Если так сложится судьба, эта планета сама взрастит эфириалов когда и если будет к этому готова. Но это будет только их выбор.
С этой мыслью я направил взор вниз и сконцентрировался на одном единственном разумном.
Без труда разрывая взглядом расстояние в десятки тысяч километров, я увидел молодого парнишку в черной толстовке. Он стоял позади кресла пилота, его капюшон был опущен, а сам он с жаром доказывал мужчине перед собой, что никто не сможет совершить посадку лучше и быстрее чем он, который справится даже закрытыми глазами.
Изрядно потрепанный властный мужчина, которым оказался Сергей Соколов, громко спорил и пытался приказать парнишке оставить пилота в покое, но тот не слушал.
«Коготь», на котором это все происходило уже подлетал к Санкт-Петербургу.
С ними на борту находился еще один одаренный. Хмурый седой старик выделялся даже среди них и не особо напрягаясь умудрялся тащить за самолетом несколько миллионов литров воды в форме огроменного заостренного столба.
Похоже Император не потрудился объяснить моим родичам что именно происходило внутри оцепления. Или же просто не успел.
— Прости, Алекс, но ему тоже здесь не место, — внутренне извинился я, и одним движением освободил парнишку от его внутреннего эфириала пустоты.
Замолкнув на полуслове, парнишка ту же потерял сознание, но его жизни ничего не угрожало. Даже былую невидимость он сможет при желании восстановить, если будет усердно трудиться и найдет способ подменить потерянный эфир с помощью Ж и вы.
Увидев беспокойного отца и бессознательное лицо Алекса, внутри меня что-то щелкнуло, и я поочередно нашел взглядом каждого человека что встретил за эти пять лет и попрощался.
Попрощался с Эмилией, плачущей в подушку от собственного бессилия в белых стенах закрытой царской лечебницы в Ельце.
С сестрами Аленой и Есенией, которые в обнимку с матерью сидели вокруг подаренного мной артефакта в ожидании новостей от Сергея Соколова.
С Анной Зверевой, которую прямо сейчас погружали в медицинскую капсулу подоспевшего вертолета из оцепления.
С Иваном Сомовым, который ругался на деда, обманом удравшего в столицу, не залечив ранения, полученные в Корее.
С Елизаветой Елецкой, которая не смотря на строгие запреты отца пряталась на самой границе оцепления и сейчас собственноручно руководила моими поисками среди черной пустоши разломов земли.
С Антоном Аничковым, сидевшим в подземном убежище в Подмосковье.
С Прохором Семеновичем, который молился о том, чтобы его дочь была жива.
С полностью поседевшим Михаилом Елецким, который сидел в мчащем из Царицына суперджете с благодарной улыбкой на устах.
Места и лица сменялись ускоряющимся калейдоскопом и навечно отпечатывались в моей памяти. Суворовы, Романовы, Оезерецкие, Березниковы… все без исключения встреченные мной люди промелькнули в этом калейдоскопе прощания.
Даже китайский принц, который прямо сейчас бился насмерть с одним из многочисленных братьев.
В процессе я осознал, что впервые в этом теле испытываю эмоции. Вернее, очень слабый отголосок одной единственной эмоции.
Лицо само расплылось в улыбке.
Продолжалось это чуть больше минуты и отголосок человеческой эмоции исчез также быстро как появился. После чего я прикрыл глаза, сконцентрировался, и нащупал «нити» каждого из семидесяти трех эфириалов, кто в том или ином состоянии находился на этой планете.
Убедившись, что никого не упустил и нашел всех до единого, я последовательно освободил каждого из них.
Тем самым очистил планету от паразитов, которых здесь быть не должно. Дал этому миру свободу и право на спокойную жизнь, которую они заслуживают.
После чего я открыл глаза и вновь посмотрел на умиротворяющий голубой шар под названием планета Земля. Посмотрел в последний раз, потому что мои дела здесь были закончены.
Чего не скажешь об ином месте, которое я намеревался посетить…
Постепенно приходящее понимание как работают мои новые способности уже сформировало вполне четкую картинку их возможностей.
Я перевел взгляд на тонкий энергетический след древнего маршрута, что вел в глубины космоса. Коснулся его рукой, но ничего не произошло. Маршрут был односторонний и сейчас был неактивен и абсолютно пуст.
Однако мне и не нужна была его энергия. Как и не было нужды его активировать.
Я медленно прикрыл глаза.
Наполнил свое сознание фактом что прямо сейчас я Свободен от всего чего пожелаю.
Свободен от цепей служителя…
Свободен от гравитации…
А значит, Свободен и от расстояния.
Мгновением спустя, я открыл глаза и осознал себя находящимся внутри Цитадели.
Глава 33
Яркий белый свет заливал все видимое пространство вокруг. Инстинктивно я сощурился и начал часто моргать, но это не помогало.
Во все стороны от горизонта до горизонта я видел только ослепляющий белый свет. Несколько секунд мне потребовалось, чтобы понять, что весь этот свет и есть энергия.
Она не расчерчивает пространство в форме нитей или сгустков. Эта безграничная окружающая все вокруг энергия и есть само пространство.
