Мне жаль, посылаю я Каю.
Мне действительно жаль.
19КАЙ
Шэй в моей голове, ее сердце открыто мне, а мое — открыто ей. Но она вдруг прерывает контакт и отталкивает меня.
Слепяще яркий, резкий свет бьет в глаза.
Грохот врывается в мой череп, и кажется, что раскололась сама земля. Невидимая сила отбрасывает меня назад, я падаю на спину и ударяюсь головой о землю.
— Шэй! Шэй!
Кричу, зову, но ничего не слышу из-за грохота и гула. Собравшись с силами, поворачиваюсь, чтобы увидеть то, что увидеть боюсь, и вскидываю руки, защищая голову от летящих осколков.
Фасад дома — где у двери только что стояла Шэй — уничтожен полностью, и огонь уже расползается, пожирая остатки.
Шэй!
20ДЖЕННА
Все получилось само собой. Инстинктивно. Я не думала — я просто сделала. Та штуковина падала с неба, и я бросилась к Шэй и окутала ее собой, создав тонкий защитный слой, укрывший и ее саму, и здоровенного кота у нее на руках.
Вот только слой получился слишком тонким. Растянутый до предела, он вспыхивает при взрыве, рвется и начинает разрушать меня.
Я кричу от боли.
Можно было бы свернуться в шарик, укатиться и спастись, но что станет тогда с Шэй?
Нет.
Я столько плохого сделала.
Пусть будет хотя бы что-то хорошее.
21ШЭЙ
ВСПЫШКА.
ГРОМ.
Обычных, простых слов не хватает — мы как будто ныряем в сияющий блеск солнца, и звезды взрываются вокруг, словно мы оказались в уменьшенной копии Большого взрыва. Крошечная часть меня, словно сторонний наблюдатель, задается вопросом, какая же бомба ведет себя таким странным образом, тогда как другая, большая, удивляется, что я вообще способна о чем-то размышлять.
Келли? То есть… Дженна?
Она не отвечает. Она накрывает нас с головы до ног, меня и Чемберлена.
И кричит от жуткой, ужасающей боли.
Нам нужно уходить отсюда.
22КАЙ
Люди бегут ко мне. Фрейя, Алекс, та девочка, сказавшая, куда ушла Шэй.
Фрейя подбегает первая и помогает подняться. Что-то говорит, но я не слышу. Пытается увести меня от горящего дома.
Воздух дрожит от грохота. Сбросивший бомбу самолет развернулся и возвращается.
Девочка замирает и смотрит в небо.
Самолет вдруг резко поворачивает и камнем падает на землю по другую сторону от дома. Неужели это сделала она? Второй взрыв на месте падения грохочет не слабее первого. Того, который накрыл Шэй.
Заслонив глаза ладонью, я смотрю на разрушения.
Пламя разрастается, и я представляю, что вижу стоящую в огне Шэй. Вот она покачнулась и идет в нашу сторону. Видение.
Я слышу изумленные возгласы. Слышу, как охнула Фрейя.
Что-то — или кто-то — и в самом деле движется. Горящая девушка идет через ад, темная фигура, окутанная слепящим блеском.
Это Шэй. Это должна быть Шэй. Но это и она, и не она… девушка и что-то намного большее. Девушка и богиня? Свет и волны энергии, которым полагалось уничтожить ее, абсорбированы и блокированы. Темное мерцание внутри света окружает ее. В какой-то миг оно, словно ожив, становится тем, что находит признание и отклик внутри меня.
Но потом темное мерцание светлеет и начинает распадаться.
23ДЖЕННА
Мне так жаль, Шэй. Я пыталась. Пыталась изо всех сил.
Боль…
Жжение…
Распад…
Покой.
24ШЭЙ
Тугой узел, которым оплела меня Келли/Дженна, начинает слабеть и распускаться.
Я бегу от бушующего за нами пламени.
Келли? Келли? Дженна? Зову снова и снова — ответа нет.
Она спасла меня и исчезла.
Келли нет нигде.
Случившееся убило ее. Она знала, что так будет, и боялась этого, но все равно осталась со мной. А теперь ее нет. Я хочу упасть на землю и выть, кричать от ярости и горя, но поднимаю голову и вижу рядом Кая. В уголке сознания бьется мысль: нельзя стоять, нужно идти, двигаться, уходить от надвигающегося сзади жара. Не сводя глаз с Кая, я делаю шаг, другой… быстрее, быстрее… И вот я уже бегу.
Ближе, еще ближе…
Я замираю — что-то не так. Вижу Беатрис и Елену, а рядом с ними высокая девушка с рыжими волосами. Ее я не знаю. Все четверо уставились на меня со страхом и изумлением. Чемберлен извивается у меня в руках, и я наклоняюсь, чтобы опустить его на землю.
Чуть в стороне Алекс. Возможно ли, что он тот самый Первый доктор, как сказала Келли/Дженна?
Ладно, с ним я разберусь позже.
Перевожу взгляд на Кая. Он стоит передо мной, бледный, со струйкой крови на щеке. Ранен? Оказался слишком близко от места взрыва?
Я делаю шаг ему навстречу, и он делает шаг навстречу мне, но останавливается в нерешительности. В глазах — смятение и страх, и у меня в груди все рвется на части.
— Шэй? Это ты? — шепотом спрашивает он и протягивает дрожащие руки. Я протягиваю свои, и Кай берет их — медленно и осторожно, будто и не знает наверняка, что они такое. Но мои руки те же, та же плоть и кровь, и прикосновение к ним успокаивает его.
