С другой стороны, он всегда по-своему обо мне заботился. Приносил красивые заколки и украшения, покупал то, что могло понравиться. Я вдруг подумала, что его забота всегда была материальной. Он мог не обратить внимания, что я расстроена, но при этом зорко следил, чтобы я была одета, накормлена и обеспечена всем необходимым.
— Танарил, а перевесишь занавески? — невпопад спросила я.
— Что?
— У меня в комнате нужно занавески снять и повесить чистые. Там очень высоко. Я думала Лима попросить, но он, наверное, ещё не вернулся с каникул, — почему-то шёпотом сказала я.
— Перевешу. И не нужно просить Лимара, — ответил эльф, и я довольно улыбнулась, спрятавшись носом в обсопливленную рубашку.
Пусть это будет маленькой местью. Надо вспомнить, что ещё эльф наотрез отказывался делать, и невинно об этом попросить. Посмотрим, как быстро он обнажит свою сущность и вернётся к тому жёсткому и непримиримому образу Танарила, который я знала.
Но отталкивать его я больше не хотела. Если честно, то, наоборот, появилось чисто женское желание подразнить и помучить обидчика, расплатиться по всем счетам и мстительно понаблюдать за его терзаниями. В конце концов, я же его не принуждаю? Он же сам этого хочет? Да, я всё ещё его любила, но теперь это чувство изменилось. Не было больше ни всепрощения, ни желания забыть о себе, ни болезненной потребности в его одобрении, ни глупой манеры ставить его нужды выше своих. А ещё где-то внутри тлело женское уязвлённое самолюбие, которое хотело выпустить коготки и вонзить их в мягкое, чтобы хорошенько его проучить.
Витая в этих мстительных облаках, я задремала. Так как тракт из Ковена в Альмендрию был совсем не наезженным, то и постоялых дворов на дороге пока не построили, приходилось ночевать прямо в каретах, где раскладывались сидения. В таких условиях я плохо высыпалась, и весь день клевала носом. Так что не удивительно, что я пригрелась, расслабилась и уснула на руках у Танарила.
Над ухом кто-то монотонно и тихо бубнил. Вынырнув из объятий Морфея, я прислушалась и поняла, что это Танарил надиктовывает Элариэлу список дел и ближайших задач, попутно назначая исполнителей. Я было завозилась, разминая затёкшее тело, но он ловко перекинул меня на другую руку, погладил по волосам и повелительно сказал спать. Женская мстительность подумала ответить ему, чтобы не командовал, но вместо этого будто бы во сне очень возбуждающе погладила по чувствительному длинному уху и удовлетворённо уснула, когда он сбился с мысли и запнулся. Вот так-то тебе, остроухий, будешь знать, как маленьких обижать!
До Ковена мы добрались спустя два дня. Мощёные дорожки после жирной лесной грязи ощущались невероятным скачком развития цивилизации. Тут также имелись в наличии тёплые туалеты и горячая вода для купания, поэтому после возвращения я несколько часов откровенно блаженствовала в своей ванной. Кто сказал, что я люблю путешествовать? Да я просто ненавижу это делать!
Наташа к концу поездки довела Даттона до нервного тика. Кажется, он записал её в личные враги. Я прямо воочию видела, как она с каждым днём двигается по этому списку всё выше и выше, к въезду в тоннель заняв в нём гордое лидирующее место. Судя по тому, как несколько потерянно она бродила по своей захламлённой комнате, без Даттона ей было скучно, и, возможно, грустно. Я бы предположила, что он ей понравился, но некоторые вещи, которые она говорила, были настолько за гранью, что не стоило об этом даже думать.
Лиля и братья ещё не вернулись, поэтому рассказать о поездке получилось только Ангалае. Она жадно выспрашивала подробности Конференции, а потом искренне смеялась над Наташиными выходками. Оказалось, что она хорошо знала и Даттона, и Хашшаля, и других сопровождавших нас магов. Они все были приближёнными императора.
Для меня же Танарил поготовил целый список задач. На ближайшие месяцы сборов я поступала его полное распоряжение. Нам с Лимаром и другими универсалами предстояло зачаровывать трюмы кораблей и делать огромные лари с невесомым пространством внутри для перевозки брёвен, камней и мебели. Я с трудом представляла масштаб предстоящей работы, и жутко паниковала, но Танарил выглядел собранно и уверенно, что внушало некоторое спокойствие. После предпринятого им на Конференции, я не могла относиться к нему иначе, чем с восхищением и уважением. Да и этот невероятный тоннель… Всё-таки гении — они такие, нередко бывают жуткими сволочами в личной жизни.
Наши отношения с эльфом изменились. Я его больше не боялась. Да, чувства у меня ещё остались, но я точно знала, что быть с ним больше не хочу. У меня теплилась надежда, что мне понравится кто-то ещё, и мысли о зеленоглазом остроухом красавчике выдует у из головы само собой. Правда пока что симпатию я испытывала только к Лимару, а с ним было всё сложно.
С одной стороны, я его любила (как друга), доверяла и верила ему, что невероятно важно. Он мне нравился. С другой, до ужаса пугало, что между нами ничего не сложится, и я потеряю то, что так ценю — лучшего друга. Всё-таки бешеной страсти к нему я не испытывала, скорее разумный, взвешенный интерес, основанный на дружбе. И после пьяной ночи рядом с ним я чувствовала не желание продолжить, а неловкость. Подозревала, что нравлюсь ему, и предполагала, что он чувствует примерно то же самое. Если бы кто-то из нас был несвободен, то стало бы гораздо легче!
