ся волны жара.
Внезапно он выпрямился и напрягся.
– Да это же Мюррей Пирсон, – сказал рыцарь с татуировкой змеи.
Мюррей опустился на скамейку. Он знал, что не пересидит эту троицу в парной, но ему нужно было продержаться достаточно, чтобы услышать то, за чем он пришел.
– Чтоб меня! – сказал лысый рыцарь на другом конце лавки. – Это же сам Могучий Мюррей. Провалиться мне во Тьму! Что ты делаешь здесь, в нашей парной? Насколько я слышал, ты пошел в скауты к этому червяку Каллену.
– Правильно слышал, – подтвердил Мюррей и, вытерев пот со лба, попытался выровнять дыхание, чтобы продержаться в нестерпимой духоте.
Три быстрых выдоха – один долгий вдох. В промежутке надо успеть что-то сказать.
Рыцарь с флюкс-татуировкой змеи поднялся с лавки и протянул Мюррею руку.
– Какая бы причина ни привела тебя сюда, для меня большая честь познакомиться. Мой папаша каждый твой поединок смотрел по «Обзору». Я и сам их видел, оттого-то и поступил на службу. Рэймол Тарсис.
Мюррей кивнул:
– Рад познакомиться, Рэймол. Слышал, ты следующий в очереди на капитанский пояс.
– Шанс на пояс у Рэя есть только потому, что он регулярно облизывает ботинки Мемнону, – ухмыльнулся лысый рыцарь и, тоже наклонившись вперед, обменялся с Мюрреем гриварским рукопожатием.
– Да пошел ты, Джора, – отмахнулся Рэй. – Пояс ты хочешь заполучить не меньше моего. Но ни у кого из нас нет шансов – пока Халберд вне конкуренции.
Мюррей слабо улыбнулся и сделал еще один тщательно отмеренный вздох. Все его тело блестело от пота, и стук сердца отдавался в висках.
– Халберда я скоро догоню. – Гривар, которого называли Яном, напряг мышцы, и зубастая акула нырнула на груди. Почтения, что выказали Мюррею два других рыцаря, он не проявил и здороваться не стал, а остался сидеть, скрестив руки на груди и нахмурившись. – Яйца у тебя, видать, крепкие, раз решился прийти сюда после того, как свалил со службы.
– Заткнись, Ян, – сказал Рэй.
– Это еще почему? – повысил голос Ян и кивнул на Мюррея. – Люди, которых я знаю, из-за него голодали. На столе не было углеводов, потому что он вдруг решил завязать со службой. Потому что не смог пережить проигрыш.
– Он сделал свой выбор. – Джора положил руку на плечо Яна. – Каждый сам решает, когда уйти.
– Да, выбор каждый делает сам. Но большинство не настолько трусливы, чтобы поступить так, как этот…
Пот уже струился по телу, а к горлу поднималась знакомая тошнота.
Мюррей хотел поскорее задать вопросы. Хотел поскорее убраться из этого ада. Но знал: придется попотеть с этими людьми, прежде чем он сможет получить от них то, что нужно, – правду. А чтобы получить правду, надо дать правду.
– Ты верно говоришь, своим уходом я навредил людям. – Мюррей посмотрел в злые глаза Яна. – Я подвел команду, моих лучших друзей. Им пришлось брать мои бои, рисковать из-за меня жизнью, потому что они не справлялись с доставшейся нагрузкой. Это из-за меня в том году Эзо не получил сезонные поставки из-за границы. Из-за меня некоторые люди в Эзо голодали.
Трое молодых рыцарей уставились на Мюррея. Откровенностью он вызвал у них интерес. Теперь нужно просто продержаться, не потерять сознание.
– Это хорошо, что ты нашел в себе силы признаться. – Ян поднялся – громадная живая стена из мускулов – и нанес несколько ударов невидимому противнику; брызги пота разлетелись с бугристых рук. – И что дальше? Пришел потусоваться с лучшими? Слышал, ты уложил Драгуна. Но я не какой-то второсортный мерк. Я Кэл Ян.
Мюррей тоже встал – посмотреть Яну в глаза, а главное, оценить позицию. Упор на заднюю ногу, передняя готова нанести удар в голову, тот самый, который Мюррей много раз видел в его исполнении по «Обзору».
Мюррей знал, что проиграет. Он был слишком медлителен, слишком изломан, чтобы справиться с таким первоклассным экземпляром, как Ян. Но это не имело значения. Иногда, чтобы получить то, что тебе нужно, приходится огребать полной мерой. А он пообещал Сего во всем разобраться.
– Стоп. – Рэй встал между Яном и Мюрреем, широко раскинув руки. – Ты хоть представляешь, что будет, если Мемнон узнает о потасовке? А если получишь травму перед турниром в Вентури?
Ян медленно отступил, перенеся вес на другую ногу.
– Я бы справился со старичком, капли пота не пролив, но ты прав. – Он вернулся к скамье.
Мюррей вздохнул с облегчением: драться в этом проклятом месте ему совсем не улыбалось. Но адреналин заглушил тошноту и помог не потерять сознание. Мюррей как будто получил кулаком в скулу, но остался на ногах.
– Я сюда не драться пришел, – сказал он. – Мне нужна информация о программе повышения эффективности для рыцарей.
– Почему бы просто не обратиться к верховному? – спросил Джора. – Слышал, вы давно знакомы.
– Знакомы, – кивнул Мюррей. – Но в том-то и проблема.
– Мемнон и прежний командор рыцарей поссорились, – объяснил Рэй. – И некоторые сохранили верность прежнему.
