заподозрил, что из меня пытаются сделать овцу на заклание и что живым я с «Сольвейг» не выберусь. Но возможно, это ошибка? Скажите, Лиз: согласовывал ли Майрон лунную миссию с Советом? Рассказывал, какие у него планы в отношении «Сольвейг»? Показывал снимки территории?
Лиз покачала головой. Глаза у неё были как стеклянные.
– Этого достаточно, чтобы созвать внеочередной съезд архонтов? – с нажимом спросила Кэт. – И заставить Майрона Асано, как минимум, объясниться?
– Что я в этом вижу – так это грубую попытку столкнуть архонтов между собой. Грубую и весьма неудачную. Не знаю, каковы планы Совета директоров, но это явно часть какой-то схемы, – жестко вымолвила Лиз. – Майрон – тот человек, которому я без колебаний доверила бы свою жизнь, а эта голограмма – скорее всего, фальшивка, созданная для того, чтобы посеять в республике смуту.
– Почему бы не провести экспертизу?.. Не думаю, что она отнимет много времени! – сказал я. – И мы поймём, можно ли доверять Вайолету или нет. Мы ничего не теряем.
– Разумно, – согласилась де Вийон. – Однако до завершения экспертизы вашему другу запрещено перемещаться по городу. Он останется здесь, под усиленным присмотром, а я извещу коллег о ситуации. Третий! – обратилась архонт к роботу. – Согрей-ка офуро. Надеюсь, Вайолет, у вас ничего не замкнёт от погружения в горячую воду!
– Нет… Чтобы замкнуло, нужно, чтобы вы сели рядом.
Лиз бросила в него колючий взгляд, но промолчала. Кэт и вовсе отвернулась. Я чуть не хлопнул себя рукой по лицу. Не так, совсем не так должен вести себя человек, чья судьба всецело находится в руках архонтов. Не наломал бы теперь дров этот модифицированный искатель приключений теперь, когда свою задачу мы наполовину выполнили!
– Ого, все на месте! – прогудел за спиной знакомый голос, услышать который я никак не ожидал. – Можно присоединиться?
Кэт шагнула вперед, словно пытаясь заслонить собой Вайолета. Обернувшись, я увидел в дверях широкоплечую фигуру Майрона Асано, который приветливо махал нам рукой.
Куда приводят поиски правдыУинстон Уинтер. 30 ноября – 1 декабря 2188, Хокинг-Сити
Вслед за правителем Арконы в комнату вплыл реликт времён революции – беспилотник-телохранитель. Хотя Лиз как официальное лицо держала себя в рамках приличий, воздух вокруг нее словно сгустился и разве что не трещал от напряжения.
– Майрон?.. Какими судьбами?!.. Ты сам не представляешь, насколько вовремя прибыл: здесь холод и мрак знают, что творится. Уинтеры незаконно побывали в Новой Гаване, притащили сюда эмигранта и подозревают тебя чуть ли не в сговоре с директорами.
– Об этом я и прибыл потолковать, – невозмутимо отвечал Асано, протягивая руку к подносу с закусками. – А также напомнить Уинстону, что по возвращении в Аркону его ждут санкции за не сданный вовремя марсоход.
Он взял квадратик зеленого крекера и с аппетитом съел. Ни гнева, ни беспокойства – словно все мы были сейчас на обеденном перерыве в Космическом центре.
– Кроме того, у меня есть новость для Вайолета – и, боюсь, не очень хорошая… На связь вышел директор Таггерт из «Линдон Пауэр». Он и его коллеги просят передать тебя Новой Гаване в связи с твоими многочисленными злодеяниями. Такими как умышленный ущерб системе жизнеобеспечения и нанесение опасных для жизни травм сотрудникам правопорядка, включая руководителя службы безопасности.
Я ведь так и не увидел, как именно Вайолет разобрался с напавшими на нас фараонами. И даже не стал его расспрашивать, опасаясь услышать ответ, который слышать совсем не хотел. Зато де Вийон перестанет так рьяно подозревать хакера в работе на капиталистов.
– За такие шалости, Вайолет, и в Республике предполагается пожизненная изоляция. У нас нет причин для того, чтобы тебя не выдать, если, конечно, ты не докажешь свою невиновность. Нам и других членов Совета спрашивать необязательно. – Не стану отрицать, все перечисленное имело место… Но речь шла о моей свободе, а возможно и жизни. Когда за поиски правды тебя хотят раздавить, поневоле начнешь отращивать зубы и когти. – Кстати, о когтях… Покажи нам своё оружие!
Покосившись на прилепившийся к потолку дрон, Вайолет исполнил его просьбу: из фаланг пальцев хакера выдвинулись концы тонких металлических трубок, а из тех, в свою очередь, нитевидные лучи обжигающе-белого света. Похожими лазерами пользовались при операциях врачи и роботы-хирурги.
– Про них Таггерт и говорил!
– Если мое слово что-то значит, – обратился я к Майрону, – позволь подтвердить слова Тэцуо. Это была самооборона.
– А точнее, уход от правосудия!
– Если называть правосудием принуждение к шпионажу за Республикой…
– Ты веришь всему, что говорит твой новый друг, даже не проверяя – только потому, что когда-то он готовился стать Архангелом и теперь представил себя как мученика. Уинтер, мы никому и никогда не должны верить на слово!
