— Всё происходит по решению суда, ссылают за любое нарушение Порядка, даже чародеев никакая магия не спасает.
— Нам необходимо встретиться ещё, и желательно привлечь на свою сторону другие народы, например, подгорных гномов, — предложила Полина.
— Мы с ними уже обсуждали это. Среди них есть те, кто готов бороться вместе с нами. В следующий раз я постараюсь вам их представить, — сказал Охтарон.
— Мне пора домой, — тревога, поселившаяся в груди, не позволила Полине дольше находиться в гостеприимном доме эльфов. Ей необходимо было немедленно поговорить с отцом. — Если я открою от вас портал в резиденцию правителя, это вам не повредит? — спросила она посла.
— Нет, мы часто пользуемся этим способом передвижения, — успокоил её эльф.
— Лари, ты не хочешь посетить мои покои? Я бы хотела иметь рядом такого друга как ты, — предложила она лесному гному.
— Я буду счастлив, служить тебе, хранительница, — радостно ответил он.
Непонимание.
Алекс от беспокойства не находил себе места. Полина исчезла. Посланные на её поиски верные ему гвардейцы не смогли её обнаружить. Отчаявшийся, он уже готов был обратиться в храм, когда в дверь негромко постучали.
— Войдите, — резким голосом отозвался он.
Полина вошла, как ни в чём не бывало, держа за руку того самого злосчастного гнома с растрепанной зелёной шевелюрой.
Забыв о том, что перед ним стоит не только наследная принцесса Делира, но и хранительница пяти магических источников, Алекс кинулся к ней и, схватив за плечи, несколько раз встряхнул:
— Где ты была? Я от страха за тебя чуть не сошёл с ума! — яростно выговорил он.
— Отец! — Полина вырвалась от него и, взмахнув руками, создала между ними непроницаемый барьер. — Ты ведешь себя со мной, словно я непослушная девчонка! — Она прошла и села в кресло, не забыв посадить рядом с собой Лари. — Пока не успокоишься, я не буду с тобой ни о чём говорить, — сказала она и, отвернувшись, стала смотреть в окно.
Алекс растерянно стоял посреди комнаты. Он понимал, что был неправ. Ему было сейчас стыдно за свой поступок, за то, что накинулся на неё, не спросив о причине её отсутствия.
Повисшее в комнате напряжение постепенно исчезло. Почувствовав это, Полина убрала барьер, отделявший их. Он подошёл к креслу, над спинкой которого слегка возвышалась её рыжеволосая макушка. Тихим голосом попросил:
— Прости меня, я думал, что ты попала в лапы служителей храма.
— Я вижу, моё прибытие сюда доставило тебе больше хлопот, чем радости, — глядя на него отчуждёнными глазами, холодно произнесла Полина. — Я хочу, наконец, увидеть своего жениха, при ваших возможностях совсем нетрудно сделать, чтобы он появился здесь как можно быстрее. Если ты и дальше, будешь препятствовать моей встречи с Андерсом, я отправлюсь к нему на острова, — проговорила, глядя отчуждённо на отца.
Алекс понимал, что Полина сейчас не угрожала ему, она лишь ставила его перед фактом.
— Ты стала другой.
— Мы говорили об этом в впервые часы нашей встречи, — тем же тоном, напомнила она. — Я думала, что найду в твоём лице союзника, который поможет исправить ошибки, что совершили наши предки тысячи лет назад, но, как видно, обманулась.
— Причина кроется не в тебе, — Алексу трудно было выносить этот чужой, холодный взгляд, он понимал, что сам, не желая того, разрушил их близость. — Это я относился к тебе как прежде, не учитывая, что посвящение изменило твою сущность, — с горечью сказал он. — Все чародеи Делира не в состоянии справиться с той силой, что ты владеешь. Было глупо, — усмехнулся он, — пытаться навязывать тебе свои решения, руководить тобой. Это всё равно, что сжимать в кулаке ветер, или удержать горсть воды.
— Вот видишь, и ты признал, наконец, что я иная. «Изменяющих» боялись все. Ты тоже не стал исключением, — её глаза оттаяли, теперь в них плескалась боль.
— Да, — грустно глядя на дочь, подтвердил Алекс. — Хранительницы всегда отличались не только от простых смертных, но и от обычных магов. Поэтому мы боялись вашей силы. Особенно когда в племени избранных произошёл раскол, отступившие ушли из крепости и стали жрицами Амертат.
— Такой трудный разговор, папа. Ты и прав, и не прав. Я слишком долго была просто женщиной, чтобы всё человеческое так быстро исчезло во мне. Я и Андерса люблю как обычная смертная. Если бы ты мог понять меня, — печально глядя на него, сказала она. — Миг без любимого кажется мне годом.
— Корабль с Андерсом на борту завтра будет в Лазурном, я хотел сообщить эту весть тебе в первую очередь, но твоё исчезновение настолько выбило меня из колеи, что я забыл об этом сказать.
— Я полечу его встречать, — обрадовалась Полина.
— Конечно, но сначала тебе нужно предстать перед советом. Мне трудно было дальше скрывать твоё присутствие. Сбор я уже объявил. Заседание большого совета чародеев всех четырёх кланов начнётся утром. Ты успеешь встретить Андерса. Его корабль придет в порт после обеда. Полина, — лицо Алекса стало строгим. Пристально глядя ей в глаза, он попросил:
— От завтрашней встречи зависит многое, прошу тебя подготовиться к ней.
