Дверь в комнату Каты была заперта, и я громыхнул кулаком по соседней.
— Натар! — от моего крика что-то разбилось в одной из комнат.
Я уже начал ломиться в дверь к Кате, но чувствал, что опаздывал, что с каждой потраченной впустую секундой за резными створками случалось что-то непоправимо плохое.
Полуголый брат выскочил в коридор, за ним летела Лиля, одетая в халат наизнанку.
— Ты чего? — начала она, а Натар уже присоединился ко мне.
Брат знал меня, всё понял без слов, и вдвоём мы налегли на непокорную дверь. С треском та поддалась и впустила нас в пустую тихую комнату. От увиденного я растерялся, мирная картина совсем не шла к буре, что разразилась у меня в душе.
Натар шагнул к двери в ванную, распахнул её, а затем в ужасе отпрянул. Я рванулся внутрь, боясь, что уже опоздал. Увиденное будет преследовать меня в кошмарах до конца жизни.
Мёртвая Ката с синими губами, свернулась клубочком в окровавленной ванной.
Мысли вихрем взметнулись, судорожно ища ответ. Зачем она это сделала? Ну бросил и бросил, мы бы её поддержали! Лиля пихнула меня кулаком в бок и вломилась в ванную.
— Она жива, — коротко, рвано рявкнула она. — Покрывало, быстро.
Пока она шептала какие-то заклинания, Натар метнулся в комнату и сорвал с кровати бордовое покрывало. Мы вынули Кату из ванной за руки и ноги, а подруга обмотала её тканью.
— Она вскрыла вены? — спросил я.
— Нет, выкидыш и сильное кровотечение. Срочно в целительский кабинет! Только бережно.
В кабинете должен был дежурить кто-то из старшекурсников-целителей. Лиля бежала вперёд предупредить, а мы с Натаром со всей возможной скоростью бережно спускали окровавленную Кату с верхнего этажа. От напряжения я с трудом соображал, и только боялся уронить её или сделать ещё хуже.
Когда мы спустились, нас уже ждали.
Трое старшекурсников приняли её с рук на руки, а из светящегося портала вышел Элариэл. Лиля осталась в кабинете, нас оттеснили. Затем Элариэл забрал Кату порталом, а Лиля хотела выбежать на улицу, но Натар её остановил.
— Мы оденемся, а Лимар пойдёт следом.
Я согласно кивнул, рванул на выход и побежал в клинику, на ходу проклиная своё неумение открывать порталы.
В клинику я ворвался буквально пять минут спустя.
— Вы к кому? — остановил меня дежурный.
— Где Элариэл и девушка, которую он принёс?
— Лечебное отделение на втором этаже, только в таком виде нельзя, — ответил он.
— Я просто постою в коридоре, мне важно знать, жива ли она, — ответил я, голос срывался.
— Пойдём, — сжалился парень, видя моё состояние.
Краем сознания отмечая чистоту клиники, я старался ничего не касаться и всё равно оставлял за собой грязные отпечатки подошв. На бегу сюда я срезал путь через газоны и теперь следил по чистому полу.
В коридоре стояло несколько кресел, дежурный указал на одно из них, но я остался на ногах. Он скрылся в одной из комнат и долго не выходил. Натар и Лиля нашли меня спустя минут десять. Подруга плотно сжала губы в одну линию и тяжело дышала, а брат был бледен.
Спустя ещё пятнадцать минут к нам вышел Элариэл.
— Лиля, ты уже умеешь постепенно вливать силу?
— Да, — решительно ответила она.
— Тогда ты можешь быть с Катой, у нас возникли с этим некоторые сложности. Она плохо принимает чужую магию, возможно с твоей удастся лучше, раз вы подруги. Кровотечение мы остановили, теперь всё зависит от неё. Я впервые вижу такую реакцию на зелье, прерывающее беременность. Ей не стоило делать этого в одиночестве, — нахмурился Элариэл. — Танарилу я уже сообщил.
— Какое зелье? У неё не было никакого зелья, и она не планировала избавляться от ребёнка! — воскликнула Лиля. — Напротив, она была очень рада! Это выкидыш!
— Нет, я отчётливо ощутил следы зелья. Значит, она тебе не сказала.
— Проводите меня к ней! — потребовала Лиля, и они ушли, а мы остались ждать в коридоре.
Доказательств у меня не было, но я уже понимал, что случилось. Танарил напоил её зельем для прерывания беременности. Уговорил или заставил выпить? Зачем она согласилась? Внутри зрела глухая злость, страх превращался в ярость, которая требовала выхода.
Когда в коридоре появился сидх, Натару пришлось держать меня, чтобы я на него не накинулся.
— Что случилось? — холодно просил он.
— Ты напоил её зельем, прерывающим беременность! — яростно крикнул я.
В этот момент в коридоре появился Элариэл.
— Это правда? Зелье ей дал ты? — на Танарила он смотрел спокойно, но было видно, что происходящее ему не по душе.
— Да, — ледяным голосом ответил сидх.
— У неё открылось кровотечение, она потеряла много крови. Видимо, произошла какая-то странная реакция. Зачем, Танарил? — с упрёком спросил лекарь.