– Тогда почему ты, Майрон, искал его содействия в Новой Гаване? Да ещё и в обход Совета? – яростно бросила Катрина.
– Да, почему? Если только это правда… – присоединилась к ней де Вийон.
– Правда, – без колебаний ответил Асано. – Потому что новость об официальном запуске с большой вероятностью дошла бы до Новой Гаваны, которая сама имеет планы на лунные богатства. И это последнее, чего бы мне хотелось.
– Но разве «Линдон Пауэр» не имеет прав на «Сольвейг» как правопреемник земной корпорации? – уточнила Лиз.
– Она сама себя называет правопреемником, когда видит в этом выгоду. Таковым её могли бы признать в штаб-квартире на Земле, но здесь, на Марсе, законы земных государств уже не действуют.
– Возможно, со мной согласятся немногие… Вернее, не согласится никто, – сказала Катрина, – но лучшим решением стала бы совместная экспедиция на Луну и на Землю, в которой бы участвовали представители обеих общин. Эти игры в реконструкцию «холодной войны» хорошо бы прекратить – ради будущего. К тому же, мы и так сильнее, разве нет?
– Лучше переоценить противника, чем наоборот, – возразил Асано. – Человек сильней кобры, но её укус для него смертелен. Новая Гавана, Кэт, – это половина населения Республики с её шестью городами. И, как ты помнишь, мы тоже сильно зависим от торговли с ними. Но важно сейчас не это. А то, какая заваруха может разгореться, если совместная экспедиция вдруг отыщет на «Сольвейг» оружие… Тут как бы до настоящего конфликта не дошло, по сравнению с которым нынешняя «реконструкция холодной войны» будет вспоминаться потомками как время мира и благодати. И это если потомки вообще появятся. – и тут я мысленно позавидовал красноречию архонта.
– Но вы не побоялись сообщить мне о таком важном проекте! Зная, что я выполнял заказы того же Таггерта! – воскликнул Вайолет. – И мне ничего не мешало рассказать о ваших планах ему и навариться на этом. Где логика?..
– Я назвал заведомо ложную дату отлёта и не разглашал подробностей. К тому же, думая, что рассорился с Республикой, ты, на самом деле, остался нашим человеком до мозга костей. Воспитание Максима и наши ценности в целом, мой друг, засели в твоих извилинах куда крепче, чем ты можешь вообразить. И если ты с риском для карьеры, благополучия, а, возможно, и жизни отказался передавать полученную информацию, я не думаю, что ты и впредь станешь это делать. Не из того ты сделан теста. Положа руку на сердце – мы можем тобой гордиться.
Вайолет, совершенно сбитый с толку, обратил взгляд ко мне, словно в поисках совета. Но что я мог ему сказать?
– Да, я дурно поступил по отношению к Совету, но надеюсь, вы поймёте, почему я так боюсь привлекать внимание к нашей космической программе. Ведь я поэтому и добиваюсь, чтобы официально полёт «Фермиона» был отменён…
Что?.. Майрон всегда славился осторожностью и желанием «подстелить соломки» где только можно, но сейчас эти хитрости отдавали паранойей.
– Я сказал «официально», намереваясь его всё же провести – но позже, чем было заявлено… И как раз об этом я хочу известить Совет на ближайшем съезде. Главное, чтобы все присутствовали на встрече лично – никаких телеконференций.
– Допустим, – сказала Лиз. – Но объясните: откуда вам известно про все эти дела на «Сольвейг»? То, о чём вы рассказали Тэцуо…
– Лишний раз доказывает, что разговоры о солнечной буре – чушь собачья. Произошел вооружённый конфликт с применением оружия нового типа. Надеюсь, лунная миссия позволит получить ответы, осталось ли такое оружие на орбите и не его ли жертвой стал «Фермион». Откуда мне известно про работающие машины на базе? Наши зонды. Почему я сразу всем не сообщил? Хотел предоставить вам полный отчёт после экспедиции на «Сольвейг».
– Ужасная безответственность, – покачала головой де Вийон. – Если бы с Тэцуо и его спутниками что-то случилось… Что бы вы сказали их родным?.. Их тоже не предполагалось оповестить? Или вы планировали забросить Тэцуо на Луну в одиночку?..
– По-вашему, я бы не справился? – прервал её Вайолет.
– Сразу видно, вы никогда не бывали в космосе…
– Первые космонавты в своих консервных банках одни летали.
– Но вы ведь понимаете, насколько ваша задача сложнее?.. Насколько выше риск?
– Несколько минут назад вы готовы были меня испепелить. А теперь – защищаете?
– Не обольщайтесь! В такой ситуации я бы защищала любого.
– И да, Лиз, ты абсолютно права, – признал Майрон. – Это было бы ужасно. Но скрывать полёт от семей я и не собирался. Родным полагалось знать.
– И что, ты намерен реализовать свой план?
– Что я могу сделать, если Вайолет сказал «нет»? – пожал плечами правитель Арконы. – Он ведь даже не гражданин, принуждать его я не имею права. Дома ему и так досталось будь здоров. И достанется, когда… Если мы вернём его обратно. Но мы же не станем этого делать, верно?.. Память о Максиме не позволяет мне отказывать его сыну в помощи. Понимаю, что интересы Республики должны стоять выше личных привязанностей, но если вычеркнуть наше знакомство – уверен, парень всё равно оказал нам большую услугу, поделившись всем, что узнал.