– А нельзя без него? – спрашиваю я. – Когда ты последний раз проверялся? Я на таблетках, а мои последние анализы были чистыми. Я всегда пользуюсь презервативами. А потом кто-нибудь из нас на этой неделе съездит в Мидоу-Спрингс купить их.
– Я проверялся за пару недель до встречи с тобой, и все было чисто. С тех пор ни с кем не был, кроме тебя, но… мне неудобно без презерватива. Я не получу удовольствия, если буду думать об эффективности таблеток.
– Я уважаю твою позицию.
Наверное, следовало поговорить об этом до того, как мы разделись, но лучше поздно, чем никогда. Расс слегка обескуражен, хотя у него нет на то причин. Я тяну его, чтобы он сел. Он опирается на руки, а я обнимаю его за шею и слегка целую в губы.
– Есть много других способов удовлетворить тебя. Начиная с… О боже! Уверена, у Ксандера есть.
Без раздумий я бросаюсь к кровати Ксандера. Расс опускает ноги на пол и садится на край.
– Рори, разве мы можем рыться в чужих вещах?
Он прав, но вряд ли я к нему прислушаюсь.
– Ты думаешь, Ксандер будет сердиться, если узнает, что тебе понадобился презерватив?
– Справедливо.
Я проверяю очевидные места: прикроватную тумбочку, сумку с туалетными принадлежностями, ящик с носками, шкаф, но ничего не нахожу. Куда бы я положила презервативы на месте Ксандера? Опустившись на пол, заглядываю под кровать, и хотя у меня есть реальный шанс наткнуться на пушистое существо с когтями, сразу замечаю спортивную сумку.
– Боже, Аврора, – стонет Расс.
В его голосе звучит неподдельная боль. Я оттопырила зад, почти прижавшись грудью к полу, так что нетрудно догадаться, что у него сейчас на уме. Я притягиваю сумку к себе и нахожу то, что искала. Подняв пакетик из фольги как какой-то трофей, стараюсь не бежать к кровати со всех ног.
Никогда не видела, чтобы Расс делал что-то так быстро, когда он разрывает обертку и натягивает презерватив.
По-прежнему сидя на краю кровати, он хватает меня за бедра и усаживает верхом себе на колени. Я осторожно опускаюсь на него. Он так изумительно заполняет меня, что я замираю.
– Не торопись, – шепчет Расс, целуя меня в грудь. Его руки перемещаются на мою талию и направляют меня, а я нерешительно поднимаюсь и опускаюсь, с каждым разом вбирая его еще чуть больше. – Вот так, хорошая девочка. Просто супер, Аврора, ты сводишь меня с ума.
От похвалы секс становится только лучше, и я не стесняюсь в этом признаться.
Расс Каллаган может называть меня хорошей девочкой когда угодно.
Мы находим идеальный ритм. Он держит мою задницу, помогая двигаться на нем, и попутно исследует ртом мои шею и грудь. Я наглаживаю себя между ног и крепче сжимаю его.
– Я близка, – выдыхаю я.
Он продолжает направлять меня, а я врезаюсь ртом в его рот, наши тела сливаются так, словно мы одно существо. Потом меня словно пронзает молния, и я крепко прижимаюсь к нему, дергаясь в экстазе.
– Тебе хорошо? – шепчет Расс.
– Бедра горят, но оно того стоило.
Он снимает меня с себя, снова укладывает на кровать и ложится сзади. Руки просовывает мне под голову, грудью плотно прижимается к моей спине, как будто мы две ложки, и наконец я чувствую, как сзади в меня упирается его член.
– Солнышко, приподними чуть-чуть ногу.
– Только не бери меня сзади.
Он смеется в мою шею, и по всему телу бегут мурашки.
– Не собирался, но все равно спасибо за предупреждение.
Расс одним толчком снова входит в меня, и под таким углом ощущения совершенно иные. Я опускаю ногу, а он перемещает руку с шеи на грудь и поглаживает пальцем мой сосок, а другой сначала гладит мне живот, а потом просовывает ее между моих ног. Я сразу понимаю, что по сравнению с ним все остальные мужчины для меня померкли.
Его бедра мягко покачиваются взад-вперед вместе с рукой, и он шепчет мне на ухо всякие милые глупости. Он словно бы везде, и я скоро снова сорвусь с края. Я чувствую, что меня ценят и мне поклоняются. Как будто его единственная цель в жизни – заставить меня чувствовать себя красивой и желанной. Двигаю бедрами назад, а он своими – вперед, в совершенно безумном ритме.
– Вот так, покажи, как сильно ты этого хочешь, – выдыхает он в мою шею. – Ты стоишь любого риска, Рор.
Звуки наших тел заглушают все раскаты. Блин, я даже не знаю, продолжается ли эта гроза вообще. Расс завладевает всеми моими ощущениями. У меня вырывается стон, он тоже стонет. Я двигаюсь сильнее, он тоже. Пульс бешено бьется под его ртом на моей шее, его толчки становятся беспорядочнее и грубее. Расс выдыхает мое имя, его пальцы ласкают мой клитор все сильнее, и я срываюсь в пропасть вместе с ним.
Все тело болит, но я полностью удовлетворена.
Мы лежим совершенно неподвижно, он по-прежнему внутри меня.
– Наверное, я помешан на тебе, – вздыхает Расс.
Это как еще один оргазм.
– Ты так говоришь только из-за оргазма, – говорю я.
– Нет.
