Миисса с мамой встали на возвышенности перед берегом. Венки – символ Свадьбы воды, поэтому к ним выстраивалась очередь из желающих купить. Все весело болтали, ожидая своей очереди, выпивали и смеялись.
– Какими цветами желаешь украсить свой венок, милая? – ласково спросила мама молодую девушку, робко замершую перед ней с заготовкой для венка.
– Я не знаю… – растерянно ответила та.
– Давай вместе подумаем. Что ты хочешь вплести в свое желание? – Мама достала из корзинки несколько розовых цветков. – Маргаритки считают символом любви и сердечности. А вот белые космеи – символ дружбы и привязанности. Или желаешь помечтать? Тогда собери свой венок из ромашек.
Девушка внимательно слушала объяснения, пока ее лицо не просияло.
– Мне нужны белые космеи!
– Есть еще липкая дрема. Интересное название, не правда ли? – тихо шепнула Миисса. Девушка засмеялась, но приняла несколько белых цветов.
– Редко кто использует для венков эти цветы, родная, – покачала головой мама. Она с улыбкой доставала ромашки для пожилой пары, которая каждый год брала одни и те же цветы.
– Хисэ Атнер! – радостно заулыбалась Миисса, заметив старого знакомого. Он вел под руку свою жену с накинутым на плечи платком.
– Моя прекрасная Ильдика. – Он поцеловал руку мамы Мииссы и повернулся к ней. – Моя дорогая Миисса. Я все-таки привел мою Кепе к тебе за венком.
– Я подготовила его для вас. Сплела из нежных колокольчиков и незабудок. – Миисса протянула готовый венок. Она собрала его утром, полная решимости подарить хисэ Атнеру или спустить на воду сама, если мужчина заупрямится.
– Он прекрасен, Миса, спасибо, – тепло поблагодарила хиса Кепе, когда муж с любовью надел венок ей на голову. Сердце Мииссы растаяло от нежности, как масло на утреннем солнце.
– Не нужно, хисэ Атнер, – покачала головой мама на попытку мужчины вложить в ее ладонь серебряную монету. – Пусть этот венок донесет ваши молитвы.
– Спасибо, Ильдика. Пусть Великий Асмати хранит тебя и твою семью.
Следующий час Миисса помогала подбирать нужные венки для всех желающих. Корзинки с заготовками и цветами пустели с удивительной скоростью, и она боялась, что всем может и не хватить.
– Не переживай, – успокоила мама, как только Миисса вслух высказала опасения, – все, кто хотел купить венок, уже это сделали. А ты можешь идти гулять, теперь я уж точно справлюсь одна.
– Я не хочу оставлять тебя.
– Но ты должна, – мягко настаивала мама, собирая очередной венок. – Это праздник для таких, как ты, Тияр и Амина. Ступай и веселись.
– Ты уверена? Мне не сложно…
– Уверена, – перебила мама. – Не тревожься обо мне.
Поцеловав ее на прощание, Миисса побрела в толпу, пытаясь отыскать Тияра или Амину. Подруга, скорее всего, где-то в самом центре событий – как раз сейчас жених должен выливать принесенную воду в Кель, чего Амина точно не пропустит. Тияр же предупредил, что задержится, помогая отцу.
– Амина! – Миисса пыталась перекричать гомон. Она заметила подругу сразу – как и ожидалось, рядом с женихом.
– Миса! – Амина тоже увидела Мииссу и стала пробираться к ней, расталкивая толпу. Она была в красивом красном платье, расшитом золотыми нитями, на руках и в волосах звенели излюбленные колокольчики.
– Твой венок. – Как только Амина оказалась рядом, Миисса протянула подарок.
– Какой красивый! И как подходит к моему платью, – счастливо воскликнула подруга, целуя Мииссу в щеку. Она с восхищением рассматривала венок, сплетенный из полевых маков, а затем надела его на голову. – Мне идет?
– Выглядишь прекрасно!
– У меня тоже есть для тебя подарок.
Амина потянулась к своему запястью и сняла тонкий серебряный браслет, украшенный драгоценными камешками.
– Я не могу принять его! – Миисса попыталась остановить подругу. Пусть Амина могла себе позволить дарить такие украшения, принять такой подарок было бы лишним. Никогда не стремившаяся к роскоши, Миисса была довольна своей простой жизнью.
– Прекрати, – отмахнулась Амина, забавно сморщив нос. – Ты же знаешь, что я больше люблю золото. Да и вообще, мне этот браслет никогда не нравился.
Миисса знала, что это неправда, но была благодарна за эту попытку. Амина держала браслет в вытянутой руке и для убедительности нетерпеливо топала ногой, ожидая, когда подруга примет подарок. Миисса сдалась.
– Спасибо, – искренне поблагодарила она.
– Сразу бы так. Пойдем скорее к озеру, а то все самое интересное пропустим. – Амина схватила ее за руку и потянула к воде.
– Ты не видела Тияра?
– Нет.
Пока Амина настойчиво прокладывала им путь, Миисса крутила головой в поисках возлюбленного. Ей не хотелось проводить этот вечер без него, но ни среди танцующих, ни в шумной компании, ни возле присевших на траву людей она не могла отыскать его лица.
– Идет! – радостно закричала Амина, дергая Мииссу за рукав. Ее слова повторяли все вокруг и весело тыкали пальцами в приближающуюся толпу.
