– Ну, наполовину так наполовину. Значит, и половины хватило… Представляю, в каком вы оба были шоке, когда очнулись. Мы с Эльмиром поначалу тоже ничего не поняли. Но когда хорошенько подумали, то сообразили, что чёрный ритуал Вильмы работает в обе стороны. Он может перетянуть, как в наш мир, так и в Амель-Вайтен. Тут уж кто влюбился, тот и будет перетянут. Понимаешь?
Кажется, Геля начинала понимать.
– То есть эта мымра Вильма уже второй раз подобное проделывает? Сначала её жертвами стали Эльмир и ты, а теперь Андрео и я.
– Ну как жертвами? – Катя продолжала лыбится. – Я, например, себя жертвой не считаю.
Да, назвать Катю жертвой язык не поворачивался. Когда три месяца назад у неё неожиданно появился парень, да ещё такой красавчик, да ещё и влюблённый по уши, ей все девчонки с потока завидовали. Никому, конечно, даже в голову прийти не могло, откуда он на самом деле взялся. Катя всем рассказывала, что он из другого города сюда перевёлся – из северной столицы. Все думали, она Питер имеет в виду. Кто ж знал, что речь про столицу Амель-Вайтена?
Пока Катя посвящала ошарашенную Ангелину в детали произошедшего, Эльмир успел сходить за одеждой для брата. И Геля впервые увидела Андрео в современном прикиде. Джинсы, кроссовки, свитер. На крепкое накачанное тело заразы Брендширского всё село идеально. Хм, хорош. В нём удивительно сочетались породистость и дурманящая наглая молодость. Геля поймала себя на мысли, что ей нравится смотреть на преображённого Андрео. А Катя поймала Гелю на этом её заинтересованном взгляде.
– Кажется, кое-кто тут тоже начинает прозревать, что совсем не жертва.
– Кать, ты о чём? – закатила глаза Ангелина. – Думаешь, я в восторге от того, что мне на голову свалилось это амбалистого вида счастье, которое понятие не имеет о нашем мире?
– Влюблённое амбалистое счастье, – уточнила Катя.
– И это только усложняет задачу, – парировала Ангелина. Но на всякий случай переспросила: – Ты уверена насчёт «влюблённого»?
– Уверена. Причём, по уши. Иначе его в наш мир не перенесло бы.
– Вот гад! Кто его просил влюбляться? – фыркнула Геля раздражённо. Но это больше для Кати. А ещё для профилактики – на тот случай, если вдруг парни, беседующие о чём-то своём, краем уха слышат их разговор. Пусть Брендширский даже мысли не допускает, что Ангелина рада такому повороту событий. Но если быть честной с собой, Геле было почему-то приятно, что наглый амбалистый Брендширский влюблён. И где-то под ложечкой приятно сладко ныло от этой мысли.
– Можно подумать, ты не рада, что его перетянуло сюда, – усмехнулась Катя. – Представь, если бы произошло всё наоборот – так, как планировала Вильма…
– Нет, такого развития событий мне точно не хотелось, – согласилась Геля. – Но и в сложившейся ситуации мало радостного. Теперь надо думать, как этого котяру назад вернуть. Кстати, а что Эльмир? Он нашёл способ попасть домой?
– Он в поисках. Это непросто. У нас на Земле, оказывается, почти не осталось настоящих чёрных магов. Девяносто девять процентов экрстрасенсев – шарлатаны…
– Ничего. Вдвоём с братом им будет легче. Недельку-другую и найдут, кого надо.
– Может и найдут, – Катя перешла на шёпот. – Только Эльмир мне недавно сознался, что хочет остаться… – щёки подруги вдруг залились румянцем удовольствия, – …из-за меня. Говорит, не представляет без меня жизни.
Радость за подругу затопила грудь. Вот Катька даёт! И Эльмира в себя влюбила и сама влюбилась, и сидит такая довольная, взбудораженная, сияющая от счастья – ух! Уже который раз за утро у Гели закралась в голову мысль: а точно она проснулась? Это случайно не продолжение сна? Уж слишком всё происходящее нереалистично-романтично-сказочное. Уж слишком много невероятных совпадений. Но как только в голове пронеслось воспоминание о прорвавшейся батарее и возмущённых воплях Тунцова, всё встало на свои места. Нет, это таки реальность.
Катя принялась рассказывать, как поначалу Эльмиру было непросто освоиться в земном мире. Но он проявил чудеса сообразительности и предприимчивости. Каким-то чудом смог устроиться в компанию, которая занимается разработкой компьютерных игр. Стал автором сценариев к фэнтезийным RPG-играм. Эльмиру удалось смоделировать целую Вселенную со своими законами и правилами, которую разработчики воплотили в компьютерной игре. Получилось настолько атмосферно, что карьера Эльмира стремительно пошла вверх.
– Подожди… – хлопнула себя по лбу Ангелина, – эта серия игр называется Вселенная Амель-Вайтен? Эльмир взял за основу свой магический мир?
Катя кивнула. В её глазах мелькнула гордость за своего парня. Нет, он, действительно, молодец! Это насколько нужно быть стойким, целеустремлённым, жизнерадостным и находчивым, чтобы не раскиснуть в чужом мире, чтобы с нуля добиться такого результата всего за три месяца.
Ангелина посмотрела на Эльмира новыми глазами. Ей нравились мужчины, которые умеют любую ситуацию повернуть в свою пользу. Кстати, этот прохвост Андрео – такой же. Чего-чего, а настойчивости и упорства ему не занимать.