Она и есть Цитадель.
Стоило мне это осознать, как яркость света немного снизилась, но никаких очертаний материи вокруг все равно не появилось. Я даже затруднялся сказать стою я сейчас на чем-то твердом или парю в воздухе. Для всех органов чувств мое нынешнее состояние трактовалось не иначе как — «существую».
Совершенно уникальное ощущение бытия, но я мне довольно быстро удалось к нему привыкнуть.
И как только я это сделал, в белом пространстве передо мной проявились десятки теней. Поначалу совсем крошечные, они в несколько мгновений разрослись до человеческих размеров и предстали передо мной сотней безликих антропоморфных фигур.
На фигурах не было ни одежд, ни лица, ни каких-либо иных отличительных черт. Они плавно проплыли по светлому пространству и зависли в десяти метрах напротив меня.
Мозг царапнуло десятком чужеродных воздействий, но ни одно из них не смогло проникнуть внутрь моего разума.
«Как ты сюда попал?» — вложила мне в голову вопрос одна из теней, которая располагалась по центру и ненамного выдвинулась от остальных.
Ее безэмоциональный тяжелый голос мне был не знаком.
— Разве это имеет значение? — отозвался я вслух, пытаясь рассмотреть в тенях хоть какую-то деталь.
Но как ни старался, я не мог увидеть ничего, кроме вибрирующего черного силуэта на бесконечном белом фоне окружающего пространства.
Тени переглянулись и мозг окутала новая волна настойчивых попыток воздействовать на мой разум.
На этот раз таких попыток оказалось втрое больше, но эффект остался тем же. Внутрь своего сознания я никого не пустил, чем явно смутил могучих сущностей напротив меня.
— Следующую попытку захватить мой разум я восприму как нападение, — абсолютно безэмоционально, как факт, заявил я.
Пространство вокруг меня едва заметно вздрогнуло.
«Это не было…» — вновь проявился чужой голос в голове, но дослушивать я не стал и выгнал прочь и его.
— Настоятельно рекомендую вам использовать устную форму общения, господа Эсперы, — сказал я и наглухо закрыл свой разум от любых иных способов взаимодействия, — и советую воздержаться от новых попыток влезть мне в голову, так будет проще всем нам.
Тени вновь переглянулись, но спорить не стали. Фактов того, что я смог попасть в нематериальный план Цитадели и противиться их прямому воздействию было достаточно, чтобы меня восприняли всерьез.
— Мы не понимаем почему ты закрываешься от ментальной синхронизации, — на этот раз вслух прозвучал голос ближайшей тени, — это позволит обменяться информацией мгновенно и абсолютно безопасно. Ты разом получишь все ответы, за которыми пришел.
— Либо мы говорим так, либо никаких разговоров не будет вовсе, — безапелляционно заявил я.
С этими словами я выпустил крохотную порцию Силы Свободы и белое пространство вокруг меня пошло небольшой рябью. Долгих три секунды потребовалось пространству Цитадели чтобы нивелировать мое воздействие и стабилизироваться.
Для места что являлось средоточием всей эфирной энергии Веера миров эти три секунды были сродни целой вечности.
Однако тени напротив меня не испугались демонстрации, а наоборот. Воодушевились и подались чуть ближе.
— Ты не в том положении чтобы угрожать или ставить условия, Мин, — вдруг прогрохотал выплывший из толпы еще один темный силуэт.
Его голос я узнал без труда. Это был Литорий. Мой Эспер-прародитель собственной персоной.
Он бесцеремонно приблизился на пять метров и остановился аккурат между мной и остальными тенями. В его мутном черном силуэте мне на миг померещился довольный оскал.
— Отчего же? — поинтересовался я, слегка склонив голову набок.
— Смелость… самоуверенность… наглость… — медленно перечислил Литорий, — неужели именно эти качества твоего пятого Ловца послужили триггером к долгожданному пробуждению? Или это заслуга Ксайка? Или сыграла роль та донорская планета? Глас Цитадели анализирует тебя уже десять минут и до сих пор не может дать нам ответ. Представляешь? Ни одного варианта! Я так давно не испытывал этого чувства… как оно там называется… любопытство? Точно, любопытство.
— Эсперы способны чувствовать? — слегка удивился я.
— В исключительных случаях, — отозвался Литорий, медленно продвигаясь ко мне еще ближе, — все же, когда-то то мы тоже были людьми. Пока не шагнули на новую ступень эволюции. Знаешь, Мин, в этом примитивном способе коммуникации что-то есть. Мы полностью отринули его много столетий назад. Зачем тратить время на разговор, если с помощью синхронизации и использования безграничных ресурсов Цитадели можно передать или получить любую по объему информацию мгновенно? Хотя да… тебе не понять каково это. Знаешь, Мин… это такое состояние, когда ответ на любой вопрос приходит в голову еще до того, как ты его успеешь сформулировать, а решение задачи любой сложности будет готово буквально за мгновение. Миллионы всех возможных решений поставленной задачи!!! Вычислительные мощности Гласа Цитадели способны на все! — с нескрываемым восхищением выдал Эспер и вскинул руки.