– Поселения вольны устанавливать для неграждан срок пребывания, не превышающий сорока восьми часов, – напомнила Катрина. – Но как бы то ни было, ты должен остаться с нами. Поэтому поспешим-ка первым делом к Лиз и попросим для тебя убежища.
Едва ступив на главную улицу Хокинг-Сити, мы оказались в центре внимания прохожих. Рабочий день уже закончился, и народу вокруг было немало. Разумеется, никто не тыкал пальцем, не задавал вопросов и не отпускал шуточек, но любопытные взгляды били в Вайолета (а значит, и в нас с Кэт) как молнии. Еще бы: ни в Хокинг-Сити, и в любом другом республиканском городе люди не ставили себе искусственных глаз (разве что в случае потери), не красили волосы в фиолетовый и не делали татуировок (долгое время на Земле татуированных даже не пускали в космос). Не потому, что им запрещали (на самом деле нет), а потому, что стремление выделяться внешне у нас как-то не прижилось. Среди них наш гость из Новой Гаваны выглядел как голый среди одетых или наоборот. Их удивление я мог чувствовать физически, и добраться в городское управление было большим облегчением.
Белокурая Лиз де Вийон была одним из младших архонтов – от двадцати пяти до тридцати шести лет. Так было заведено с момента образования Республики. Два архонта непременно должны быть молодыми; они проводники новых идей, они тяготеют к новаторству и видят перед собой множество путей, их воображение свободно от догм и не сильно сковано скепсисом. Два архонта – от пятидесяти пяти лет и старше. Их конек – это опыт, их задача – поддерживать устойчивость системы и, когда необходимо, «тормозить» кипучую энергию молодых. Два архонта среднего возраста поддерживают баланс, объединяясь по ситуации то с первыми, то со вторыми. До своего избрания архонтом де Вийон, врач по специальности, прославилась разработкой диеты, повышающей сопротивляемость космическому излучению у работников, часто бывающих за пределами городских куполов. Несмотря на поздний час, она всё ещё была на работе. Встретиться с нами она согласилась без лишних уговоров, и я даже удивился, насколько гладко осуществляется план.
– Катрина, Уинстон, рада встрече, – сказала Лиз, жестом приглашая нас сесть за овальный стол с обсидиановой мозаикой. Когда Совет собирался в Хокинг-Сити, заседание, скорее всего, проходило за ним. – Добро пожаловать, – на сей раз она обратилась она к хакеру. – Сато Тэцуо, я не ошиблась?
– Лучше зовите меня Вайолет.
– Встречать гостя из Новой Гаваны для меня довольно непривычно, – сказала Лиз, не просто оглядывая, а сканируя его недоверчивыми серыми глазами.
– Я тоже раньше архонтов Хокинг-Сити не видал, – ответил хакер. – Иначе приезжал бы почаще.
– Давайте перейдём к делу, – сказала Катрина, не особенно довольная тем, куда поворачивал разговор. – Сато Тэцуо желает поделиться ценной информацией, полученной за годы работы в Новой Гаване. Директора готовятся восстановить свой космодром и организовать лунную экспедицию. Их возможная цель – это «Сольвейг», где может оставаться военная техника. Или мощности для её изготовления.
– И откуда такие сведения? – Лиз, собиравшаяся налить нам воды, едва не уронила графин.
– Я хакер, – просто вымолвил Вайолет. – И, если хотите знать, имею восемь соответствующих модификаций. Ну, и несоответствующих… Несколько.
– Вот как… – глаза де Вийон угрожающе сузились. Она вдруг стала похожа на небольшую, но опасную змейку. – Торговали информацией за спейскойны? Копались в грязном белье? Присваивали чужие средства?
– Всё было, – не моргнув глазом, признал Тэцуо. – Правда, не разбогател, зато здорово пополнил свою библиотеку. Итак, с чего начнём? Проект реконструкции космодрома? Разработки космического корабля на базе дореволюционного «Шивы»? Или, может, хотите взглянуть на вашего коллегу Майрона Асано, который приезжал в Новую Гавану с целью меня нанять?
От удивления Лиз расплескала-таки воду на стол, шевельнув губами в беззвучном «что?»
– Быть не может…
– -Куда можно перебросить файлы?
– Ваши глаза не работают в режиме проекторов? – пошутила Лиз, но шутка была злая.
– Учту ваши пожелания, – усмехнулся Вайолет.
– Как поверить, что вы не шпион Новой Гаваны? Вдруг ваша так называемая запись – это «троянский конь» для внедрения в нашу сеть?
– Лиз, не Вайолет попросил меня организовать нашу встречу. Мы сами его нашли, – вмешался я. – Ему одному под силу окончить работу, начатую Юрковским на орбите. Нужно поставить последнюю точку в деле о потере первого «Фермиона». Иначе точно так же потеряем второй.
– Кроме того, в Новой Гаване на Тэцуо имеют зуб очень серьёзные люди, – добавила Катрина. – Отослав его обратно, вы его убьёте.
– Не я заставила его стать хакером. И я бы не стала верить всему, что он говорит, – враждебно сказала де Вийон.
– Что я слышу от архонта коммунистической республики! – вспыхнула сестра. – Не хватает еще добавить: «каждый сам за себя!» и «свою судьбу каждый творит сам», забывая о сотнях переменных, которые могут эту судьбу перечеркнуть!
