— Чем зарабатывает ваша планета? — спросил он у Талики, когда они устроились на скамейке в тени цветущего дерева.
— В основном натуральной едой, как и все землеподобные миры, — озвучила очевидное идиллийка. — Но, в отличие от многих, мы выращиваем не примитивные культуры для сублимации, а дорогие, экологически чистые продукты.
Хранить и транспортировать их в десятки раз сложнее и дороже, чем сублиматы, но корона вложилась в этот бизнес и теперь идиллийские продукты ценят во всём Доминионе.
Чимбик, на собственном опыте ощутивший «прелести» питания субпродуктами, прекрасно понимал дворняг, закупающих натуральное продовольствие. Ценообразование, правда, ещё оставалось для репликанта тайной, но даже его знаний хватило для понимания доходности подобной торговли.
— Я читал, что у вас добывают драгоценные камни, — вспомнил он ещё одну статью экспорта Идиллии.
— Идиллийский янтарь, — Талика продемонстрировала репликанту кулон с крупным камнем нежно-зелёного цвета. — Это не минерал, а окаменевшая смола, как земной янтарь.
На взгляд Чимбика, ничего особенного в этом камешке или куске смолы не было.
— И чем он ценен? — разглядывая камешек, спросил репликант. — Используется в промышленности?
— Нет, ничего такого, — покачала головой Талика. — Мы используем его в ювелирных украшениях. А что до ценности…
Она весело прищурилась, сняла цепочку с камнем и протянула Чимбику.
— Снимите перчатку и возьмите янтарь в руку.
Сержант с подозрением осмотрел камень, просканировал его и, не обнаружив ничего подозрительного, стянул перчатку. Согретое теплом чужого тела украшение опустилось в ладонь и камень, к некоторому удивлению Чимбика, сменил цвет сперва на зеленовато-жёлтый, затем на медовый с искрами багрянца. Репликант заворожённо смотрел в глубь янтаря.
— Это эффект от нагрева? — наконец сумел оторвать взгляд от чудного камешка Чимбик.
— Многие называют его камнем-эмпатом, — задумчиво глядя на мерцание искр в янтаре, сказала Талика. — Он меняет цвет в зависимости от настроения и состояния носителя. Причём у каждого по-своему. Учёные до сих пор пытаются отыскать то, что дарит янтарю такие свойства. Возможно, это же подарило эмпатию всем жителям Идиллии. Но пока безуспешно.
Чимбик переложил кулон в другую руку. Цвет сменился на тускло-жёлтый. Репликант посмотрел на показания брони.
Температура его тела на данный момент составляла ровно тридцать шесть и шесть десятых градуса по Цельсию.
— Какая у вас сейчас температура тела, мэм? — спросил он у Талики.
— Дело не в температуре, — попыталась донести мысль идиллийка. — Янтарь реагирует на вас так же, как эмпаты.
Очевидно, что-то в эмоциях сержанта подсказало, что объяснять бесполезно. Она осторожно, без резкий движений, положила руку на пальцы Чимбика и мягко сжала их.
— Понаблюдайте сами. Это подарок. Может, когда-нибудь вы встретите девушку, которой захотите его передарить.
Сержант напрягся. Идиллийский янтарь стоил дорого. Чимбик не брался оценить точно стоимость предложенного ему в подарок украшения, но понимал, что много. Наверное, как билет первого класса на лайнере. А может, и больше. Но зачем почти незнакомый человек делает ему такой подарок?
— Не могу принять, мэм, — казённым голосом произнёс Чимбик, возвращая кулон Талике.
Что идиллийка прочла в его душе, осталось загадкой, но спорить Талика не стала. Просто предложила:
— Тогда я одолжу его вам, просто чтобы у вас была возможность самому изучить свойство янтаря. Это вы можете?
Чимбик задумался. С одной стороны — непонятное поведение идиллийки настораживало. С другой — ничего опасного или запрещённого она не предлагала. Камень он может вернуть в любой момент, а посмотреть, какой цвет он примет в руках братьев — интересно.
В ходе непродолжительной внутренней борьбы победило любопытство.
— Могу. Спасибо, мэм, — Чимбик аккуратно спрятал украшение в нагрудный подсумок.
— Не за что, — улыбнулась идиллийка. — Куда вы бы хотели пойти?..
Глава 21
Китеж совсем не походил на Идиллию, оставленную репликантом четыре дня назад. Ледяной мир в процессе терраформирования. Когда-то тут будет много воды, а с ней и жизни. Но сейчас планета была неуютной ледяной пустыней, жизнь на которой теплилась лишь под рукотворными куполами.
Зато у Чимбика появилось новое развлечение — изучать каждый новый город, сравнивая с виденными ранее.
Столица Китежа имела свой, ни на что не похожий вид. Город под куполом переливался и сиял всеми цветами радуги, резко контрастируя с окружающей его снежной равниной. Горожане старались компенсировать скудность красок своей суровой планеты, переживающей ледниковый период.
— Зима нынче тёплая, — пошутил кто-то за спиной сержанта.
Установленный на площади голоэкран как раз показывал температуру за городскими стенами — минус шестьдесят градусов по Цельсию. И это — днём. Ночью температура могла упасть до минус семидесяти — семидесяти пяти.
