Хисэ Минук молчал, невидяще уставившись в стену перед собой, его глаза снова потухли. Весул задумчиво наблюдал за ним, изредка бросая на Айтара удивленные взгляды и слегка пожимая плечами.
– Мне приснился сон, – неожиданно прервал свое молчание хисэ Минук, не переставая смотреть в стену. – Я видел горящие города и Великую реку, полную крови. Я видел разрушенные храмы и выжженную Священную Рощу. И не было в моем сне ничего, кроме страха и смерти. Одно я понял точно: таким станут Штормовые Земли, если править ими будет княжич Сапат. Недаром ходят слухи о его нечистой крови.
– Хисэ Минук, – подал голос Весул, – только не думайте, что государь поверит, что вы отклонили предложение Сапата из-за сна.
– Это не просто сон, – покачал головой тот. – Это предостережение, посланное Великим богом. Я отказал старшему княжичу, а на следующий день не смог подняться с постели. Мои силы иссякли за считаные недели, и осталось мне недолго. Я прибыл сюда сразу, как смог.
– Что же вы хотите от меня? – спросил Айтар, до конца не уверенный в правдивости его слов. Но то, что некогда полный здоровья хисэ Минук умирал, казалось вполне возможным.
– Примите моего сына в личный отряд и дайте ему защиту в своем доме, княжич, – хисэ Минук поднял взгляд. Белки его глаз покрывала красная паутина, усиливая сходство с живым мертвецом. – Ведьмам не добраться до него здесь. Вы можете рассчитывать на поддержку моего дома. Ятук все равно спустит наше состояние, не пройдет и пары месяцев после моей смерти. Все имения останутся за ним, но я при жизни дам вам и людей и золота.
Айтар перевел задумчивый взгляд на Весула. Тот ответил легким кивком. Верилось с трудом, что жадный и хитрый Минук так легко предлагал свою поддержку и золото. Это настораживало и казалось возможным одновременно. Айтар не мог сказать, какие силы изменили сидящего перед ним человека, но тот явно верил в то, о чем говорил.
– Оставайтесь с сыном на ужин, – предложил Айтар. – Я обещаю подумать и дать ответ этим вечером.
Хисэ Минук заметно расстроился – видимо, ожидал получить согласие незамедлительно, – но коротко кивнул и, цепляясь за предложенный советником локоть, с трудом поднялся. Весул помог добраться ему до выделенных гостевых покоев.
Айтар направился во внутренний двор, чтобы найти Илая и обсудить все с ним. В конце концов, Илай командовал отрядом, в который хисэ Минук просил взять своего сына.
По пути раздумывая над тем, что надо бы найти и Тэя, Айтар удивился, когда вышел во двор и увидел и его, и Илая с Медеей, и даже Ятука.
– Она ведьма! – с презрением бросил Ятук, взглядом обведя Медею с головы до ног и останавливаясь на руках. Не скрывая отвращения, он обратился к Илаю. – Почему ты позволяешь ей стоять рядом?
– Я не обязан тебе ничего объяснять.
Илай сидел на скамейке. Позади него замерла Медея, спрятав руки за спину после фразы Ятука. Айтар знал, что эти слова заденут девушку, ведь она постепенно привыкала к тому, что больше никто не желал причинить ей вреда или унизить. А сейчас ей снова напомнили, что ведьма – это клеймо, которое придется носить до конца жизни, что всегда найдутся те, кто не даст забыть.
Тэй стоял рядом с Илаем и скучающе наблюдал за происходящим. Никто не замечал Айтара, а он слышал и видел их достаточно хорошо, чтобы заметить, как неприятен разговор всем присутствующим. Кроме Ятука, конечно – он открыто наслаждался тем, что нашел ведьму, над которой мог поиздеваться.
– Как же низко ты опустился, раз позволяешь этой проклятой девке находиться рядом? – не унимался Ятук.
– Не смей так говорить о ней! – Илай зло сжимал кулаки.
Он сделал усилие, чтобы подняться, но Медея положила руки на его плечи, будто прося успокоиться. Айтар устремился в их сторону, чтобы остановить зарождающуюся ссору. Он не хотел кричать и привлекать внимание, но Ятук и Илай говорили так громко, что справились с этим без него.
– Забавно, что ты подобрал ее, – засмеялся Ятук, заметив жест Медеи. Его улыбка совершенно не вязалась с гнусными словами. – Место этой ведьмы в клетке с псами, а не в твоей койке!
Лицо Илая побелело, когда он рывком поднялся со скамейки и тут же покачнулся от слабости. В это же мгновение Тэй резко ударил Ятука в лицо. Раздался противный хруст, брызнула кровь.
Ятук потрясенно смотрел на Тэя, зажимая нос руками и постанывая от боли. Таким же взглядом его одарил Илай, а Медея нерешительно замерла, боясь пошевелиться. Айтар видел, как в ней боролись желание помочь и страх сделать ситуацию хуже. Медея заметила его, и Айтар покачал головой, давая понять, что не стоит ничего делать.
– Ятук! – позвал он зачинщика ссоры.
– Вы видели, государь? – Ятук убрал руки от лица, показывая на сломанный нос и залитый кровью подбородок. – Тэй ударил меня! Он не имеет права поднимать руку на наследника великого дома.
– Если ты не заткнешься, я могу еще и ногой пнуть, – беззаботно предложил Тэй, нисколько не раскаиваясь. Сложив руки на груди, он со скучающим видом рассматривал разъяренного Ятука.
