и напоминали латинские, но остальные сильно отличались… Вилл честно попыталась разобраться в написанном, но поняла только, что записи как-то относятся к строительству. Сам чародей лежал лицом на тетради, не закрытые волосами мага фрагменты пестрели кучей расчётов, непонятных сокращений и перечёркнутых карандашом цифр.
Попытавшись осторожно отогнуть край листа, чтобы заглянуть на следующую страницу, Вилл случайно потревожила лежащий рядом свиток и тот с шуршанием поехал вниз, увлекая за собой парочку собратьев. Неловко дёрнувшись, чтобы предотвратить падение писчих принадлежностей, школьница громко хлопнула ладонью по горе бумаг и испуганно перевела взгляд на лицо Фобоса.
– И что ты делаешь? – Эсканор ещё не успел поднять головы, но серо-стальные глаза уже пристально смотрели на неё.
– Зашла поговорить и случайно уронила твою макулатуру. То есть, почти уронила, – быстро поправилась стражница, возвращая свитки на место и немного нервно их выравнивая.
– Понятно, – Фобос выпрямился на кресле и устало поморщился, разминая шею, – что-то случилось?
– А я не могу прийти к тебе поговорить просто так? – нахмурилась девушка.
– Можешь, – бесстрастно согласился мужчина и повёл в воздухе пальцами, призывая из шкафа какой-то флакон. Откупорив пробку и понюхав содержимое, он поморщился ещё раз, но решительно приложился к горлышку, сделал глоток и, оторвавшись, зажмурился на несколько секунд. – Уф, какая гадость, – наконец вздрогнул он и, отправив флакон на место, осмотрел комнату уже более живым взглядом, – сколько сейчас времени?
– Полдень на Меридиане был два часа назад, и что это было? – Вилл указала на вместилище неизвестного напитка.
– Магический стимулятор, – отозвался чародей, начав изучать свои записи в тетради.
– А почему ты морщился? Разве бальзам Кахара не вкусный?
– Бальзам мне уже не помогает, а более сильные средства далеко не так приятны для языка, – не поворачивая головы, дал ответ Фобос.
– Постой, – Вилл решительно шагнула к своему парню и почти силой заставила его заглянуть ей в лицо, – когда ты последний раз спал?! – вопреки ожиданиям, под глазами бывшего принца не было синяков от недосыпа, но подойдя так близко, школьница отчётливо различила как заострились его черты лица и сколько морщин прибавилось вокруг глаз.
– Поверь, я ценю твою заботу, – в уголках губ Императора заиграла столь знакомая лукавая улыбка, – но тебе совершенно ни к чему эта информация.
– Да неужели?! – стражница сама не заметила, как возмущённо упёрла кулаки в бока. Причём она сама не понимала от чего так сильно завелась.
– Не сомневайся, это будет совершенно бесполезный набор звуков.
– Не заговаривай мне зубы! Мы оба знаем, что ты начинаешь юлить только когда чувствуешь себя виноватым!
– Зачем ты больно бьёшь ногами мою гордость? – с, как Вилл показалось, искренним недоумением посмотрел на неё Фобос. – Я же ничего не сделал… ну, по крайней мере, ничего такого, что заслуживало бы такой реакции.
– Ничего я не бью, я за тебя беспокоюсь!
– Лучше бы ты беспокоилась об Элион, – устало вздохнул чародей, вновь поворачиваясь к столу. – Последняя её идея с бесплатной раздачей хлеба из королевских амбаров беженцам – это прямое подстрекательство к бунту. Хуже было бы только начни она внедрять бумажные деньги, но оставь все налоговые сборы исключительно в серебре и золоте.
– Почему бесплатная еда должна привести к бунту? Она, что, вся гнилая? – не поняла Вилл.
– Потому, что люди на Мередиане ничем не отличаются от людей Земли, и очень быстро начинают воспринимать то, что им достаётся из милости, как нечто, что им давать обязаны по гроб жизни, – проворчал Фобос, опираясь щекой о левую руку. – Сейчас она приучит всю эту толпу нечистых на руку и просто внушаемых пейзан, которых её советники наперегонки сманивают с моих земель, к халяве, а потом обнаружит, что ни переселяться в новые земли, ни работать в городе те уже не хотят. А зачем? Если их и так кормят, холят и лелеют. Между тем, запасы зерна в амбарах не бесконечны, и вообще, зима близко, вот и получается, что раздарив сейчас всё за так, она в какой-то момент больше не сможет кормить эту ораву. А орава уже привыкла и начнёт требовать продолжения банкета, вот тебе и бунт, – беловолосый скосил взгляд на Вэндом. – И, кстати говоря, помяни моё слово, первое, что сделают её советники, это попытаются выставить виноватым меня и направить разъярённую толпу на штурм моего замка и моих амбаров. Результат можешь легко предсказать.
– А-а-а… – картина того, как недовольный от недосыпа Фобос, щелчком пальцев обрушивает на город огненный ливень, встала перед глазами девушки столь чётко, что захотелось помотать головой. Одна часть Вилл не верила, что он так поступит, но вот другая… другая настойчиво шептала не пытаться проверять. – Что бы ты сделал на месте Элион?
– Я бы направил их на работы по ремонту дорог и прочие полезные задачи, которых всегда хватает в государстве, но на которые всегда не хватает денег, – с какой-то ностальгической обречённостью вздохнул Эсканор. – И пусть вкалывают там за еду, пока для них готовятся места под заселение.
– Это… в твоём стиле, – вынуждено признала аловласая стражница, складывая руки на груди.
– Мне не нравятся нотки осуждения в твоём голосе, – с прищуром повернулся к ней Фобос. – Между прочим, именно так были построены семьдесят процентов дорожной сети США и две трети муниципальных зданий. Может быть слышала: Великая депрессия, Рузвельт, антикризисные меры?
– Ой, только ты меня ещё школьными предметами не грузи! – скуксилась девушка, которой и без того хватало ежедневных попыток капать на мозги то от мамы, то от Тарани.
– Я думал, за хулиганистого неуча у вас Ирма, – со странным выражением на лице, оглядел её Фобос.
– Я не хулиганистый неуч! – щёки Вилл обдало жаром. – Я просто, ну… Ты сам знаешь, что у меня куча дел! – сама перешла в атаку девушка. – В Хезерфилде полно тех, кто учится хуже меня, а ведь у них нет обязанностей Стражницы!
– А ещё есть Тарани, – на корню зарубил её аргумент этот гнусный, мерзкий…
– Тарани – исключение! – с жаром ответила Вэндом, нависая над этим улыбающимся сероглазым нахалом. – Её способности – это сверхсила больше, чем Квинтэссенция!