Чуть не подскочив со стула, Лиля открыла рот и никак не могла его снова закрыть.
– Иди, иди, вредная! Только и ворчишь с утра до вечера!
Никто из присутствующих не удивился, что кошка вдруг заговорила. Мало того, у Агаты появилась чисто человеческая мимика. Провожая её взглядом, Лиля увидела, как, дойдя до дверей, она встала на задние лапы, вытянула их и пошла, размахивая передними, только что не посвистывая.
– И надолго ты опять уходишь? – спросила вслед женщина.
Агата повернула мордочку и томно бросила:
– Когда захочу, тогда и приду! Кошки гуляют сами по себе. Им никто не нужен.
– Ну и отлично! Хоть в воскресенье отдохнём от тебя.
А ты! – Женщина строго посмотрела на мальчугана с чубом. – Доедай и марш делать математику! – И уже ласково Алисе: – Поиграй с сестрёнками, а я пока отцу с баней помогу. Ещё пара дней, и достроим. Да, дорогой?
Усатый мужчина расплылся в улыбке; видно, построить баню было его большой мечтой, как и у папы Руслана, и она вот-вот осуществится.
В комнате девочек полно игрушек, и все они точь-в-точь напоминали Лилины. А бурый медведь вовсе не выглядел потрёпанным, и давно потерянная одна бусинка вместо глаза красовалась на прежнем месте. Новоиспечённые сёстры, смешливые проказницы, как груши повисли на Лиле, хохотали и наперебой рассказывали всякие небылицы. Чувствуя себя старшей сестрой забавных крошек, Лиля не на шутку растрогалась и, потеряв контроль, на долю секунды опять оказалась в заброшенном доме, но тут же сосредоточилась и вернулась назад.
Сначала они принялись рисовать цветными карандашами, кому что взбредёт в голову. Одна вполне реалистично нарисовала двух ворон, сидящих на суку, чем поразила Лилю. Другая – кошку Агату, и она чем-то отдалённо напомнила Лиле богиню Баст. А Лиля, сроду не умевшая рисовать, изобразила Олега в обнимку с Пашкой, которого видела мельком в машине в очках и бейсболке и с трудом разглядела его лицо. Олег выглядел как живой, таким, каким она увидела его в первый раз в своей гостиной. Только не нагим, а в белой рубахе и джинсах. «Как жаль, что я не смогу забрать этот рисунок с собой… – с тяжёлой грустью подумала Лиля и тут же опомнилась. – Нельзя нарушать правила игры, иначе представление закончится.
Всё, что я вижу, слышу и делаю, есть реальность!»
Потом они лепили цветы из пластилина, Лиля прочитала девочкам сказку «Гадкий утёнок». Они умели читать сами, но им нравилось, когда за них это делал кто-то другой. В углу стоял деревянный кукольный домик розового цвета, с окошечками в белых резных наличниках. Он выглядел как настоящий дом: двери и окошки с занавесочками открывались и закрывались. Крылечко украшали крошечные кадки с искусственными цветами, а внутри дома имелось много комнаток, и все с мебелью, люстрами, вазочками и другими чудесными вещичками.
– И кто в этом домике живёт? – умиляясь, спросила Лиля.
– Мы! – Девочки, похожие на фарфоровых кукол, радостно заморгали лукавыми глазками.
– Вы слишком большие для этого домика, – рассмеялась Лиля и по примеру одной из девчонок, дразня, высунула язык.
– А вот и нет! А вот и нет! – запрыгали хохотушки и захлопали в ладоши.
– Эни, бени, рики, таки, турба, урба, сентебряки, эус, бэус, краснодеус, бац.
Лиля тёрла глаза, точно что-то случилось со зрением: девочки стали уменьшаться и уменьшились до такого размера, что, хихикая, забежали на крыльцо игрушечного домика, отворили двери – и вот уже их мордочки торчали из окошек.
– Иди к нам! – крикнула одна девочка, и тут же отозвалась другая:
– Иди! Не бойся!
– Вы смеётесь? Как же я сумею? Это совершенно невозможно!
– Всё возможно! Повторяй за нами. Эни, бени…
Лиля закатила глаза, но повторила слова. Она и так их знала.
– Рики, таки, турба, урба, сентебряки, эус, бэус, краснодеус, бац.
– Теперь хлопни в ладошки и покружись три раза.
«Шутят! Разыгрывают взрослую тётю!» – подумала Лиля и заметила, что пропорции комнаты стали меняться – то, что казалось маленьким, становилось непомерно большим. И вот она уже стояла перед домиком совсем не игрушечного размера.
Лиля вошла внутрь и недоверчиво огляделась по сторонам.
– Какой уютный дом! – воскликнула она и первым делом плюхнулась в розовое кресло, обитое нежнейшим лебяжьим пухом. Чего тут только не было! И сервант с прозрачными дверцами, заполненный разноцветной посудой, и огромное царское зеркало в позолоченной раме, диковинные светильники и подсвечники. А главное, в одной из комнат она нашла кровать с настоящим балдахином, наверху украшенным золотой короной с блестяшками, от которых в разные стороны расползались разноцветные лучики.
Обследовав весь дом и не найдя никого, она громко крикнула, но ей показалось, что лишь пропищала, так сильно изменился её голос:
– Вы где? Куда запропастились?