– Напомню, что он ушёл сам. Из Арконы его не гнали, – стояла на своем Лиз.
– Кто же спорит? – неожиданно мягко согласился Вайолет. – Но, может, вы все-таки послушаете, о чем говорил со мной Майрон?
– Я включила приём файлов у себя на браслете, – сухо сказала архонт. – Надеюсь, это стоит нашего времени.
Пока шла передача, в зал вкатился робот и оставил на столе поднос с закусками. Хоть я изнывал от голода всю дорогу сюда, сейчас мне и кусок в горло не лез. Через десять минут де Вийон включила голографический проектор, и перед нами возник Асано, каким его видел хакер во время их разговора. Беседа шла не с самого начала: по-видимому, идея записать разговор пришла не сразу.
– Я слыхал, у тебя неприятности, – участливо проговорил Майрон.
– Спасибо, справляюсь, – отвечал ему хакер. Судя по мрачному голосу, речь перед этим шла о недавней кончине Юрковского. – А в чём вопрос?
– Из Арконы ты ушёл, потому что тебя отчислили из «Архангелов», и других перспектив для себя ты не видел. И да, приказ об отчислении подписывал лично я, о чем сейчас очень сожалею. Ты позволишь мне исправить ошибку?
– Я зла не держу.
– Республике понадобится помощь хакера, и лучше всего нам подходишь ты. После выполнения задачи тебе восстановят гражданство. Ты сможешь подключиться к важным миссиям – таким, как помощь нашим братьям на Земле. Показать себя настоящим сыном Максима. Вновь увидеть Катрину. Она же нравилась тебе, так?
– Свои чувства я держу при себе, – с достоинством отвечал Вайолет. – Но ваше предложение выглядит интересно. Что нужно делать?
– Побороться с мощным искусственным интеллектом. Задача как раз по тебе.
– Это в Новой Гаване?
– Дальше. На Луне. Точнее – на «Сольвейг».
Несколько секунд они молчали. Вайолет, обычно быстрый, теперь с трудом собирался с мыслями.
– Меня – в космос?..
– А что, всю жизнь сидеть внутри горы, словно гном?
– Насколько это опасно?
– Опасен любой межпланетный полет, Вайолет. Но, закрепившись на Луне, наши риски можно значительно снизить.
Я заметил, что Майрон ни разу не назвал хакера его настоящим именем – видимо, сознательно этого избегал.
– Значит, я полечу с остальными на «Фермионе»? – в голосе хакера слышалась тревога.
– Чуть раньше. Свой персональный корабль, снаряжением тоже не обидим. Три недели здорового крепкого сна – и ты на месте.
– Впервые слышу, чтоб такая важная экспедиция состояла из одного человека… Да к тому же, в космос никогда не летавшего.
– Расслабься, Вайолет, ты будешь не один. И я распоряжусь, чтоб никто не смел попрекать тебя прошлым.
– Прибрать «Сольвейг» – это правильно. Я и раньше считал, что перед тем, как летать на Землю, стоит получить контроль над лунными базами. Но разве отец не планировал визит «Фермиона» на Луну перед высадкой на Землю? Зачем перекладывать эту задачу на другой корабль? Было бы логичнее, полети я с Уинтером.
– Твой отец решил, что будет правильней, если у каждого корабля будет своя задача. Неизвестно сколько дней потребуется для того, чтобы получить доступ к управлению «Сольвейг». Линдоны всегда ревностно относились к секретности и безопасности. Они уж точно позаботились о том, чтобы защитить свой актив и от внешнего проникновения, и от солнечных бурь. Потому я и уверен, что головной компьютер «Сольвейг» спрятан в породе настолько глубоко, что пережил катастрофу…
– Возможно, будет проще извлечь блок памяти и погрузить его на корабль, чем разбираться на месте…
– В любом случае, до него сначала придётся добраться. И я не уверен, что даже лучший наш инженер справится в одиночку.
Ладно… Поделюсь на свой страх и риск еще кое-какой информацией. Надеюсь, ты не сольёшь её кому-либо здесь… Вот территория вокруг «Сольвейг» десять лет назад и спустя два дня после того, как Максима не стало. Видишь разницу?
– Эти маленькие объекты совсем иначе расположены. На новом снимке их вдвое больше!
– «Маленькие объекты» – на самом деле горнодобывающие машины. Какой вывод можно из этого сделать?..
– Кто-то переместил их с места на место… И когда я вылетаю?
– В воскресенье.
– Холод и мрак!.. Хотите сказать, что Совет архонтов так быстро допустил меня к полёту? Я скорей поверю в жизнь на Фобосе.
– Понимаешь теперь, что я тебе совсем не враг? Что я за тебя боролся?.. Мы чуть глотки друг другу не перегрызли! Вначале я один – против пятерых. Но вдруг Стефан Лазаревич из Китежа меня поддержал. Я и не ожидал даже: ты, возможно, слыхал о его привычке спорить со всеми подряд?… Кое-как продавили!
– Дадите время на размышления?
– Боюсь, не много. До вечера. А точней – до десяти часов, затем мне придется ехать обратно…
– Вы знаете, где меня найти… Архонт…
Изображение погасло. Прошло еще секунд пять, прежде чем заговорил уже тот Вайолет, что сидел с нами в зале.
– Довериться Майрону я не смог. Я