Палец поспешно ткнулся в кнопку приёма данных. На экране показалось юное, слегка чумазое лицо, которое было бы даже красивым, не будь оно таким измождённым. Глаза серьезные и такие чёрные, словно у них нет радужки, а есть один лишь огромный зрачок. Стоп! Это ж тот самый воришка! Хватило ж ума да наглости влезть в эфир! Надо предупредить Василия Степановича, что браслеты «следопытов» может с легкостью активировать кто попало…
– Эй… Меня кто-нибудь слышит?.. – грустно спросил юноша, застывший в ожидании ответа. – Вашего человека, Анатолия, только что убили… Я толком понять не успел, кто, но это было что-то с воздуха. Белый луч и какая-то летучая хрень – вот все, что я заметил. Простите, что с такой плохой новостью…
Парень нахмурился, ожидая ответа. Оператор занервничала. Ей стало трудно сохранять к нему прежнюю неприязнь. По крайней мере, он оказался способным на сочувствие.
– Если б не он, я был бы сейчас трупом… – вздохнул Ренди, опуская густые ресницы. – Сам я здесь потому, что в Мак-Мёрдо страшная эпидемия. И мы очень ждем хоть какой-то помощи: мой отец врач, но ему не справиться в одиночку.
Тут, наверное, и камень бы от жалости треснул. И правда же – не от хорошей жизни беднягу забросило в этот дикий край, где поселений нет на десятки километров. Адела вновь ощутила, как слезы упрямо наползают на глаза. Палец завис над кнопкой передачи данных. Чушь какая-то…
– Интересно, дошёл ли до вас Рахманов десять лет назад…
Адела подскочила и заметалась, с опозданием услышав стук своей опрокинутой кофейной кружки. Нужно сейчас же кому-то сообщить… Даже если придется вмешаться в совещание, и так грозящее перерасти в ожесточённую грызню…
Воздух перед Рэнди словно сгустился и обрел человеческие очертания, что заставило его с опаской шагнуть назад. «Привидение» поначалу состояло из мерцающих точек, но затем начало обретать цвета и черты лица, превратившись в высокого седовласого мужчину с костистым лицом и до боли знакомыми синими глазами.
Дошёл. Добрался! Почти не изменился, разве что морщины стали глубже.
– Вот так встреча, – пробормотал Рэнди, задыхаясь от волнения. – Я до сих пор не надеялся вас увидеть…
– Вы кто и откуда меня знаете?.. – нахмурился Рахманов.
– Мак-Мёрдо… Свалка… – выдохнул Рэнди.
Сначала старик недоверчиво качнул головой, но затем его лицо осветила улыбка. – Рэнди! Как ты повзрослел, дружище!..
– Пришлось. Вы в порядке?
– Да, спасибо. Жаль, что у нас такой грустный повод для встречи. Знаю, у тебя много вопросов, да и у меня их к тебе хватает, но времени на это нет. Тебе нужно бежать отсюда со всех ног, если не хочешь разделить Толину участь. Ты только потому сейчас жив, что вовремя прикинулся трупом.
– Вы всё видели?
– Техника позволяет.
– Не понимаю… У нас творится столько дерьма – Изверги, болезни всякие. А вы, имея такие возможности, стоите в сторонке, как и Мирный?
– Если бы все зависело от меня! – проговорил Рахманов с плохо сдерживаемой злостью. – Но тебе и правда пора делать ноги.
– Оно будет меня искать?
– Да. Ручаюсь, дрон поймал сигнал с браслета и уже возвращается. Помни: используешь электронику – рискуешь жизнью.
– Как так?
– Радиосвязь, квантовая связь, любые электромагнитные колебания… Десмодусы летят на источник, как мухи на мед, а когда находят – уничтожают и его, и владельца. Если источник ценный, его прикарманивают Крестители.
– Они-то здесь причем?..
– Слишком долго объяснять, сначала найди в Рэйлтауне нашего человека… – начал инженер и тут же вскрикнул: – Холод и мрак, Рэнди, сзади!
Ошеломлённый, парень обернулся и увидел, как во весь опор по путям в его сторону мчатся четыре чудовища. Если бы не размер, они походили бы на лохматых гренландских собак, но все они были величиной не меньше яка, а их оскаленные клыки были, наверное, с мизинец длиной.
Грозные звери оказались не одни: каждый нёс на себе человекоподобное существо. Вооружённое человекоподобное существо с лицом, раскрашенным белой и чёрной глиной под череп. Наездники, носившие на себе уродливую самодельную броню из металлического хлама, передвигались, припав грудью к мощному загривку своих псов.
Первую секунду Рэнди стоял в оцепенении. В следующую он выхватил из-за пояса подобранный пистолет и отчаянно метнулся к трупу, чтобы активировать оружие. Прикосновение одного пальца не подействовало. Наверное, нужны были все.
Но за те секунды, что Рэнди втискивал оружие в мертвую руку, монстры подбежали к нему вплотную. Он почуял тяжёлый запах оскаленных пастей и, зажмурившись, послал молнию в ближайшую зверюгу. Та громогласно рявкнула и отскочила, сбросив седока, но оставшись при этом в полном сознании. Наездник моментально вскочил на ноги, смачно выругался и нацелил юноше в голову гарпунное ружьё. Рвать его на части почему-то не спешили.
Рэнди понял, с кем имеет дело. Потерянные Дети. Кошмар Антарктиды. Грабят торговцев, вымогают у фермеров «дань», похищают людей – то ли для того, чтобы скормить собакам, то ли для жертвоприношения каким-то кровавым богам. Те же мрази, что и Крестители, только поменьше числом. Надо же так напороться!