Лиля плутала по дому, ещё раз обошла каждый уголок, на четвереньках ползала, заглядывая под диван и стол в гостиной, застеленный тяжёлой скатертью с кистями до самого пола. Открывала шкафы и отодвигала одну за другой вешалки с платьицами. Даже откинула покрывала с кроватей. Как сквозь землю провалились!
Вдруг она услышала раскатистый смех. Он раздавался за пределами дома и был настолько непривычно громким, что она непроизвольно закрыла уши ладонями и выглянула в окошко. На неё смотрели огромные смеющиеся глазища и курносые носы в конопушках. Девчонки явно решили подшутить над ней и веселились от души.
– Быстро говорите, что надо сделать!
Но сестрёнки лишь хихикали и строили ей дурацкие мордочки. Лиля твердила и твердила считалку, хлопала в ладоши, кружилась, но ничего не менялось.
– Зря стараешься. Неужели тебе плохо живётся в нашем домике? Мы будем играть с тобой, кормить, наряжать.
У нас даже есть для тебя пони с повозкой. Алиса, тебе понравится!
Лиля решила схитрить и начала давить на жалость, что это нечестно и так не поступают с сестрой, тем более старшей.
– Никакая ты нам не сестра! – хором затараторили проказницы. – Обживайся, а мы пошли за овсяным печеньем. Мама всегда в это время готовит овсяное печенье. Будешь послушной, мы и тебе принесём. И не забудь надеть приличное платье! И как можно так безвкусно одеваться?! Стыд-позор!
Их шаги, как раскаты грома, ещё долго доносились до Лили, и она начала паниковать.
– Какие гадкие девчонки! Что удумали?! А если я действительно навсегда останусь в этом чёртовом домике?
Что же делать?! Что же делать?!
Она ходила взад-вперёд, нервно теребила футболку, тянула её в разные стороны, пока не почувствовала, как всё стало темнеть перед глазами – и она уже чётко различала разбитые стёкла обветшалого дома. Вдруг неожиданно вновь оказалась в этом таинственном месте с его странными обитателями, но такой же, как была раньше. Спустилась с крыльца, не понимая, зачем она опять здесь, и ахнула. Ни одной сосны или привычной ели с берёзой – сплошь дивные деревья, на которых болтались причудливые плоды. Они так и манили, но есть их Лиля побоялась. Буйно цвели огромные кусты рододендрона, невыносимо дурманил жасмин. «Я будто попала в ботанический сад!» Перед домом расстилалась поляна розовых маргариток, чуть сбоку росли красные, как кровь, розы, и чуть дальше – одинокая тигровая лилия. «Как же напоминает сад из сказки “Алиса в Стране чудес!”» Она вспомнила, что там росли говорящие цветы, но они никогда не заговаривали первыми. Лиля подошла к самой прекрасной розе, склонилась над ней и прошептала:
– Привет…
Роза молчала.
– Привет! Как поживаешь? – уже чуть громче обратилась к розе Лиля. Но роза, безучастно склонив головку, продолжала хранить молчание.
– Ну и ладно! – бросила Лиля и только отвернулась, услышала тихий голосок, похожий на шелест листвы:
– Спасибо. Всё хорошо.
Лиля резко обернулась, уверенная, что ей это только послышалось, но решилась задать розе вопрос:
– У вас в саду все цветы разговаривают?
Роза утвердительно закачала головкой.
– Она самая болтливая из всех роз! И как вам удалось выбрать именно её?! – вмешалась тигровая лилия.
– Странно, что маргаритки молчат. Не слышно их писка!
Какое счастье! Не могу долго терпеть их болтовню! Ещё взяли манеру, чуть что, менять цвет. То они розовые, то белые! Столько суеты создавать в саду!
Лилю отвлёк стук, он доносился из дальнего угла, и она прямиком направилась туда. Мужчина с тёмными усами и необыкновенно голубыми глазами возился у бревенчатого домика и на специальном столе бруском шлифовал доски.
– Алиса! Пришла помогать?
– Вы, то есть ты, строишь баню?
– Так это ни для кого не секрет. Уж тебе ли не знать.
– Я хочу знать, как построить баню. Все до мельчайших подробностей! Ты расскажешь мне?
– Не стану спрашивать, зачем тебе это надо. Слушай, если так важно.
– Только, пожалуйста, с самого первого шага. Вот с самого первого-первого!
– Сначала нужен проект. Это и ежу понятно, – усмехнулся мужчина с усами. – Далее фундамент. Лучше бетонный ленточный с усиленной арматурой.
Он быстро перечислил, что для этого потребуется. Лиля старалась запомнить каждое слово, и ей приходилось несколько раз переспрашивать.
– Ну потом стены… крышу.
С крышей было особенно сложно разобраться. С полами попроще, главное, не забыть про деревянные лаги с расстоянием тридцать-сорок сантиметров друг от друга. Котёл, как оказалось, можно сделать самостоятельно из листов метала, а можно установить газовый или на твёрдом топливе. Лиля удивлялась сама себе, как за такой короткий срок она усвоила столь сложный материал. С облегчением вздохнув и не успев поблагодарить голубоглазого мужчину с усами, начала куда-то проваливаться. Перед глазами расплывалась картинка дивного сада, и ей показалось, что всё загадочное семейство выстроилось в ряд, с улыбкой провожая её. Она сидела на пыльном диване, немного кружилась голова, и внизу слышался детский визг.
– Это местные мальчишки пришли играть в заброшенный дом. У них тут штаб-квартира, – рассмеялся Олег. – Ну как путешествие?