— Хорошо, — командующий, до сего момента молча следивший за перепалкой, кивнул. — Господа офицеры, проведите с личным составом тщательный инструктаж по поведению в городе и недопущению актов насилия в отношении гражданских. Господин Тайрел, я благодарен вам за ваши внимательность и серьёзное отношение к должностным обязанностям. Всё, все свободны.
Бронетранспортёр замер, откидывая кормовую аппарель.
— К борту! — скомандовал Чимбик, хлопая по замку страховочных ремней.
Репликанты дисциплинировано ссыпались на землю, с ходу формируя строй.
— Равняйсь! Смирно! — машинально командовал Чимбик, одновременно оглядывая местность.
Колонна остановилась у парка на окраине жилого района, где коммандос должны были встречать гиды из числа идиллийцев.
Буйная растительность парка напомнила сержанту инженерные заграждения — настолько плотно рос кустарник между деревьев. Чимбик машинально прикинул, что продраться сквозь такую природную «ограду» без помощи инструментов среднестатистическому человеку проблематично, если вообще возможно. Проложенные сквозь растительность пешеходные дорожки выглядели тоннелями, уходящими в таинственную полутьму.
От размышлений о причудах местной флоры сержанта отвлекла группа идиллиек, идущих к репликантам.
— Они тут и правда все красотки! — не удержался от восторженного комментария Блайз.
— Блайз, заткнись! — автоматически рыкнул Чимбик, крайне недовольный нарушением дисциплины. — Разговорчики в строю!
И, круто развернувшись, замер в ожидании. Облачённые в броню репликанты недвижимыми статуями стояли у боевых машин. Лишь отсутствие личного оружия и боекомплекта подсказывало, что это не войсковая операция, а увольнение.
Шедшие идиллийки удивлённо рассматривали необычных туристов и растерянно переговаривались между собой.
Чимбик недовольно поморщился и посмотрел на указания выданного часом ранее гражданского коммуникатора.
Активированное приложение для туристов указывало направление и расстояние до комма гида, приставленного к его группе. Согласно показаниям, аборигенка не спешила, сокращая расстояние прогулочным шагом.
Её неторопливость раздражала Чимбика. Ему не нравилась эта идиллийка и затея командования. Он хорошо помнил их с Блайзом знакомство с гражданским миром и предвидел множество плохих и очень плохих исходов вечера.
Но его, Чимбика, никто не спрашивал, а потому он со всё нарастающим раздражением ожидал не слишком спешившего гида. Несмотря на то, что репликантам приказали провести в городе строго определённое время, сержант неосознанно торопился поскорее выполнить задачу. Как можно в ускоренном темпе имитировать отдых личного состава он, правда, не представлял. Опыта в этом деле Чимбику недоставало.
Сержант гадал, всем ли достались такие нерасторопные сопровождающие, или не повезло только ему? Судя по беспечному виду местных — всем. Дворняги, будто сговорившись, прогулочным шагом неспешно расходились по своим группам.
Наконец Чимбик заметил идущую в его направлении идиллийку. Ничего примечательного: та же сиреневая кожа, что и у остальных. Разве что волосы бледно-розовые, заплетены в сложную причёску, названия которой репликант не знал.
При виде длинного платья и обуви на каблуках сержант пришёл к неутешительному выводу, что скорость передвижения отделения будет крайне невысокой.
— Весёлого вечера, — очевидно, поприветствовала его идиллийка. — Я — Талика Варес, ваш гид.
— Да, будет весело, — недружелюбно отозвался сержант.
Открыть забрало Чимбик и не подумал. Тщательно отрегулированный уровень инфразвука превратил его фразу в пугающее обещание.
К некоторому удовольствию сержанта, идиллийка инстинктивно отшатнулась.
Вскинув ладонь к виску, Чимбик представился:
— Сержант РС-355085, мэм.
На скрытом забралом шлема лице репликанта играла злорадная улыбка. Всё это благополучное стадо непуганых гражданских вызывало у Чимбика необъяснимое раздражение. И то, что стоящая перед ним женщина чувствовала это, почему-то особенно радовало сержанта.
Несколько секунд Талика растерянно рассматривала выстроившихся перед ней репликантов и, вероятно, уже жалела, что вообще пришла. Чимбик подспудно ожидал очередной тупой вопрос в стиле местных: «чем вам помочь?» или «что вас так разозлило?», но гид сумела его удивить.
— Куда вы хотите пойти, сержант РС-355085? — спросила идиллийка.
— Достаточно просто «сержант», — Чимбик немного повысил уровень инфразвука. — Если позволите, мэм, мы хотели бы поужинать.
Тут Чимбик был искренен: репликантов отправили в увольнение до ужина. На инструктаже майор Савин сообщил, что поесть они могут в городе, в любом заведении туристической зоны. Оплата — безналичная, достаточно приложить выданный гражданский браслет-коммуникатор к сенсору кассового аппарата или комму официанта.
— Тогда нам в ту сторону, — указала Талика на одну из вымощенных цветной плиткой дорожек. — Следуйте за мной.
Реакции на инфразвук, к некоторому разочарованию сержанта, она больше не выказывала.
— Напра-во! — словно на плацу, скомандовал сержант. — Правое плечо вперёд! Шагом марш!