По одёжке и, что важнее, размерам ездового пса – самого крупного в ̆ небольшой стае – Рэнди определил в четверке главного. Этот человек носил графитово-серый облегающий комбинезон, усиленный матовыми щитками, которые словно вырастали из ткани, повторяя выпуклости суставов и мышц, поверх которых находились. Спину и плечи покрывала светло-серая, почти серебристая меховая мантия с прорезями для рук – одна из тех вещей, что подчёркивают высокий статус владельца. На ногах красовались высокие ботинки на толстой подошве, за спиной был арбалет и колчан стрел. Нижнюю часть лица скрывал зимний респиратор; глаза, как и у всех остальных, были густо обведены чёрными кругами, походя на пустые глазницы черепа. Голову накрывал пришитый к мантии меховой капюшон, из-под которого, у виска, падала длинная чёрная прядь, покачиваясь на ветру.
По левую руку от главного был высоченный детина с кольцом в бесцветной брови. Из- под старого летного шлема на его широкую грудь и спину спускались длинные, ярко- зелёного цвета дреды. На поясе красовался самодельный тесак. Его дымчато-серая псина была приземистой и под своим длинноногим всадником смотрелась нелепо, зато и влезть на неё не составляло труда.
Третий всадник был бородатым и рыжим, как огонь; на голове носил бандану, из- под которой, словно языки пламени, торчали вихры его волос. Рыжей была и его собака, нетерпеливо перебиравшая лапами.
Последний из этой четверки – тот, что нацелил Рэнди в голову гарпун, – был одет как солдат Золотого Века – в утеплённый комбинезон и бронежилет: и то, и другое было пятнистой серо-чёрно-белой раскраски. Местами на комбинезоне виднелись заплаты из ткани другого цвета и бурые пятна застарелой крови. Голову оберегал побитый круглый шлем, треснутый визор которого был прикручен болтами.
– Слышь! Ты, что ли, этого мужика завалил? – спросил он.
– А разве не ваш десмодус?! – ошалело проговорил Рэнди, так и не опуская оружия.
– Молчи, Рэнди! Об этом ни слова! – зашипел на него Рахманов, все еще оставаясь рядом. – И лучше отдай им оружие…
– Папаш, а ты соображаешь! – проговорил человек-гора с дредами. – Мне тебя даже будет жаль!
– Дубина ты, Китти!.. – прыснул со смеху рыжий, ударяя подельника по ржавому наплечнику. – Голограмма это… Связь такая была до Блэкаута! Этот мужик может сидеть хоть на Луне…
Его речь оборвалась, потому что главарь шайки соскочил со своего могучего чёрного зверя, выхватил у Рэнди пистолет, повернул переключатель и послал яркую белую молнию в левое запястье мертвеца. Голограмма исчезла, оставив юношу одного. Запахло горелым.
– Тьфу ты, блин! А я думаю – с какого перепугу этот хрен сияет, как святой? – пробормотал, спешиваясь, здоровяк Китти.
– То, что жмурик – из «Крылатого Солнца» – чертовски плохо, – сказал рыжий, что, впрочем, не помешало ему приступить к обчистке трупа. – Они ж сюда вынюхивать придут.
– Cразу видно, Эзра, тебя не было в Мирном! – пренебрежительно бросил «вояка», шагнув к Рэнди так близко, что острие гарпуна упиралось теперь парню в голову. – Тогда б ты знал…
– Как это, в Мирном? – задыхаясь, выкрикнул юноша. – Вы, уроды, и туда добрались?..
– Ну-ка, цыц! – рявкнул «вояка», дернув пушкой так, что гарпун едва не рассек пленнику лицо. – Фокс, ты слышишь? У пацана есть какие-то дела в Мирном, прикинь? Никак с черепами говорить собрался!..
– Что там случилось?! – едва не взвыл Рэнди, несмотря на близость гарпуна и могучих челюстей.
– Подохли там все, вот что случилось! – Китти снял с меня пояс вместе с топором, со знанием дела прощупал куртку и нашёл спрятанный в подкладке мешочек с драгоценностями Альды, который сразу же бросил своему боссу. Затем толстые пальцы Китти скользнули по штанине Рэнди вниз. Парень инстинктивно дернул ногой: «Отвали, скотина!». Но гарпун кольнул его в голову, прорвав кожу; по виску и шее заструилась кровь, просачиваясь в шарф и свитера.
«Они врут ведь, да? Нарочно врут, помучить хотят… Не могли засранцы с гарпунами да стрелами вырезать весь персонал космодрома – там же крепость!..» – убеждал себя Рэнди, чтобы, не допусти Солнце, не зарыдать на глазах у врагов.
Глава банды не сходил со своего чёрного пса. Без особенного интереса он высыпал на ладонь драгоценности, почти сразу же сложил обратно и молча спрятал в поясную сумку, даже не глядя на пленника. Рэнди подумал, что парень, должно быть, немой, и это испугало его ещё больше. Безмолвная долговязая фигура, способная уничтожить его одним кивком головы, напоминала бы Мрачного жнеца, если бы не цвет плаща. Что там у него в башке творится – чёрта с два угадаешь, а для того, чтобы, будучи немым, командовать хотя бы тремя головорезами, нужно быть втрое более свирепым, чем они.
Потерянные Дети прибрали к рукам и карту. За три дня скитаний Рэнди успел заучить ее почти наизусть, но от этой мысли ему не полегчало. Утешало пока одно: бандиты не спешили его убивать. Мысли парня вновь вернулись к золоту. Может пообещать злодеям больше сокровищ, если они его отпустят? Но беда, если эти ребята – каннибалы, да еще и голодные – не зря ж так много слухов ходит о похищениях людей!