— Я сделаю всё, как ты скажешь, — пообещала дочь.
Она и встала, чтобы отправиться в свои покои, её взгляд упал на сидевшего в кресле гнома. Полине стало стыдно, что она забыла о своём маленьком друге.
— Знакомься папа, это Лари, — поставив гнома перед собой, произнесла она.
Алекс, приветливо улыбаясь, вежливо кивнул зелёноволосому малышу.
— Я хочу, чтобы он жил на моей половине, и чтобы никто не смел, его обижать, — глядя с вызовом на отца, потребовала Полина.
— Конечно, если ты этого хочешь, так и будет, — согласился он, довольный, что стычка с дочерью закончилась мирно. Алекс сейчас был готов по её требованию поселить в саду огнедышащего дракона, что водились в Поднебесных горах, не то, что обычного лесного гнома.
— Я рада, что ты не возражаешь, — дочь, взяла Лари за руку, и удалилась, оставив Алекса в одиночестве.
В раздумье, он прошёлся по кабинету, сел в кресло. Кто-то готовил большие перемены в мире. Алекс чувствовал, что в этой игре Полина была ключевой фигурой. Но те, кто рассчитывает ходы, скорее всего, разочаруются в ней. Она будет поступать так, как считает нужным. Возможно, она не понимает, с какими силами ей довелось столкнуться. Может, неожиданно полученная власть над источниками, вскружила ей голову? Но он-то знал, что у главных игроков времени достаточно, в случае неудачи, они отбросят Полину, как неудавшийся вариант, и начнут игру заново. Пока те, что сидели в храме, не разобрались во всём до конца, нужно, в случае угрозы, уговорить её вернутся в старый мир.
Большой Совет.
Утром столица была взбудоражена неожиданным событием. Много лет главы кланов и первые чародеи Делира не посещали в таком количестве Наркит.
Первыми, с предгорий Поднебесных гор спустились в воздушных лодках сарманы. Лодки приземлились в северо-западном углу площади, там, где находился замок воздушного клана. Мужчины и женщины были одеты в чёрно-белые цвета клана. Знаком принадлежности к воздушному клану, служили красиво ограненные кристаллы горного хрусталя, украшавшие золотые налобные обручи послов.
С побережья Лазурного моря и расположенных на нём островов приплыли на своих кораблях морэны. Войдя в устье Светлой, они прошли по главному руслу реки и поднялись до своего дворца по специально построенному для этого каналу. Высокие, тёмноволосые, одетые в бирюзовые, синие, голубые одежды, с плавными движениями, морэны были очень красивы. Знаком принадлежности к водному клану был голубой аквамарин.
Шерлы прибыли в экипажах, запряженных огненными саламандрами, которых срочно пришлось выводить за пределы города, чтобы не устроить в столице пожар. Огненные выделялись в толпе одеянием всех оттенков алого, оранжевого, желтого цветов, соответствующих их горячему темпераменту. Золотые обручи на светло-русых, почти пепельных волосах, украшали малиновые турмалины — знаки огня.
Последними, в экипажах, запряженных четвёрками великолепных жеребцов черной масти, прибыли алханы. Они, в отличие от шерлов, вели себя степенно. Одежда алханов выделялась особой пышностью, изобилием золотой вышивки и драгоценных украшений. Знаком принадлежности к клану земли был медово-коричневый топаз.
Главную площадь Наркита заполнила живописная толпа. Чародеи оживленно переговаривались, обмениваясь новостями, накопившимися за последние годы. Разговоры прервали торжественные звуки фанфар, известившие о начале большого совета.
Все собрались во дворце правителя, в круглом ярусном зале, четыре сектора которого были построены из того же материала, что и дворцы кланов.
Собравшиеся заметили, что в центре зала, на высоком постаменте, в середине арены, стояло два трона, вместо одного.
Полине с утра пришлось терпеливо и послушно исполнять всё, что от неё требовали. После купания служанки сделали замечательный массаж, потом втерли в кожу приятно пахнущее масло и дали час отдохнуть на кушетке. После этого над её лицом долго трудился визажист, нанося пудру, тени, румяна, аккуратно прокрашивая тушью каждую ресничку. Два парикмахера тщательно уложили волосы в высокую замысловатую причёску, закалывая локоны шпильками с маленькими алмазами, искорками вспыхивающие при малейшем повороте головы, увенчав всё это великолепие бриллиантовой диадемой.
Белое платье с длинным шлейфом, из лёгкой, полупрозрачной ткани скрепили на плечах двумя брошами, выполненными в виде усыпанных изумрудами бантов. Оголённые руки украсили роскошные широкие браслеты, инкрустированные самоцветами, точь-в-точь повторявшие камни на ожерелье Хранительницы, сияющем на груди, в глубоком вырезе платья.
Полина вглядывалась в незнакомку, что смотрела на неё из глубины зеркала. Туфли на высоких каблуках и лёгкие, свободно ниспадающие складки платья, делали её выше и стройнее. Причёска и макияж полностью изменили лицо, чувство, что на неё надели роскошную маску, не покидало. Полина смотрела на отражение и откровенно трусила. Она, которая всегда старательно избега