— Пошли, — согласилась Полина.
Исповедь Андерса.
Лодка Андерса приземлилась в городе Лазурном, на посадочной площадке около дворца, где жил командующий флотом Делира. Маг выбрался из неё и направился к широкой, с расписными колонами лестнице. У входа его встретил слуга, и проводил до кабинета хозяина.
Янис, которого назначили на эту должность после победы, очень обрадовался, увидев старого друга. Крепко обняв Андерса, он проводил его в гостиную, вызвал слугу и приказал накрывать на стол.
— Рассказывай, что привело тебя ко мне, ты ведь так просто не бросил бы свою красавицу невесту.
— Не такая уж она красавица, — неожиданно раздражённо сказал тот.
— Не понял? Как ты можешь говорить о Полине в подобном тоне? Может тебя не устраивает, что она беременна? Но ты, ты, же так радовался этому.
— Янис, мне не с кем это обсудить, со мной что-то происходит. Я помню всё, что было между мной и Полиной, но чувства мои к ней исчезли. Для меня это так тяжело. Может её мать навела на нас чары, чтобы мы полюбили друг друга, и у нас появился ребёнок? Иначе Полина не смогла бы пройти путь посвящения до конца. Почему после победы над чудовищем Исмар, мои чувства к невесте растаяли как снег? Алекс объявил, что скоро бал и на нём объявят о нашей помолвке, а я не люблю её больше. Полина дорога мне только как друг.
Янис слушал его молча. Если бы на месте Полины была другая женщина, он просто посмеялся над его переживаниями, и посоветовал оставить девушку в покое. Но, Полина не заслужила такого отношения.
— А она как? — тихо спросил он, не глядя на Андерса.
— Она по-прежнему любит меня, чувствует, что наши отношения изменились, и страдает от этого.
Янис встал, и начал ходить по комнате.
— Я скажу тебе одно, таких женщин, как она, я не встречал. Ты не видел, с каким бесстрашием Полина шагнула на защиту пленных. Она рисковала всем, чтобы спасти нашу страну от чудовища, засевшего в храме. Я не хочу слышать эту чушь про чары, наведённые на тебя, её матерью. Айна умна и понимает, что сотвори она над вами подобное колдовство, она потеряла бы дочь навсегда. Ты чародей и знаешь, что заклятие в этом случае должно действовать на обоих. Тогда Полина тоже бы разлюбила тебя. Скажи, лучше, что вновь завёл шашни с какой-нибудь красоткой из кланов.
— Нет, если бы всё было так просто. В её мире я сходил по ней с ума. Ты знаешь, как я тосковал, вернувшись в Делир. Я не верил своему счастью, когда мы снова встретились. Всё началось после победы. Я благодарен ей за всё, но пойми, у меня здесь пусто, — Андерс прикоснулся к сердцу, — разум всё помнит, а чувств нет. Я скоро от этого сойду с ума.
— Расскажи всё Полине, она хранительница. Может, кто-то другой навёл чары на тебя, твоих прежних подружек здесь много осталось, и среди них есть сильные волшебницы.
— Ни одной из них не по силам свершить такое, слишком сильной была наша любовь. Да и не могу я рассказать Полине.
— Почему?
— Она слишком горда, узнав об этом, Полина решит, что я предал её и уйдёт в свой мир, а мне дорога туда закрыта. Я хочу, что бы моя дочь жила рядом со мной, — проговорил он с тоской в голосе.
Янису стало жаль старого друга, похлопав его по плечу, он промолвил:
— Не горюй. Может всё ещё наладится, мне прислали вино с юга, пойдём лучше выпьем.
Проклятие Исмар.
Алекс выполнял обещание, данное Полине. Во дворце полным ходом шла подготовка к торжественному балу. Рассылались приглашения не только в кланы, но и в Дравлин, Ниатон, соседние княжества. Шились наряды, закупали продукты для большого количества гостей.
Полина ждала этого дня с нетерпением. Она не пыталась больше поговорить о нём с Андерсом. Ёё чувства подсказывали, что лучше не торопить события. Тем более, что он снова стал с ней по прежнему нежен, вечерами они гуляли по саду, он рассказывал ей о своих планах на будущее, хотя по-прежнему прощался с ней на пороге спальни, поцеловав в щёку и пожелав спокойной ночи. Но Полина уже смирилась с этим, объясняя себе странное поведение жениха необходимостью соблюдения этикета.
Вечером, накануне бала, она решила пройтись одна, и, неожиданно забрела в уголок, отгороженный цветущими кустами от остального сада, будто спрятанный от посторонних глаз. Она растерянно остановилась, глядя на стайку белоствольных берёзок, словно взбежавших на пригорок, мимо которого протекал ручей. Его берега заросли кустами черёмухи, боярышника, шиповника, усыпанными спелыми крупными ягодами. Чуть в стороне, за небольшой, скалистой осыпью, росли лиственницы и сосенки, а под ними голубыми островками виднелись кустики голубики. Кто перенёс кусочек родной ей природы в этот райский сад? Скорее всего, отец. Полина подошла к берёзкам, ласково погладила шелковистую кору, испачкав в белом налёте ладонь, потом, перебравшись через осыпь, набрала в горсть голубики, вернулась на пригорок, присела, греясь в лучах ласково припекающего солнышка. Она выбирала из ладони крупные, покрытые сизым налётом ягоды и клала по одной в рот. Ей казалось, что она ничего вкуснее, до этого не ела. Ностальгия мягкими тисками сжала сердце. Она пришла в этот мир ради любимого, но, кажется напрасно. То, что выглядело дома удивительной сказкой, превращало постепенно её будни в роскошную клетку. Неужели она никогда не увидит родных мест? Будет сидеть за этими стенами, позабыв о воле? Слезы капали на ладонь, придавая ягодам голубики солёный привкус. Уходить не хотелось. Никто её не ждал. Отец и Андерс были заняты делами. Лари отпросился к матушке, а остальным не было до неё никакого дела. Полина впервые пожалела, что покинула родной мир.
