– О чем это мне должно говорить? – нахмурился Марк.
– Все забываю, что у тебя беда с цифрами и числами. В этом доме долгие годы контрабандисты, с которыми ты якшаешься, имели что-то вроде конторы. О сделках незаконных ты в нем договаривался, когда торговую точку держал. Но и сейчас там, как я слышал, можно оставить весточку, если в деревню нет возможности съездить. Это так?
– Я езжу.
– Значит, вчера ты в тот дом не заходил? Он хоть и заколочен, но знающие люди проход находят.
– Клянусь тебе, я не в курсе этого. – Он обдумал услышанное, и вслух заметил: – Странно, что Фая в такое подозрительно место приехала. У нее же бывший муж – мент, наверняка она знала, что этот дом лучше стороной обходить.
– Думаю, ее заманили туда. Хотели ограбить, но не убить. И это тоже тебе не на руку.
– Не понял?
– О твоих финансовых проблемах многие знают.
– У меня куча долгов, не спорю, но, чтобы их закрыть, нужно ограбить пару десятков жителей города. Много ли поимеешь с безработной разведенки?
– На нашей цацек было на полмиллиона рублей. И это не считая пропавшего с пальца кольца. Все финансовые дыры этой суммой не заткнешь, но она позволит продержаться на плаву еще какое-то время. А его должникам как раз и не хватает.
Он как будто знал о проблемах Марка с браконьерами. Или догадывался? Но все слова попадали в него…
– Я ездил в область к дальним родственникам, чтобы занять у них хотя бы такую сумму – пятьсот тысяч, – ответил Пашке Марк. – Но сначала просил миллион. Под проценты, естественно.
– Сколько в итоге дали?
– Зеро. Сказали, свободных денег нет.
– Их сейчас ни у кого нет. Времена сложные.
– Когда они были другими?
– Где в итоге брать будешь? В банке?
– Там у меня тоже есть кредит. Брал на товар, который вместе с теплоходом пришел в негодность. Придется рыбацкий домик продавать или отдавать за долги. Сам он много не стоит, но земля, причал – это ценно. – Он до последнего откладывал это решение, все надеялся выкрутиться и сохранить наследство Владлена, но теперь понимал: иного выхода нет. – В общем, выход я найду и без мокрухи. – И шутливо добавил: – Зря дело мне шьешь, начальник.
– Марк, это дело серьезное, озаботься алиби.
– Хорошо, – вздохнул тот. – И спасибо, что предупредил. Надеюсь, из-за этого у тебя не будет неприятностей?
– Твое имя пока не фигурирует в показаниях. Я по описанию свидетеля понял, кто именно накинулся на гражданку Морозову на улице. Но скоро твою личность установят. – Пашок не удержался и взял из вазочки конфетку. – Как Фаина тебя оговаривала? И от кого ты узнал об этом?
– Дошли слухи, – туманно ответил он. Пока откровенничать со следователем, пусть и приятелем, он не был готов. – И, если верить им, Фаина трубила о том, что я виню покойного Бориса Аронова в поджоге моего судна.
– А это не так?
– Конечно нет. Если пожар кто-то и устроил, то не по злому умыслу.
В кармане Пашкиного пиджака затренькал мобильный, тот достал его, глянул на экран.
– Пора на службу, – сказал он, поднимаясь из-за стола. – Спасибо за чай. Вкусный.
Они обменялись рукопожатиями на прощание, и Остапенко ушел, а Марк стал собираться к выходу.
Через десять минут он уже ехал в машине к реке. Нужно было провести ревизию домика, решить, какие вещи оставить себе, наметить фронт работ по его реставрации, после чего звонить знакомому риелтору и сообщать, что его услуги вскоре Марку понадобятся.
Глава 3
Она увидела девушку из окна машины и узнала. Дочка Марка! Ее фотография имелась в рыбацком домике. На ней Соня была еще маленькой, семилетней, а сейчас она уже сформировалась, превратившись в юную леди. Хорошенькая, светлая, ладненькая, она располагала к себе. Именно такой будущие свекрови представляют идеальную невесту своего любимого чада…
Все, но только не Лиза! Даже если закрыть глаза на то, что Сонечка дочь Марка, а их детям, как он правильно заметил, нельзя быть вместе, все равно… Они не пара! Девочка чудо как хороша, это бесспорно, и нет сомнений в том, что умна, добра, порядочна, но слишком проста для ее сына. Не сможет она привязать к себе Станислава, обуздать его демонов, стать равноправным партнером по жизни. Он пережует ее и косточки выплюнет забавы ради. А вот Вячику Соня подошла бы. Только и ему нельзя с ней встречаться.
Тем временем дочка Марка распрощалась на углу с подружкой, очень худой и надменной девушкой. Моделью, судя по походке. Странно, что эти двое дружат, уж очень они разные.
Лиза так внимательно смотрела на них, что Соня почувствовала ее взгляд и обернулась. Несколько секунд она пребывала в недоумении, но вдруг встрепенулась. Узнала таращащуюся на нее женщину? Оказалось, что да.
– Здравствуйте, а я знаю, кто вы, – выпалила девушка, подойдя к машине. – Видела ваше фото.
Неужели то, старое, что Марк порвал, но не выкинул? Он рассказал о том, что сохранил его, спрятав за картиной.
– Вы ведь Елизавета Аронова? Владелица косметической фирмы «Фламинго»?
– Да, это я.
– Пользуюсь вашей жидкостью для снятия макияжа. Очень нравится!
