— Что-то случилось?
— Нет, — шмыгнула носом девушка. — Не случилось и не случится. Мишка написал, что в эти выходные — день рождения у Эдика, и он не сможет вырваться в горы.
— Подожди! Кто такой Мишка? Кто такой Эдик? Как написал? — потряс головой Дракон.
— Ну, это… — девушка еще раз всхлипнула, — написал он мне на е-мэйл, а я могу письма как эсэмэски где угодно принимать. Мишка — это, наверное, Рыцарь. Ну, он говорил мне, что он — мой Рыцарь, а я — его Принцесса. А Эдик — его начальник.
— И что?
— Слушай, съешь меня, а? — вдруг попросила девушка.
Дракон от удивления икнул:
— Зачем? Ты же заранее знала, что он не придет тебя спасать.
— Знала, но надеялась… — девушка отбросила мобильный так, что тот глухо звякнул о камни. — Понимаешь, даже не в Мишке дело. Просто… Сказка исчезла. Нет ее… Мне всегда говорили, что я какая-то несовременная, а теперь…
И девушка снова захлюпала носом:
— Дура я! Увидела тебя с перевала, думала: вот она, моя сказка! Заставлю Дракона меня похитить, а Мишка придет и спасет меня. Как Рыцарь… А теперь жить не хочется…
Зверь фыркнул:
— Точно — дура. Но есть я тебя не буду.
— Это еще почему? — возмутилась девушка. — Думаешь, я хуже тех баранов?
— Понимаешь ли, драконы не питаются родственниками. Даже отдаленными.
— Что?
— Что слышала. — Дракон помолчал для значительности и продолжил. — Я, конечно, старый маразматик, сразу не сообразил. Вот скажи, как ты в мою долину попала?
— Ну, поднялась по осыпи на перевал, — пожала плечами девушка, — там внизу, под осыпью, тропа на Светлое идет, мы часто туда ездим. До Алексеевки на автобусе и километров восемь пешком. А тут захотелось наверх забраться…
— Думаешь, тебе первой захотелось? Думаешь, кроме тебя таких любопытных не существует?
— Не знаю, — неуверенно пробормотала девушка. — А что?
— А то, что долина накрыта магическим пологом. Ее никто не видит. И меня никто с перевала не видит, кроме тех, для кого я сам сказку сочинил. Я уж сдуру подумал, что защита просела… Но потом глянул — все нормально. Значит, ты можешь видеть то, что другие не видят.
Девушка недоуменно молчала, слушая Дракона. А тот продолжал, и чем дальше, тем торжественнее становились интонации:
— Значит, ты — тоже магическое существо. Хотя бы частично. А как такое могло получиться? А могло такое получиться только в том случае, если в тебе есть древняя кровь. Если ты — моя пра-пра-пра… — Дракон замялся, пытаясь сообразить, сколько раз надо сказать «пра». — В общем, если ты — мой потомок.
— Ой! — только и смогла ответить девушка.
— Не «ой», а пошли!
Дракон шумно поднялся, но направился не к выходу, а в глубь пещеры:
— Сделай факел!
— Я сейчас! У меня фонарик есть, — девушка метнулась к рюкзаку.
Пещера оказалась гораздо больше, чем представлялось вначале. То, что казалось темной нишей в дальнем от входа углу, оказалось началом извилистого прохода. Девушка проскользнула в него под самым носом у неповоротливого зверя, и теперь нетерпеливо шагала впереди, освещая фонариком покрытые пылью камни под ногами. Правда, пробираться по узкому тоннелю, в котором Дракон то и дело рисковал застрять, пришлось не больше сотни метров. Коридор резко свернул, каменные стены разошлись в стороны, и они очутились в высоком гроте.
— Ни фига себе, — прошептала девушка, сообразив, что здесь фонарик уже не нужен: на стене против входа серебристо мерцает правильный овал метров пяти высотой. То ли странное волнистое зеркало, то ли чаша с расплавленным металлом, каким-то чудом поставленная вертикально.
— Что это?
— Это означает, что я не ошибся, — пробормотал в ответ Дракон. — Мне действительно пора.
— А я? — выдохнула девушка, которой вдруг стало страшно остаться одной в этом подземелье.
— Ты? — Дракон задумался. — Ладно, я отнесу тебя к перевалу. Дождь кончается, но спускаться в долину по скале все-таки рискованно — можно и шею свернуть. И еще… вот.
Дракон проковылял к «зеркалу», дотронулся до стены рядом с ним, и в лапе у него появилось что-то вроде кулона на длинной цепочке:
— Надень. Это мой амулет, который я носил, чтобы превращаться в человека. Не знаю, действует ли он наоборот. Но ты и так — Дракон. От этого ты теперь никуда не денешься.
Через пару часов девушка преодолевала последние метры осыпи. Дождь закончился, но по мокрым камням приходилось пробираться очень осторожно. Так что соображать девушка начала только спустившись на знакомую тропинку. Села на торчащий из земли корень и задумалась. С одной стороны, все произошедшее казалось совершенно нереальным. С другой — на шее висит драконий амулет, и кажется, что от него расходятся волны мягкого тепла.
Девушка думала о потаенной долине — такой, какой она видела ее с высоты драконьего полета: серебристая слюда взболомученного дождем озера в центре, узкая полоска леса, подковой охватывающая берег с севера, и чистый галечный пляж с юга. А вокруг — почти отвесные скалы. Когда-нибудь она обязательно вернется сюда. Только сначала надо понять, что же это такое — быть драконом? Как это? Что должен делать Дракон, если он — студентка третьего курса университета, будущий менеджер по связям с общественностью?
А Дракон, проводив свою пра-пра-пра… внучку, вернулся в освещенный серебристым зеркалом портала грот. Посидел немного возле входа, повздыхал.
— Вот незадача-то, — вслух пробормотал Дракон. — И идти надо, и не хочется, и делать здесь больше нечего.
Он осторожно царапнул когтями по податливой поверхности волшебного зеркала, словно еще надеялся, что оживший портал может быть обманом зрения. Но вход был настоящим, действующим. Значит, действительно, людишки теперь уже не требуют присмотра. Теперь они сами будут за собой присматривать. Стали почти взрослыми. Глядишь — и среди рас, управляющих Вселенной, появится еще одна. Тем более, что некоторые, пусть и усиленные древней кровью, уже научились видеть и понимать. Им и доделывать начатое драконами. Так что остается только вернуться домой.
Повздыхав еще немножко, Дракон поднялся и неуклюже полез в портал. Его ждал родной мир. Почти забытый, в последнее годы казавшийся уже не реальностью, а давней фантазией. Мир, в котором старому магу так будет не хватать всего того, что в этом мире казалось или слишком обычным, или раздражающим: вкуса шашлыка, запаха костра, болтовни этой рыжей непоседы…