— У меня есть соглашение с Телиусом, что как только я закончу работу над тоннелем, он откроет для меня переход в Тингай. Я никогда не планировал связывать с Катой свою судьбу и уж точно не предполагал, что она забеременеет! Оставить её с ребёнком одну я бы тоже не смог. Она ещё слишком юна и неопытна, чтобы стать матерью, кроме того, здесь у неё нет поддержки семьи. Я дал ей зелье, чтобы не ломать её жизнь. Во мне течёт кровь Прародителей, Элариэл. Никакой беременности не должно было случиться, я просто исправил эту ошибку, — чеканя слова ответил сидх.
— Я знаю о вашем соглашении с Телиусом, но всегда полагал, что вы уйдёте вместе, — целитель нервно потёр лоб. — Я не уверен, что она выживет, Танарил. И сильно сомневаюсь, что она когда-то сможет снова зачать. Так что жизнь ты ей всё-таки сломал. Если в тебе течёт кровь Прародителей, а она смогла от тебя зачать, это означает только одно. Значит, эта кровь есть и в ней.
— Невозможно! Она из немагического мира, о котором я раньше даже не слышал! — резко ответил Танарил.
— Зато мы слышали. И тебя они называли не сидхом, а эльфом. Это было их слово, — задумчиво сказал брат. — Значит, длинноухие в их мире были известны, и, возможно, отметились где-то среди её предков. Всё-таки внешность у неё необычная, даже Лиля про это говорила.
— Я возьму кровь на образец, — кивнул Элариэл.
— Я хочу её увидеть, — требовательно сказал Блёклый сидх.
— Через мой труп, — с вызовом ответил ему я.
— Это легко устроить, — сощурился он.
— Остынь! Хочешь лишить её не только ребёнка, возможности быть матерью, но и друзей? — зло ухмыльнулся брат. — Что ты ещё хочешь у неё забрать? Когда тебе станет достаточно, сидх?
— До тех пор, пока она не очнётся и не скажет, что хочет тебя видеть, я не смогу тебя к ней допустить, Танарил, — спокойно, но твёрдо сказал целитель. — Из-за зелья девушка чуть не погибла, её жизнь до сих пор под вопросом. Нам ещё предстоит выяснить все обстоятельства. На данный момент я не могу исключать покушение на её жизнь.
Блёклый сидх не дрогнул ни единым мускулом, только холодно смотрел на целителя.
— Я никогда не желал ей зла, Элариэл.
— Она приняла зелье добровольно? — скрестил руки на груди темноволосый сидх.
— Да.
— Она знала, что пьёт? — спросил я.
— Нет, — также холодно ответил он.
— Следовательно, в случае её гибели произошедшее будет расценено как непредумышленное убийство. Как представитель Большого Круга я прошу тебя не покидать территорию Ковена, Танарил.
— Я и не собирался, — хлёстко ответил Блёклый сидх.
Его ярость я ощущал кожей, даже почудилось, что здание мелко задрожало.
— Вам не обязательно ожидать тут. Если будут новости, я сообщу, — сказал целитель. — Знаешь, Танарил, ты как-то рассказывал о своём брате. Если честно, то сейчас я не вижу, чем вы отличаетесь.
Не знаю, что именно имел в виду Элариэл, но после этих слов Блёклого сидха перекосило, и он отошёл вглубь коридора, чтобы справиться с эмоциями. Если бы я только знал, что именно имел в виду черноволосый сидх, я бы тоже уколол длиннокосого побольнее.
Время в ожидании тянулось бесконечно.
Я не знаю, сколько прошло до момента, когда вышла Лиля. Она была бледной и напряжённой.
— Надежды очень мало. Она потеряла много крови, и мы делаем всё возможное, но шансы невелики, — уголки её губ поползли вниз и она с ненавистью посмотрела на сидха, а затем повернулась к нам. — Лимар, тебе нужно переодеться и помыться, тогда я пущу вас к ней.
Я не знаю, слышал ли нас Танарил, но его поза стала более напряжённой.
— Переживаешь за свою свободу? — едко спросил я.
Он не стал отвечать, хотя мне очень хотелось начистить его холёную пухлогубую морду. И оттаскать за бабскую косу. Стереть с его лица высокомерное выражение и хорошенько расквасить идеально ровный нос. Даже свернуть его на сторону, чтобы нарушить симметрию надменного лица.
— Иди переоденься и помойся, — толкнул меня брат в плечо, отвлекая.
Он выглядел куда приличнее, я же после тренировки пованивал потом, а руки так и были по локоть в крови. Даже не представляю, когда я успел так вымазаться.
Пришлось уйти и привести себя в порядок.
К Кате нас пустили только ближе к вечеру. Она лежала на молочных простынях, почти сливаясь с ними цветом. Сейчас она казалась ещё меньше и беззащитнее, чем всегда.
— Она не приходила в себя? — спросил Натар.
— Нет, — устало и бесцветно ответила Лиля, а затем разревелась у него на плече. — Зачем она приняла это зелье? — спросила она, размазывая слёзы по щекам.
— Она не знала, что принимает. Он напоил её обманом, — тяжело вздохнул я.
Лиля замерла на мгновение, осознавая.
— Подонок! — зло ответила подруга.
— Он сказал, что собирался уйти в другой мир, когда закончит Горный проект. Элариэл об этом знал.
— А Ката нет. Значит, она с самого начала была для него просто временным развлечением? — схватилась Лиля за голову. — Даже если она теперь очнётся, то такие новости её убьют. Что же делать?
— Ждать и надеяться на лучшее, — спокойно сказал брат. — О Танариле ей лучше не рассказывать, но она обязательно спросит, когда очнётся.