— Вы предпочитаете, чтобы я сама рассказала что-то об Идиллии, или у вас уже накопились вопросы? — спросила гид, всё также раздражающе-неспешно шагая рядом с Чимбиком.
— Сами, мэм, — отозвался Чимбик, отключив инфразвук. Отсутствие видимой реакции идиллийки испортило развлечение. — Интересующие меня вопросы находятся вне вашей компетенции.
Он перехватил её взгляд, направленный на обрубок руки Брауни, прикрытый лишь наплечником и верхней частью рукава, и спросил, не скрывая злости:
— Вас смущает раненый, мэм?
Ответом ему был спокойный взгляд идиллийки.
— Нет. А вас, сержант?
— Меня злит, когда на него пялятся, — прямо заявил Чимбик.
В этот момент ему было глубоко наплевать, что скажет командир, если идиллийка сообщит о неподобающем поведении репликанта. Им приказано имитировать увольнение, а не строить из себя забаву для аборигенов. Никто не смеет безнаказанно таращиться на раненого брата Чимбика. И он об этом позаботится.
Он уже мысленно прикидывал, как можно запугать местную без применения мер физического воздействия, как идиллийка ответила:
— Меня бы подобное тоже злило.
И, как ни в чём не бывало, продолжила путь.
Готовый ко всему, кроме согласия, Чимбик от неожиданности растерялся.
— Рад, что мы друг друга поняли, — справившись с удивлением, сказал он.
— За этим я тут, — едва заметно улыбнулась Талика. — Мне объяснили, что у вас… мало опыта общения как с идиллийцами, так и с людьми. Собственно, это практически всё, что мне рассказали. Если захотите, я по мере сил расскажу о принятых на нашей планете нормах поведения.
Чимбик покосился на отделение. Репликанты шли молча, дисциплинированно не встревая в разговор сержанта. Даже Блайз соблюдал тишину. А это немалый подвиг с его стороны.
— Мы на отдыхе, — заблокировав шлем, Чимбик вышел на канал отделения. — Можете говорить.
— Садж, а ты с ней не слишком круто? — ожидаемо первым подал голос Блайз.
— Нет, — отрубил сержант. — Дворнягам надо сразу указывать границы дозволенного.
Идиллийка обернулась, будто могла слышать их разговор, чем неожиданно напомнила Эйнджелу. Это вызвало новый приступ злости сержанта. Злился он в основном на себя. Как он может сравнивать Эйнджелу с этой дворнягой?
Эйнджелу, прошедшую череду кошмаров. Эйнджелу, всегда понимавшую Чимбика. Его Эйнджелу… С этой… В словарном запасе репликанта не нашлось походящего эпитета, но тут он вспомнил, как Савин называл гидов «говорящие головы». Оскорбительное прозвище как нельзя лучше подходило сопровождающей.
— Культура и уклад Идиллии довольно серьёзно отличаются от прочих, так что для удобства как горожан, так и гостей планеты гостиницы и основные туристические объекты удалены от жилых кварталов. Перемещение по городу гостям никто не ограничивает, но по крайней мере первое время рекомендую за пределы туристической зоны не выходить.
Информация не несла особой ценности — репликантам и так запретили покидать туристический квартал. Сержант не сомневался, что в случае выхода за разрешённую территорию дежурная группа получит тревожный сигнал. А сам нарушитель — дозу транквилизатора от медблока брони.
— Для удобства разные зоны города отделены друг от друга скверами и парками, — продолжила гид.
— Разумно, — одобрил Чимбик. — При бомбёжке такая планировка сильно затруднит распространение пожаров.
Сорвав с дерева лист, репликант размял его в пальцах и продолжил:
— Растительность с высоким содержанием жидкости, трудно зажечь. Сыграет роль дополнительного барьера.
— Плюс строения довольно далеко друг от друга отстоят, — подал голос Брауни.
— Жаль только, что простреливаются насквозь, — добавил Запал.
Оглянувшаяся идиллийка смотрела на них растерянно и удивлённо.
— Возможно, это тоже играло роль при планировке, — сказала она. — Но речь скорее об удобстве гостей планеты, которые могут случайно покинуть пределы туристической зону. Людям первое время не слишком уютно в обществе эмпатов.
— Ну, скоро прибудут гости, в присутствии которых будет не слишком уютно уже эмпатам, — мрачно пошутил Сверчок.
Блайз бросил на него короткий взгляд и поспешил перевести тему, спросив:
— Мэм, а разве туристами занимаются не эмпаты?
— Эмпаты, — кивнула Талика. — Только прошедшие подготовку для общения с инопланетниками.
— Какую подготовку? — преисполнился подозрений Чимбик.
— В основном по сглаживанию культурных различий, — улыбнулась Талика. К примеру, мы учимся контролировать мимику. Сами понимаете, у идиллийцев выражение лица всегда соответствует чувствам. Зачем притворно улыбаться, если все и так знают, каково тебе на самом деле? У туристов это тоже первое время вызывает дискомфорт.
Чимбик невольно сравнил железный самоконтроль Лорэй и то, с каким откровенным любопытством таращились на репликантов идиллийки в столовой. Вспомнил лица техников-ополченцев. Контраст разительный.