– Ты разве красишься? – она оглядела ее чистое загорелое личико.
– Иногда. Но у меня полно средств по уходу. Не покупаю – подруга дарит, она модель, и ей много пробников перепадает.
– Давай я пришлю вам с подругой ящик нашей продукции? У нас новая серия появилась для молодой кожи, и ваше мнение на ее счет не помешало бы. – Девочка колебалась. – Скажи адрес, я распоряжусь, и посылку отправят прямо сегодня.
– Лучше Машуне, подруге моей, она в этом разбирается.
– Как скажешь. – Лиза записала адрес подруги Сони, хотя рассчитывала на ее собственный. Нужно узнать, где живет Марк, а то он ни своего номера не оставил, ни Лизин не взял. – Хочешь, подброшу тебя домой?
– Я к репетитору собираюсь.
– Тогда к нему. Пусть мы встретились и случайно, но я хотела бы с тобой поговорить.
– О чем? – напряженно спросила она.
– Ты же знаешь, что я мама Славы? – Соня кивнула. – Видела нас вместе на фото? Сейчас в местных пабликах много наших снимков, есть и с похорон моего отца…
– Бориса Аронова, почетного гражданина города, – снова опустила подбородок Соня.
– Вы со Славой встречались, так?
– Это он вам рассказал? – с надеждой спросила она.
– Сыновья со мной подробностями личной жизни не делятся, но я кое-что о ней узнаю от близких нашей семье людей, – витиевато и без какой-то конкретики ответила Лиза. Знала бы девочка, что источник – ее отец! – Он не обидел тебя, Соня? Видишь, я и имя твое знаю…
– Зачем вы спрашиваете? – Она напряглась так, что пальцы, держащие рюкзак, побелели. Бедняжка, держится из последних сил…
– Сонечка, милая, я тоже была юной и помню, как переживала из-за мальчиков. – Лиза вышла из машины, взяла девочку за побелевшую руку, легонько сжала ее. – У всех у них одно было на уме, и это ужасало!
– В ваше время тоже так было? – округлила глаза Соня.
– Меня в одиннадцатом классе бросил парень из-за того, что я отказала ему в близости! – и это было почти правдой. С барабанщиком все разладилось именно из-за этого. – Со Славой у вас из-за этого произошел разрыв?
– Да, – едва слышно ответила Софья. Значит, непоправимого не произошло и интим не случился. Именно это и хотела выяснить Лиза. – Мы были знакомы всего ничего, а он торопил события…
– Мой сын избалованный мажор, для него секс – это приятное занятие, и только. – Прозвучало грубо, и Лиза решила смягчить: – Я его люблю безмерно, знаю все его достоинства, но вижу и недостатки: Слава легкомысленный. Он долго не созреет для отношений. Если вообще когда-нибудь…
Лиза вынуждена была замолчать. Она увидела, что к ним на крейсерской скорости приближается невысокая женщина. Вполне симпатичная, но сердитая.
– Отойдите от моего ребенка! – рявкнула она, отбросив руку Лизы.
– Мама, – возмущенно воскликнула Соня. – Ты что творишь?
– Что этой женщине от тебя нужно?
– Мы просто болтали…
– Учат вас в школе, учат не общаться с незнакомцами! И тем более не садиться к ним в машины! – Женщина посмотрела на Лизу с неприязнью. – Вы ведь собирались куда-то увезти мою дочь?
– Только подбросить до дома, где живет ее репетитор, – немного растерянно ответила та.
– Соня сама доберется, тут идти пятнадцать минут.
– Хорошо, – не стала настаивать Лиза.
– Иди, дочь, а то опоздаешь, – подтолкнула девочку мать. Та, растерянная и расстроенная, поплелась прочь. Она не понимала, почему родительница так себе ведет…
В отличие от Лизы!
Жена Марка знает, кто она. И как будто догадывается о том, что между ее мужем и его первой любовью снова что-то промелькнуло. Или Лизе это мерещится? На воре и шапка горит – так гласит народная мудрость? Вот и ее опалило!
Лиза молча забралась в машину и подняла стекло, чтобы оградить себя от сверлящего взгляда. Перед тем как вступать в конфликт с соперницей, нужно пообщаться с Марком. Она не сомневалась в том, что они будут вместе, но расставаться с женой нужно красиво. И не обязательно сейчас. Лиза даст ему время.
«Сначала он переселится в домик на реке, – рассуждала она. – Скажет, что ему нужна пауза в отношениях. Я буду навещать Марка, а через месяц-другой заберу в квартиру. Она все равно пустует, так пусть он в ней живет. Осенью сыновья вернутся в Москву (уж я позабочусь об этом), и мы переедем в дом. К тому времени Марк разведется и оставит все жене, а я подружусь с Соней. Уверена, у меня получится. Еще через год мы заведем общего ребенка, а то и двух – как говорит мой гинеколог, я еще футбольную команду могу родить!»
В эти свои планы Лиза Марка собралась посвятить после того, как уладятся все навалившиеся проблемы. Но она знала, с какой начать, чтобы все ускорить!
Глава 4
Марк понял, почему жена с ним не разговаривала! Понял, когда приехал на берег и увидел кострище, а в нем обгоревший багет. Значит, жена, сняв картину, увидела сохраненное им фото. Только это не могло ее сильно расстроить, значит, было что-то еще. Кто-то видел, как Марк с Лизой целуются на прощание? Или как занимаются любовью? Шторы на окне позволяют подглядывать…