Расс медленно отстраняется. Я слегка гримасничаю, и он нежно целует меня, а потом идет в ванную, чтобы избавиться от презерватива. Впервые я не ожидаю, что парень, с которым я только что переспала, закроет дверь, чтобы дождаться моего ухода.
Через минуту он садится рядом и наклоняется, чтобы поймать мой взгляд, и, убрав волосы с лица, целует меня в лоб.
– Хочешь чего-нибудь? Пить? Принять душ? Что-нибудь для удобства?
– Все хорошо. Спасибо.
Расс укрывает меня одеялом и ложится рядом, а потом опять целует в лоб и притягивает к себе, обняв одной рукой. Мне еще не приходилось спать в обнимку после секса, но в душе так спокойно и радостно, что это почти ошеломляет.
Расс берет книгу с тумбочки и приглушает свет лампы. Хочется спросить, что он читает, но глаза уже закрываются. Я почти засыпаю, когда слышу его голос:
– Ты будешь здесь, когда я проснусь?
– Да, обещаю.
Глава 22Расс
Не припомню, когда в последний раз я спал дольше нескольких часов. При задернутых шторах трудно понять, который час, но я знаю, что крепко спал всю ночь – это чувствуется.
Я мог бы дотянуться до чего-нибудь, чтобы узнать время, но на одной моей руке спит Аврора, а другая лежит на ее мягком животе. Я целую ее в плечо, и она слегка шевелится, а ее зад задевает мой член, отчего у меня вырывается стон.
Аврора опять ворочается, на сей раз явно умышленно, хотя и притворяется, что спит. Я двигаю вперед бедрами и наклоняюсь к ее уху:
– Рори, я знаю, что ты не спишь.
Она смеется, и это мой второй самый любимый звук на свете. Первый – это, разумеется, когда она стонет мое имя.
– Ну и способ будить, – говорит Аврора сквозь зевок.
Если она будет спать со мной по ночам, я буду будить ее как ей угодно.
Она заводит руку за спину и касается моего колена, потом бедра, медленно поднимается все выше, периодически останавливаясь, чтобы проверить мою реакцию, пока наконец ее пальцы не задевают мои яйца, а потом член.
– Так нормально? – спрашивает она, обхватывая меня рукой и на пробу поглаживая.
– Да, – выдавливаю я, двигая бедрами в одном ритме с ее рукой. – У тебя очень хорошо получается, солнышко.
Она вдруг останавливается, и я сразу впадаю в панику. Неужели я что-то сделал не так? Но Аврора поворачивается ко мне лицом. Она все еще сонная. Волосы высохли и волнами обрамляют ее лицо. Аврора смотрит так, что сердце у меня сбивается с ритма. Как бы мне хотелось сохранить этот момент, запечатать в бутылку и уберечь от всех внешних воздействий, которые могут его испортить.
Аврора наклоняется и целует меня. Мне сразу становится безразличным весь мир, кроме этого мгновения. Она отстраняется и целует мою ключицу, потом грудь, медленно опускаясь все ниже. Я задерживаю дыхание в предвкушении, а сонное выражение на ее лице сменяется гораздо более озорным.
Она целует внутреннюю поверхность моих бедер, затем везде, кроме того места, где я так жду ее ласку. Я убираю ее волосы за ухо и подталкиваю рукой подбородок, чтобы она подняла голову.
– Аврора, ты хочешь, чтобы я умолял?
Зеленые глаза смотрят на меня так чертовски невинно, словно мой член не находится вблизи ее губ. Она целует основание, не сводя с меня взгляда.
– Не-а, – Аврора целует чуть выше. – Тебе не надо умолять меня делать то, чего я так отчаянно желала уже несколько недель.
Внизу живота растекается тепло, я тяну себя за волосы и силюсь дышать ровно.
– Это будут лучшие семь секунд в моей жизни.
– Не смеши меня, когда я пытаюсь тебя соблазнить, – выдавливает он, хихикая.
– Не нужно пытаться, ты этого уже добилась. Считай, что я соблазнен. Помешан на тебе. По…
Ее губы смыкаются на моем члене, и я теряю дар речи. Я шутил насчет семи секунд, но теперь не уверен.
– Черт, ты необыкновенная.
Она наклоняет голову и вбирает в рот еще больше, волосы падают ей на лицо. Я убираю их в хвост и сжимаю в кулаке. Авроре нравится – она реагирует стоном.
Мне тоже нравится.
Я боюсь моргать, чтобы ничего не пропустить. Ногтями свободной руки она слегка царапает мой пресс, а другой действует в одном ритме со ртом. Я крепче сжимаю ее волосы, мои мышцы напрягаются, обжигающее ощущение нарастает.
Она так чертовски сосредоточенно смотрит на меня этими зелеными влажными глазами.
– Еще чуть-чуть…
Мои слова подстегивают ее, мне остается совсем немного, но вдруг дверь открывается и вваливается Ксандер вместе с собаками, убивая все шансы на то, что у меня еще когда-нибудь встанет.
У меня и у него одновременно вырывается ругательство. Ксандер закрывает руками глаза, моя первая реакция – накинуть одеяло на голую Рори.
– Простите, простите! – вопит Ксандер и выбегает наружу с невероятной скоростью. – Неужели носок на дверь больше не вешают? Господи, помилуй!
Мои чувства можно описать только одним словом: ужас.
Переведя взгляд на Аврору, я ожидаю, что она тоже сгорает со стыда, но, конечно же, ошибаюсь. Это же Аврора. Она прижимает руку ко рту, изо всех сил сдерживая смех.