Алекс, не обнаружив её во дворце, безошибочно направился в укромный уголок сада.
Поднявшись на пригорок, он увидел Полину, сидевшую на траве, с горстью голубики в руках. Заметив её покрасневшие глаза, Алекс присел на траву возле дочери.
— Грустишь по дому? — Участливо спросил он. — Но того дома, что был у нас там, уже нет. Неужели тебе здесь так плохо?
— Я хочу домой, папа, — кусая губы, чтоб не разрыдаться, промолвила Полина.
— Тебя обижает Андерс?
— Нет, хотя он последнее время сильно изменился.
— Если ты сомневаешься в его верности, я велю проследить за ним, — сурово сдвинув брови, промолвил отец.
— Нет, — возмущённо взглянула на него она, — ты не унизишь меня до этого. Да и не думаю я, что у него кто-то появился. Всё наладится, — она успокаивающе погладила отца по руке. — Не обращай внимания. Для беременных характерны перепады настроения. Со мной, наверное, происходит то же самое.
— Я виноват не меньше его, — с раскаянием произнёс Алекс, — занялся делами, совсем мало с тобой общаюсь, прости меня, — отец обнял и поцеловал её в нагретую солнцем макушку. — Завтра на балу, я введу тебя в наше общество, ты найдёшь себе подруг, будешь ездить в гости, и тогда пройдёт твоя ностальгия и одиночество. Чуть не забыл. Сегодня прибыл Ким. Он не мог пропустить такого торжественного события.
— Что же ты не сказал сразу! — обрадовано воскликнула Полина. — Я хочу его видеть.
— Ким решил навестить родных, он там так давно не был. Но заверил, что не опоздает на церемонию. Пошли, тебе нужно как следует выспаться и отдохнуть перед завтрашним днём.
Гости со всех концов начали съезжаться в Наркит загодя до объявленного дня. Слуги сбились с ног, готовя для них комнаты, наряжая тронный зал для церемонии представления, на котором Правитель должен был объявить о помолвке принцессы и её жениха. Готовились залы для танцев и банкета.
Наступил день торжества. С утра Полина терпеливо переносила старания придворного косметолога, визажиста, парикмахеров, снова превращавших её лицо в прекрасную, но чужую для неё маску. На неё надели платье из золотой парчи, украшения, закрепили на высокой причёске бриллиантовую диадему. Полина, несмотря на предстоящее торжество, грустила, стараясь никому этого не показывать. Андерс, так сегодня и не заглянул к ней, что бы узнать как дела. Полине было обидно, но она убедила себя, что, скорее всего так положено по их обычаям, что бы жених, не видел наречённую накануне помолвки. Когда всё было готово, отец зашёл в апартаменты, что бы проводить её в тронный зал.
Глашатай объявил гостям о прибытии правителя и принцессы Делира. Под звуки торжественной музыки они прошли к возвышению, на котором стояло два трона. Чтобы приветствовать их, гости построились согласно титулам и званиям. Началась церемония представления. Перед Полиной шла вереница гостей из кланов, стран эльфов и подгорных гномов, соседних княжеств. Все склонялись перед ней в поклоне, церемониймейстер называл их имена, перечислял титулы. Полина вежливо кланялась им, стараясь запомнить лица, звания, и положения, которые они занимали. А в перерывах, когда поток гостей на время останавливался, искала глазами в огромной толпе Андерса.
Наконец она увидела его. Он стоял одетый в черный с серебряной отделкой костюм, выделяясь среди всех красотой и статью. Словно пышный цветник его окружали великолепно одетые, нежные, с томными взглядами девушки, чародейки из стихийных кланов. Среди них она увидела Ирму и Зару. Они оживленно болтали, он что-то им отвечал, весело улыбаясь. Полина забыла, когда видела последнее время Андерса таким довольным и счастливым. Жених, обручение с которым, должен был объявить сегодня отец, ребенка которого она носила под сердцем, совершенно не замечал свою невесту. В такой день он, словно в насмешку, окружил себя бывшими подружками и откровенно веселился с ними на глазах у всех гостей. Она застыла от стыда, чувствуя себя разряженной куклой, которую выставили напоказ, забавной пришелицей, над которой откровенно смеялись подружки её будущего мужа. Она ему была не нужна, и он не скрывал этого. Сердце заледенело от незаслуженного оскорбления, её предавал самый близкий и родной человек.
Ким и Янис стояли рядом. Они видели всё, и недостойное для жениха поведение Андерса, и меняющийся взгляд Полины.