– Как думаешь, о чём они говорят? – кивнула Геля на братьев, которые что-то горячо обсуждали.
– Мне кажется, характер Андрео похож на характер Эльмира, поэтому не удивлюсь, если твой парень уже преодолел первый шок и обсуждает вопрос жилья и работы.
Эпилог. Если хочешь сделать что-то хорошо – сделай сам
Ангелина сидела за столом, обложившись конспектами, и старалась не обращать внимания на окружающий мир. Хотя как можно не обращать внимания на окружающий мир, когда сегодня 14 февраля? За окном – ещё сугробы, но солнце сияет, как ненормальное. Радуясь его первому теплу, задорно чирикают воробьи, и уже начинает капать с крыш. А коридоры общаги окутала особая атмосфера, подобающая дню всех влюблённых. Да, нормальные люди в такой день обычно заняты куда более приятными вещами, чем зубрёжка, но что поделать, если Геле нужно готовиться к пересдаче?
Последние три месяца, когда в жизни Ангелины появился Андрео, были нереально сумасшедшими, однако несмотря ни на что, неимоверными усилиями Геле удалось добиться, чтобы вся эта будоражащая чехарда не сказалась на её успеваемости. Но всё же один экзамен она умудрилась завалить. Вот и приходится теперь сидеть над учебниками даже в субботу, в день святого Валентина, когда порядочным студентам положено предаваться романтике и приключениям.
– Нет, Брендширский, даже и не думай! – строго выпалила Ангелина, когда заметила, что в щель между полом и запертой на ключ дверью протискивается что-то красное. – Что бы там ни было, я не буду смотреть. Сначала доучу, потом сдам, а потом уже всё остальное.
Геля знала, что Андрео готовит ей какой-то сюрприз в честь праздника. И, конечно, ему не терпится её осчастливить. Но именно поэтому она и закрылась в своей комнате в гордом одиночестве. Если запустить сюда Брендширского он ведь не только подарок вручит, а ещё и с присущей ему наглостью потребует награду. И Геля даже догадывается какую. А у неё каждая минута на счету. До экзамена всего пару часов осталось. Профессор Остер-Вяземский, будь он не ладен, назначил пересдачу на 14-ое, на 14:00.
Несмотря на активные протесты Ангелины, красное нечто продолжало просовываться в комнату, всё больше распаляя любопытство.
– Брендширский! – возмутилась Геля.
– Это не я, – раздался невинный голос из-за двери.
– Я всё равно тебя не впущу, – попыталась пресечь бессовестные поползновения Ангелина.
– Гель, ты хотя бы только взгляни.
– Ладно, – смилостивилась она, – взгляну, но обещай, что тут же исчезнешь.
Ангелина подняла с пола красное нечто, которое оказалось огромной валентинкой. Избито до безобразия, но всё равно жутко приятно. На обратной стороне открытки Геля прочла мимимишное четверостишие о любви и приписанную от руки фразу: «В семь заеду. Тебя ждёт сюрприз».
– Прочла? – раздалось из коридора.
– Прочла, – строго ответила Геля, хотя у самой губы сводило от улыбки. Что там за сюрприз Андрео придумал? Но нельзя давать волю чувствам. Она снова придала голосу невозмутимость: – Только тебе придётся заезжать за мной не сюда, а прямо в универ. Вряд ли Остер-Вяземский отпустит меня раньше семи.
– Хорошо.
– А теперь сгинь.
Геля снова вернулась за стол к конспектам. В коридоре воцарилась относительная тишина, но не надолго. Через некоторое время явилась Катя. Благо, к тому моменту Ангелина уже закончила зубрить экзаменационные билеты и принялась собираться в универ.
– Я с тобой, – вызвалась Катюха. – Буду твоей группой поддержки.
Вот что значит подруга!
Пока Геля решала, что бы такое универсальное надеть, чтобы подходило и для сдачи экзамена, и для вечера с Андрео, Катя развлекалась, разглядывая валентинку.
– А мне сегодня тоже намекнули на сюрприз, – просияла она. – Интересненько какой.
Ну, Геля-то знала, что за сюрприз готовит подруге Эльмир. Андрео рассказал, что брат собирается сделать Кате предложение.
– Гель, ты чего так странно улыбаешься? Ты что, в курсе? – с подозрением посмотрела подруга.
– Нет, – отчаянно замотала головой Ангелина. – Откуда?
Как бы ей ни хотелось открыть страшную тайну, она не могла испортить такой сюрприз. Да и поклялась Брендширскому, что не выдаст секрета даже под пытками.
– Гель, а ну, колись. Я же вижу, ты что-то знаешь, – Катя пошла в наступление.
Вот Катюха догадливая – видит насквозь. В таких случаях лучший способ защиты – нападение.
– Ничего я не знаю, а вот ты наверняка в курсе, какой сюрприз Андрео готовит мне.
Катя резко замерла.
– Да откуда же мне знать? – а уже через секунду сменила тему: – Какое миленькое платьице, – одобрила наряд Гели. – Тонкий трикотаж – это твоё. Вот вроде бы и строго – не придраться, но в то же время подчёркнуто всё, что только можно подчеркнуть.
Ангелине и самой нравилось, как сидит на ней новое тёмно-синее платье с воротником-гольфом и длинными рукавами с ромбообразными вырезами на плечах. Брендширский с ума сходит, когда в наряде Гели хоть какой-то участок тела остаётся открытым. Ему понравится.