– Точно, – сказал Мюррей. – Коуч и Мемнон не сошлись во взглядах. Коуч ушел, и программа подготовки рыцарей начала меняться. Они настойчиво продвигали кое-какие вещи, с которыми я не был согласен.
– Ты имеешь в виду стимы? – Джора ухмыльнулся. – Так вот, значит, когда это началось. Бьюсь об заклад, ты хотел бы посмотреть, что мы сейчас получаем, да? По сравнению с тем, что нам пихают, те старые стимы все равно что детские хрустики.
Мюррей кивнул. Теперь нужно солгать – в первый раз в этой душной парилке. Солгать, как уличному торговцу, пытающемуся впарить блестящий камень под видом лайтдека. Ладно, во Тьму Кодекс. Он дал Сего обещание и сдержит слово. «Не как доской, а как одеялом». Совет старика Эона эхом прозвучал в голове.
– После поединка с Драгуном у меня совсем плохо со спиной. И отдышаться не могу. Слышал, есть какой-то новый стим, который поможет вернуться в круг. Обратить немного времени вспять.
– Уж не знаю, зачем тебе возвращаться в круг. – Янг покачал головой. – Надо знать, когда заканчивать. Твое время прошло, старик.
Мюррей стиснул зубы и, проклиная себя, пробормотал:
– Пожалуйста. Мне это нужно.
Рэй с жалостью посмотрел на него. Многие вышедшие в отставку гривары не могли смириться с тем, что их лучшие дни миновали. Не могли уйти достойно. Таких случаев было немало, и о них знали все.
– То, что мы здесь используем, требует полного цикла, – сказал Рэй. – Я могу дать кое-что из личных запасов, но это тебе не поможет.
– Мне от вас ничего не надо, – сказал Мюррей, вытирая пот с лица. – Только информация: кто может дать то, что мне нужно.
– Левый товар? – Рэй покачал головой. – На улице ничего качественного не найдешь. Только какую-нибудь дрянь, смешанную с киротийской смолой. Возьмешь для поправки, а на выходе получишь пару лишних пальцев.
– Больше пальцев мне точно не надо, разве что, может быть, новый глаз… – Мюррей помолчал. – Есть ли что-нибудь новенькое, что помогает лучше воспринимать свет?
Сначала обманное движение, а теперь настоящий панч. Он смотрел на трех рыцарей, пытаясь понять, разгадал ли кто-нибудь его игру.
– В наше время, старина, что-то подходящее есть для всего, – сказал Ян. – Но мы рыцари, а не даймё. Думаю, тебе надо обратиться в другое место.
– Полегче, Ян, – сказал Рэй. – Попробуй хоть раз посмотреть дальше своего уродливого носа. Представь, что твоя карьера закончилась, жизнь потеряла смысл. Разве ты не хотел бы получить помощь?
– Спасибо… Я… – Мюррей поднял бровь – перед глазами запрыгали белые звездочки.
Он попытался выровнять дыхание. В этом аду его надолго не хватит.
– Даже если бы я захотел помочь, у нас нет того, что ему требуется. – Ян покачал головой. – Какого-нибудь чудодейственного стимулятора, который помог бы вернуть молодость этому увечному телу.
– Вообще-то, есть кое-кто. Один парень тесно сотрудничал с Мемноном, когда я только пришел сюда, – сказал Рэй. – Верховный постоянно обращался к нему за рекомендациями насчет состава смесей, дозировок и всего прочего, что мы использовали скрытно. Вот он бы тебе…
– Кто? – Стены парилки надвигались на Мюррея со всех сторон, и волны жара обдавали лицо.
– Тут вот какое дело, – сказал Рэй. – Кажется, он пришел вместе с тобой. По крайней мере, примерно в одно время. Странный тип, но дело свое знал. Его звали Джезар Д’Лизьен.
– Вот дерьмо! – услышал Мюррей собственный голос и попытался подняться.
– Вы, похоже, не больно-то ладили? – Рэй поднял глаза на Мюррея. – Это что, тренд у вас такой?
Мюррей направился к двери, уже не думая о том, кем выглядит – доходягой или глупцом. Сейчас важно было другое – выбраться из этой кошмарной жары. На последних шагах он споткнулся, оперся рукой о кедровую дверь и повернулся в рыцарям.
– Где… – Воздуха не хватило. – Где Джезар?
– Ты разве не слышал? – Голос Рэя долетел издалека, как будто из иного мира. – Д’Лизьен облажался в Цитадели. Закупал для команды стимы и продавал половину черном рынке, а биты, понятно, прикарманивал.
– Где он?
– Мемнон его посадил, – сказал Рэй. – Джезар Д’Лизьен в тюрьме Общественного правосудия.
Мюррей вырвался за деревянную дверь и, собрав последние силы, закрыл ее за собой. За порогом он привалился к стене рядом с грудой своей сброшенной второпях одежды.
Утром перед началом занятий Сего первым делом заехал в медотсек. Шагая по широкому коридору, он то и дело вытягивал шею, чтобы заглянуть за штору. Как всегда, травмированных хватало – рыцари, защитники и даже несколько лицеистов, показавшихся ему смутно знакомыми.
Дойдя до конца коридора, Сего резко остановился перед большой стеклянной ванной. Марвин Стронглайт, лицеист первого уровня, «выбор номер шесть». Словно подвешенный на невидимых нитях, Марвин плавал в красноватой вязкой жидкости. Роящиеся вокруг него пузырьки напоминали стайки поднимающихся за кормом рыбок, и тонкие шланги тянулись от головы к панели управления возле стеклянной ванны.