Сержант невольно поёжился, представив этот холод, и обхватил руками стакан с горячим сбитнем — одним из популярных у местных напитком. Ему тоже понравился этот горячий сладкий отвар, вкусно пахнущий травами и мёдом. Запах сбитня почему-то стойко ассоциировался у репликанта с эдемским лесом, умытым утренним дождём. И если закрыть глаза, можно было представить, что он вновь сидит в салоне вездехода, держа за руку спящую Эйнджелу.
Увы, обстановка не располагала к мечтаниям. Несмотря на статус нейтрального мира, расслабляться здесь не стоило.
Службе контрразведки Китежа вряд ли понравятся доминионцы, прокручивающие тайные делишки.
Потому Чимбик, расположившись на скамейке в сквере перед космопортом, вёл наблюдение за местностью.
Операция отличалась от привычных: репликант обеспечивал охрану ценного груза с Нового Плимута. Группа, в состав которой включили Чимбика, встречала груз на Китеже, перегружала на свой корабль и доставляла на Идиллию.
Сейчас старший группы как раз убыл на встречу со своими коллегами с Нового Плимута, поручив репликанту наблюдать за обстановкой вокруг терминала.
Особенно много внимания Чимбик уделял толпе, собравшейся перед зданием вербовочного пункта. Наёмники являлись одной из немаловажных статей дохода Китежа, и случалось, что даже подразделения регулярной армии «сдавались в аренду» мирам, не способным создать самостоятельные вооружённые силы. Всё это Чимбик знал из программ обучения, но всё равно не мог оторвать взгляда от людей, записывающихся в очередь, чтобы убить его.
Потому что над вербовочным пунктом сияло голографическое объявление: «Набор добровольцев в Вооружённые Силы Союза Первых». Объявление иллюстрировали кадры учинённой доминионцами бойни на Эдеме и изображение репликанта в полном боевом. Чимбика это откровенно коробило — получалось, что репликантов ставили в один ряд с карателями Консорциума, которые и были истинными исполнителями Блесседской резни.
Внимание репликанта привлекла группа людей с необычными ярко-синими глазами. В вербовочный пункт они шли организованными группами с решимостью на мрачных лицах. Чимбик вспомнил приметную натурализацию жителей приграничного мира Дорсай. Милитаризированный мир, жители которого отказались добровольно присоединиться к Доминиону. И не просто отказались, а достаточно эффективно сопротивлялись несколько месяцев, пока терпению императора не пришёл конец.
Наземную операцию свернули, и на города Дорсая с орбиты обрушился град термобарических и плазменных бомб.
Все населённые пункты планеты — будь то города, или шахтёрские посёлки — были уничтожены вместе с непокорным населением. Некогда процветающая колония в один страшный день превратилась в пепелище.
От полного уничтожения дорсайцев спас корабль-пробойник, заказанный когда-то для исследовательских миссий. Он открыл врата, через которые остатки дорсайской флотилии и горстка гражданских судов бежали из осаждённой системы. И пылающие жаждой мести повстанцы обрели новый дом на Китеже, охотно принявшем беженцев. Те, в свою очередь, поделились с китежцами продвинутыми военными технологиями, попутно обеспечив планете небольшую, но зубастую по меркам колоний флотилию с великолепно обученными экипажами.
Теперь у дорсайцев появился шанс отомстить Доминиону, и Чимбик замечал новые и новые группы синеглазых добровольцев у вербовочного пункта Союза. Репликант с интересом изучал будущих противников. Сержант поймал себя на мысли, что предпочёл бы видеть на своей стороне их, а не идиллийцев.
Взгляд Чимбика скользнул по невысокой молодой дорсайке и та, словно почувствовав взгляд репликанта, обернулась.
Её движение невольно восхитило сержанта хищной грацией, неожиданной для дворняги. Незнакомка жёстко и изучающе уставилась ему в глаза. Чимбик поспешно опустил взгляд в стакан со сбитнем, не желая привлекать ненужное внимание. Ну, посмотрел тиаматец на симпатичную девушку. Нормальная для дворняг ситуация. Хотя лично Чимбик мог лишь посочувствовать дворняге, что рискнёт заигрывать с этой дамочкой. И мысленно пожалел, что тут нет Блайза: дорсайка казалась ему способной обломать зубы даже заигравшемуся в великого сердцееда репликанту.
Девушка между тем, смерив репликанта взглядом, вернулась к разговору со своим спутником — желтоглазым мужиком постарше. Как и остальные в очереди, оба они носили китежский бело-чёрно-серый «арктический» камуфляж без опознавательных знаков.
Сержант украдкой продолжил наблюдать за толпой. Он знал, что право на ношение формы имеют лишь те, кто официально входит в военизированные формирования Китежа — Инопланетный Легион и Гвардию. Инопланетный Легион представлял собой иррегулярное формирование, занимающееся выполнением контрактов на других мирах.
Гвардия же состояла из регулярных элитных подразделений, несущих службу по охране системы.
И Легион, и Гвардия имели на вооружении бронетехнику, артиллерию, авиацию и космические корабли различного назначения. Среди колоний Китеж являлся несомненным лидером по производству и качеству высокотехнологичного вооружения,