Вместо того чтобы рефлексировать, решила погрузиться в работу и до полного истощения колдовать на благо Небесного города. Пока каникулы ещё не кончились, но в грядущем семестре от всех занятий, кроме теории и боевой подготовки, меня освободили. Всё время после обеда мне предстояло посвящать исключительно работе с пространством.
Когда Танарил объявил, что Малый Круг Ковена решил сменить место дислокации, в городе начались волнения. Руководство не стало сообщать, что Альмендрия выдвинула ультиматум. Они обставили всё так, будто переезд стал спланированной акцией, чуть ли не привилегией, которой Ковен добился в неравной борьбе с другими странами.
Когда пришли пятьдесят кораблей, обещанных императором, в порту стало тесно. Население в спешном порядке обучали морскому делу, несколько сотен альмендрийцев за большие деньги наняли для перевозки людей и имущества на Мёртвый Остров.
Город буквально сошёл с ума. Меня атаковали просьбами и требованиями расширить то или иное пространство, но приходилось отказывать всем. Лимара не хватало, как воздуха, я ужасно по нему скучала и с каждым днём все сильнее корила себя за глупое поведение после свадьбы Лили с Натаром.
Из-за штормов и отвратительной погоды Танарил не мог отправить корабли на Мёртвый Остров раньше весны. Надежда, что до приезда основной части населения удастся подготовить хоть что-то, таяла с каждым днём. Мы все были вынуждены отправляться в неизвестность.
В очередной день я возвращалась к себе, когда услышала всхлипы из Лилиной комнаты.
— Лиля? — спросила я, постучавшись.
Дверь отворилась. На постели лежала убитая горем подруга и рыдала так, что я поняла: случилось самое страшное.
— Лилечка, господи, что случилось? Где Натар и Лимар? Они погибли? — с ужасом тряхнула её я.
Ошарашенная Лиля всхлипнула и резко замотала головой.
— Натар и я… мы расстааааались! — провыла Лиля. — Я перешла порталоооом! А он остаааался тааааам и за мной не пошёоооол.
— Лиля, хорошая моя, но из-за чего же вы расстались? — я лихорадочно пыталась сообразить, как такое вообще могло произойти. — Он тебе изменил?
— Нет! — прорыдала она.
— Напился? — догадалась я, вспомнив о категоричном отношении подруги к пьяным.
— Нееет! — жалобно ответила она.
— Оказалось, что он уже был женат?
— Нет!
— У него есть внебрачные дети, о которых он не сказал? — предположила я. Лиля отрицательно помотала головой. — Тебя не одобрили его родители и заставили вас расстаться? — осенило меня.
— Да нет же! — почти сердито сказала Лиля, вытирая зарёванное лицо.
— У него огромные долги, о которых ты не знала? — вспомнила я ещё одну причину расставания из опыта одногруппницы.
— Нет!
— Он тебя разлюбил?
— Нет! — выкрикнула она.
— Ты его разлюбила?
— Нееееет! — провыла она в ответ.
— Он оказался наркоманом или азартным игроком? — осторожно предположила я.
— Нет! — взревела Лиля, явно злясь на меня за то, что я не могу догадаться.
— Какая-то магическая пакость типа древнего проклятия, которое мешает быть вам вместе?
— Вроде бы нет, — сквозь слёзы нахмурилась подруга.
— Он тебя оскорбил?
— Нет, Натар бы никогда не стал… — всхлипнула Лиля.
— Он тебя изнасиловал? — окончательно растерялась я, перебирая возможные причины для разрывов.
— Нет, конечно! Ты в своём уме? — возмутилась Лиля, резко сев на кровати.
— Ударил? — обрадовалась я, вспомнив ещё один достойный повод расстаться.
— Ты издеваешься? — сощурилась подруга, явно намекая на то, что она бы сама любого обидчика ушатала, попади ей под руку такой рисковый любитель подёргать тигра за усы.
— Он узнал, что ты беременна и насильно устроил тебе аборт? — согласна, не самый распространённый вариант, но в моём случае — стопроцентная причина расставаний с парнями, так что на всякий случай я решила уточнить.
— Разумеется, нет!
— Что же тогда произошло? — я с участием заглядывала подруге в глаза и гладила её по мокрой от слёз руке.
— Он сказал, что я должна мыть посуду, готовить и убираться! — прорыдала Лиля, а я впала в ступор.
Нет, с одной стороны понятно, что именно быт — основная реальная причина расставаний. Но, зная отношения Натара и Лили, видя их взаимную любовь, я с трудом могла поверить, что их брак так быстро и бесславно развалится из-за банальных домашних обязанностей.
— Тебе не понравилось такое патриархальное разделение ролей? — догадалась наконец я.
— Конечно! — кивнула Лиля, роняя с носа каплю на платье.
— Лилечка, солнышко, но ты же сама так радовалась тому, что он такой ответственный, всё сам сделал в вашем новом жилье, стремился тебя обеспечивать, даже когда вы ещё не были женаты, — мягко напомнила ей я. — Вполне ожидаемо, что когд