– Да ты…
– Ятук! – строго оборвал его Айтар. – Иди в дом, мои лекари осмотрят тебя. Твой отец ожидает в отведенных вам покоях.
– Я этого так не оставлю, – бросил Ятук, прожигая злобным взглядом Тэя. Снова закрывая нос рукой, он развернулся и пошел в противоположную от усадьбы сторону.
Айтар по очереди осмотрел друзей. Медея выглядела подавленной, нервно потирала запястья и бросала печальные взгляды на Илая – тот опустился на скамейку, с непроницаемым лицом уставившись перед собой. На его лбу выступили крупные капли пота, а кожа приобрела зеленоватый оттенок. Один Тэй выглядел совершенно расслабленным, отвечая на сердитый взгляд Айтара легкой улыбкой.
– Это было неправильно, – тихо заговорила Медея. Все повернулись к ней. Она упрямо поджала губы, но продолжила: – Не нужно было бить его из-за меня. Твоя жестокость излишняя, а я… – голос стал тише, а глаза предательски заблестели, – я привыкла к такому отношению.
– Это было справедливо, – Тэй говорил совершенно серьезно, без намека на усмешку. – Справедливо и правильно не всегда одно и то же.
– Он прав, Медея. Тэй поступил справедливо, – поддержал Айтар. – Ты находишься в моем доме, и относиться к тебе должны точно так же, как к любому из гостей. Ты – часть моего отряда.
Илай поднял голову и посмотрел на него со смесью благодарности и облегчения. Айтар понимал, как важно было другу услышать эти слова. Они с Медеей встретят еще много осуждения со стороны окружающих, но только не от Айтара: он всегда занимал одну-единственную сторону, несмотря на любые возможные последствия.
– Отдохните перед ужином, – обратился он ко всем. – Нас ждет трудный вечер.
– Я бы еще побыл немного на свежем воздухе, если ты не против, – выдавил Илай, переводя взгляд на Медею. Она вымученно улыбнулась и кивнула.
– Прогуляйтесь по зимнему саду, – предложил Айтар. Почему-то он хотел, чтобы они познакомились с Мииссой и, быть может, ненадолго составили ей компанию.
Словно почувствовав, что о ней вспомнили, Миисса появилась на дорожке, ведущей из зимнего сада. Айтар с улыбкой отметил, что она успела перепачкаться землей. Девушка явно что-то искала, плохо ориентируясь в новом месте.
– Миисса? – недоверчиво прошептала Медея.
– Вы знакомы? – удивился Айтар, проследив за ее взглядом.
– Миисса! – уже уверенно закричала Медея, почти бегом направляясь в ее сторону.
– Кто эта девушка? – нахмурился Илай.
– Новая садовница, – Айтар с улыбкой наблюдал, как радостно обнимаются девушки. Они были удивлены встречей не меньше, чем все остальные.
Рассказывать про Ятука и предложение его отца резко расхотелось, и Айтар решил отложить неприятный разговор до ужина. Он попрощался с Илаем и пошел по вымощенной дорожке, уверенный, что Тэй последует за ним.
– Ты действительно считаешь, что я поступил правильно?
Айтар посмотрел на друга. Разобраться, что творилось в его душе, всегда было сложно, а когда он не хотел этого показывать – и вовсе невозможно. Вот и сейчас нельзя было понять, что именно Тэй чувствовал.
– Справедливо и правильно не всегда одно и то же, – с улыбкой повторил его же слова Айтар.
Тэй улыбнулся. Они остановились друг напротив друга.
– Но впредь тебе следует быть более сдержанным. Он – наследник великого дома. Нельзя ломать носы таким людям, – тоном, не терпящим возражений, произнес Айтар.
– Хм. – Тэй сделал вид, что задумался, даже постучал пальцем по подбородку для большей убедительности. – Что насчет рук, ног, шеи, ребер?
– Тэй.
– Что? – беззаботно уточнил он. – Ты же княжич. Должен спасать обездоленных, защищать беззащитных. А я буду твоим карающим кулаком. Так почему нельзя дать этим кулаком в нос наследнику великого дома, если он заслужил?
– Какой ты, оказывается, благородный! – притворно удивился Айтар, подыгрывая другу. – И как только скрывал все это время от нас?
– С трудом, – усмехнулся Тэй.
– Ты сделал это ради Медеи? – спросил Айтар, внимательно наблюдая за другом. – Или ради Илая?
– Разве это важно?
Ухмылка пропала с лица Тэя с той же скоростью, с какой и появилась. Его глаза таили чувства, которые Айтар не мог разгадать. Все поступки и слова Тэя имели особый смысл, но он не желал делиться с остальными.
– Нет, – покачал головой Айтар, а потом добавил: – Ты хороший друг, Тэй.
– Нет. Иначе сказал бы Илаю, что эти чувства не принесут ему ничего хорошего.
– Что ты имеешь в виду? – Айтар нахмурился.
В этот раз молчание длилось дольше. Тэй не спешил пояснять свои слова, а возможно, уже жалел о сказанном. Айтар не торопил, ждал, пока друг ответит.
Резкий порыв ветра бросил им под ноги горсть золотых и алых листьев, а потом погнал их дальше. Айтар завороженно проследил за их полетом. Наступило как раз то время, когда можно пойти и сорвать терпких ягод черноплодной рябины или насобирать диких груш. Нужно успеть полюбоваться поздними соцветиями, доживающими свою яркую, но короткую жизнь.