Или не те же? Что вообще происходит? Может быть, я уже умерла и вижу это в посмертном сне? Если да и если после смерти можно видеть во сне Кая, то все не так плохо.
А потом он вдруг обнимает меня и прижимает к себе так крепко, что сомнений не остается: да, это не сон и Кай настоящий.
Я не умерла, мне это не снится — Кай здесь, со мной.
Он, конечно, растерян и напуган увиденным, но держит меня так крепко, как будто уже никогда больше не отпустит. В его ауре смятение и страх, но также изумление, радость и любовь.
25КАЙ
Шэй жива. Не понимаю как, но жива. Я слегка отстраняюсь и снова смотрю на нее, хочу убедиться, что передо мной действительно она, живая и целая. Не объятая огнем девушка-богиня, а всего лишь Шэй, но я знаю, она далеко не всего лишь. Смогу ли я когда-нибудь смотреть на нее, как прежде, словно не зная этого? Что случилось, то случилось, и делать вид, что ничего не произошло, невозможно. Сама Шэй ошеломлена, сбита с толку, опечалена и испугана. Боится меня? Нет… не так… Тени эмоций проносятся по ее лицу так быстро, что за ними и не уследишь.
Но потом я замечаю кое-что еще — засохшую кровь на руках, шее, волосах — и провожу ладонью по щеке, ищу рану, но нахожу только царапины, которые не объясняют, откуда столько крови.
Шэй качает головой.
— Она не моя. — Я знаю, что она сказала, но не слышу самих слов — у меня что-то с ушами. От взрыва? В ее глазах снова блестят слезы, и я снова обнимаю ее и привлекаю к себе.
Как Шэй выжила? Бомба взорвалась там, где она стояла. Я своими глазами видел, как она вышла из огня, но подумал, что это только игра воображения, но…
Она тянется ко мне мысленно, и я не сопротивляюсь, не закрываюсь. Чувствую, Шэй делает то же, что делал я, проверяет, все ли у меня в порядке, но ощупывает меня не физически, а мысленно. По голове, в том месте, которым я ударился о землю, проходит теплый ветерок, и шум в ушах внезапно проходит.
Теперь подходят ближе и остальные. Девочка, сказавшая мне, где Шэй, трогает ее мысленно, словно, как и я, хочет убедиться, что она цела и невредима.
Здесь же и Фрейя.
— Где Келли? — спрашивает она.
Шэй поднимает глаза и качает головой.
— Келли спасла меня и… ушла.
Она снова плачет и говорит что-то непонятное насчет того, что Келли не Келли. И что значит ушла? Потом Шэй спрашивает о других, тех, которые дрались с солдатами.
— Они пришли с Алексом, — отвечает девочка. — Он привел их, чтобы спасти нас. Его потому и не было, что он уходил за ними.
Помяни черта… Откуда ни возьмись, появляется Алекс.
Увидев его, Шэй отстраняется от меня, выпрямляется и смотрит ему в глаза.
— Как ты пережила взрыв? — спрашивает он. — Тебя что-то защитило. Что?
— Келли. Келли защитила меня и спасла. Или ее правильнее называть Дженной?
— А… Я так и знал, что она тебе расскажет, — говорит Алекс. Я смотрю на них и не понимаю, о чем речь. Кто такая Дженна? — Где она?
— Нигде, — отвечает Шэй и судорожно вздыхает. — Келли спасла меня и ушла. Взрыв уничтожил ее.
Лишь теперь, когда слова приняли привычную форму, я начинаю верить им. Келли. Моя сестра. Неужели на этот раз она ушла насовсем?
— Интересно, — говорит Алекс.
Интересно? Сжав кулаки, я уже готов броситься на него, швырнуть на землю, но Шэй удерживает меня, просит подождать, и я, после всего, что выпало на ее долю, не могу отказать ей. Ни в чем. Даже в этом.
— Где ты был, когда пришли солдаты? — спрашивает Шэй.
— Немного ошибся в расчетах. Знал, что оставаться здесь рискованно, и договаривался о переходе в другое, более надежное место. Увы, ПОН появился здесь раньше, чем я рассчитывал.
— Нас блокировали. Спайк погиб. Тебе об этом что-нибудь известно?
— На них работал выживший. Он погиб.
Шэй пристально смотрит на него, потом кивает.
— Нам есть о чем поговорить.
— Ты права, есть. Но сейчас я предлагаю уйти отсюда как можно дальше. Несколько солдат ПОНа, включая лейтенанта Киркланд-Смита, сумели уйти. Скоро сюда придут другие или прилетит еще один самолет. Мы оставили машину в нескольких километрах отсюда. Надо скорее идти туда.
Здесь происходит что-то, чего я не понимаю. Что-то между Шэй и Алексом. Но они либо не говорят об этом, либо говорят мысленно.
Так или иначе, Шэй согласно кивает.
— Да. Надо уходить. Но я никуда не пойду, пока мы не позаботимся… — она на секунду останавливается, — о Спайке. В ее голосе и на лице такая боль, что мне хочется обнять ее, поддержать, утешить. Спайк? Кто такой Спайк?
Мой друг, отвечает она мысленно. Спайк был моим другом.
26ШЭЙ
Желающих помочь с могилой для Спайка множество — Алекс привел с собой человек двадцать, — так что работа не заняла много времени. Я спрашиваю, как быть с остальными погибшими, в том числе и с солдатами, но он отвечает, что времени нет, и в любом случае после того, как дух покидает тело, в последнем не остается ничего от личности. В результате получается всего одна могила.