Под громкий смех и выкрики к озеру шел выбранный жених. Миисса присмотрелась, но так и не смогла узнать, кто именно. Юношу нарядили в традиционный свадебный костюм – расшитую рубашку и синий суконный кафтан, – а сопровождающие прямо на ходу наливали пиво всем желающим из больших бочек. Люди сначала жались друг к другу в попытке лучше рассмотреть жениха, но затем послушно выстроились в две линии, создавая импровизированный проход к озеру.
Амина буквально отвоевала себе место в первом ряду почти у самой кромки. Она вовсю подмигивала одиноким парням, постоянно поправляя венок. От ее пристального внимания жених едва не споткнулся и не пролил драгоценную воду – за это толпа освистала его, даже послышались шуточные угрозы.
Музыканты заиграли еще громче, призывая поддержать традиционную свадебную песнь. Все охотно подхватили слова, под которые жених дошел до озера и вылил воду из кувшина. «Невеста», смешиваясь с водой Кель, засияла слабым серебряным светом.
Раздались радостные крики, и все громко захлопали в ладоши: дух Шыв благосклонна к жителям, и Синерь минует засуха в этом году.
Наступило время опускать в воду венки, которые донесут до Шыв самые сокровенные желания, а та, в свою очередь, передаст молитвы Великому Асмати. Амина, как и большинство присутствующих, пошла к озеру. Никто не торопился, не толкался и не пытался первым оказаться в воде. Не имело значения, с какой части берега опустить венки, поэтому люди распределились по всей кромке. Миисса наблюдала, как Амина вошла в воду по колено, сняла с головы венок из полевых маков и замерла с ним в руках. Не обращая внимания на намокший подол, она молча молила об исполнении желания.
– Разве ты ничего не хочешь попросить у нашего бога?
Миисса вздрогнула от неожиданности, но уже через мгновение обнимала Тияра за шею. Он держал в руках венок из белоснежных соцветий, который тут же надел ей на голову.
– Ты его сам сделал?
– Хотел бы ответить «да», – улыбнулся Тияр, касаясь ее волос. – Его собрала твоя мама. Особенный венок для особенной девушки.
– Спасибо, – прошептала Миисса ему в губы, оставляя невесомый поцелуй. – У меня есть все, о чем я могла бы мечтать. Единственное, что я смею просить у Великого Асмати, – чтобы ты всегда был рядом.
– Я и так твой, – едва слышно ответил Тияр, проводя линию от ее виска до губ. От нежности по телу Мииссы разливалось приятное тепло. – Не стоит тратить на меня свою просьбу.
– Я попрошу за нас обоих, – пообещала она, целуя Тияра.
Он не хотел выпускать ее из объятий, но Мииссе пришлось отстраниться.
– Не забудь опустить венок на воду, – пошутил Тияр.
Вода оказалась теплой и местами еще мерцала, сохраняя волшебство Шыв. Миисса думала, что это самая лучшая вера – почитать стихию воды. Разве не дарит вода умиротворение, не учит мудрости, не является местом, где успокаивается душа? Что может дать дух воздуха, которому поклоняются в Полночных Землях? Или что приносит Солнечным Землям дух огня, в которого они так верят?
Придерживая подол платья одной рукой, другой Миисса опустила на воду венок, цветы в который вплетала мама, а желания – она сама. Мысленно проговаривая свою молитву, она просила у Великого Асмати за троих. Венок плавно двигался к центру озера, притягиваемый магией духа воды. Его становилось все труднее отличить от десятка других: гладь озера украшали незабудки, ромашки, нежные космеи и даже шалфей. Каждый из венков был прекрасен не только цветами, но и доверенными ему молитвами.
– Нужно найти Амину, – сказала Миисса, вернувшись на берег. После того как они с Тияром полюбили друг друга, Миисса словно чувствовала перед подругой вину и старалась по возможности не оставлять ее одну.
– Она уже нашла себе компанию, – махнул ей за спину Тияр.
Миисса повернулась. Амина увлеченно беседовала с привлекательным мужчиной, угощавшим ее печеными яблоками.
– Давай найдем место, где не так людно, – попросила Миисса, убедившись, что подруга действительно не нуждается в ее обществе. В такой праздник не хотелось уходить далеко от воды – словно даже находясь рядом, можно было ощутить частичку магии Шыв.
Найдя уютное место на берегу, подальше от места свершения обряда, Тияр постелил на землю покрывало.
– Где ты его взял? – удивилась Миисса, уверенная, что не видела у него в руках никаких вещей.
– Я подготовился, – усмехнулся он, опускаясь на покрывало и похлопывая рукой рядом с собой. – Прошу.
Миисса приняла приглашение, удобно устраиваясь рядом. Ее спина коснулась груди Тияра, который тут же притянул ее ближе. Миисса смотрела на спокойное озеро, наслаждаясь теплом любимого. В траве стрекотали цикады, создавая свою собственную музыку, и она казалась намного уместней, чем громкие звуки барабанов, которыми сопровождалось появление жениха.
– О чем думаешь? – тихо спросил Тияр, почти задевая губами ее ухо.
– О нас, – честно ответила Миисса.
– Что ты попросила у Великого бога?
– Любви. Для тебя и для меня.