Вопрос «польскости» Кастуся более сложен. Но и в нем, если разобраться, все просто. В путанице виновны историки вроде Гейштора. Современные польские историки пришли к мнению, что, при неизменной приязни к братней польской земле, Кастусь все-таки был белорусом. Об этом говорит Кшиштоф Конколевский, называя Кастуся «настоящим выразителем освободительных устремлений национального сознания белорусов».
Об этом, правда, со скидкой на польское происхождение, говорит и Wiktor Kordowicz, автор интересной книги «Konstanty Kalinowski»:
«Takiemu procesowi bialorutenizacji elementów polskich na Biaiorusi w potowe XIX wieku ulegaia niewątpliwie rodzina Kalinowskiego, a zwiaszcza Konstanty.
Z bezkompromisowego, konsekwentnego, rewolucyjnego demokraty polskiego, ktory na ziemiach Biaiorusi i Litwy gtosil zgodnie z programem tego rochu politycznego wyzwolenie spdeczne i narodowe chlopoów bialoruskich, stal się Kalinowcki w iego atmosferze ideowej na tym etapie formowama się narodu bialoruskiego — Bialorusinem». («Такому процессу белоруссизации польских элементов в Беларуси в середине XIX века подверглась, безусловно, семья Калиновского, а больше всего Константин. Из бескомпромиссного, последовательного, революционного
польского демократа, который на землях Беларуси и Литвы провозглашал, согласно программе данного политического движения, освобождение общественное и национальное белорусских крестьян, стал Калиновский в его идейной атмосфере и на том этапе формирования белорусской нации — Белорусом».)
Начнем сначала. В Мостовлянах, где родился Кастусь, не было другой церкви, нежели униатская. Униатства среди коренного польского населения не было. Униатами в этой местности могли быть только белорусы. Калиновские ходили в костел. Они могли быть либо испокон века католиками, либо обращенными в католичество униатами. Принимая во внимание, что даже Гейштор, входивший вместе с Кастусем (до разгрома белого правительства) в «Комитет руководства», называет Кастуся «Litwin-separatysta», мы имеем право верить и тому и другому. Гейштор, правда, говорит о «старопольском сердце» нашего героя, но можно ли верить врагу Калиновского, шовинисту, стороннику белого «жонда» в Варшаве.
И, в противовес его словам, о таких, как он, Калиновский говорит: «Такой глупой башке, как Варшава, нельзя поручать будущую судьбу Литвы», утверждает: «Польское дело — это наше дело, это вольности дело».
В другом высказывании выразительно ощущается сочувствие польской идее стороннего человека.
Так, скажем, кубинец не может сказать: «Кубинское движение — это наше движение», не может сказать: «Поможем кубинцам», а просто скажет: «Моя революция».
Странно было бы, если бы Гейштор и другие «историки» его направления говорили, что он — белорус. Ведь страна героя была полумертвой после разгрома и не могла защищать имя сына. Книги белорусские конфисковывали и жгли, печатание их, даже употребление слова «Беларусь» было запрещено под страхом наказания... Между тем паролем Кастуся и его друзей были слова: «Кого любишь? — Люблю Беларусь. — Так взаимно».
Но даже если бы не было этого, оставался бы еще один, неопровержимый ничем, факт: язык человека.
А Кастусь издавал «Мужицкую правду» по-белорусски.
И если кто-то скажет (что может быть и резонным замечанием), что из агитационных соображений можно издавать газету и по-абиссински, если только живешь среди абиссинцев, то есть доказательство, на котором наложило свое «Верно!» сама смерть: предсмертные стихи Кастуся.
Нет ни единого случая, чтобы в таком положении писали послания на чужом языке, чтобы на нем прозвучал последний стон души.
На чужом языке можно говорить, иногда даже всю жизнь, но в ночь перед смертью, когда петля качается перед глазами, безмолвен даже для близкой, а не своей речи человеческий язык. В такую минуту спадает все наносное. Остается только самое свое: звуки того языка, на котором говорила мать.
к части XXXII
1 В 1846 году на Могилевщине разоблачили группу "карбонариев", которая готовила "заговор". Донос горецкого студента Белоуса был своевременно раскрыт, и группа самоликвидировалась. Не арестовали никого.
Книга вторая
к части II
1 Надо, чтобы вы, Загорский, освободили дом от вашего присутствия.
2 Эти господа - мерзавцы, и единственное чувство, которое они во мне возбуждают, - это ненависть к тому, что они делают, и презрение к моей родине (фр.)
3 Военный либо тайный повстанческий совет, где последний голос принадлежал наиболее молодому, так как он должен был "держать знамя" с самыми отчаянными, первым врезаться в чужие ряды и быть, таким образом, "острием военной стрелы".
к части V
1 "Бессенными" назывались ярмарки конца апреля - начала мая. Туда шли те, у кого конь пал зимой, либо те, у кого не было семян.
к части VII
1 Обнимите меня. И никогда во мне не сомневайтесь (фр.)
2 Губернские комитеты в конце 1858 года были уже во всех губерниях европейской части России. В начале 1858 года, в феврале, из тайных комитетов в Петербурге был создан Главный комитет по крестьянскому делу, который и должен был подготовить реформу.
3 "Получить болванского городка" - поехать в ссылку и не иметь там никакого соответствующего общества, жить среди людей, которых интересует лишь водка и карты, и постепенно освинячиваться, "входя в разум". Название "болванский городок" закрепилось за этой местностью издавна, еще со времен войны новгородцев с Хлыновым (Вяткой). Новгородцы пустили по реке плоты с поставленными на них болванами. Жители городка зазевались на них, а новгородцы в это время, с тыла, взяли городок.
4 Уроженцы некоторых уголков Гродненской губернии преимущественно брюнеты ("грачи")
5 Древнее, еще с XVI века, белорусское школярское выражение-варваризм: дружить, проводить вместе время, не очень обращать внимание на учебу, но шататься всегда вместе, не давая друг друга в обиду.
6 Панцирные бояре — сословие вольных земледельцев и воинов, бывшей пограничной стражи в княжестве Литовском. Освобожденные от всех повинностей, неподсудные никакому суду, кроме своего, отмеченные некоторыми привилегиями, и прежде всего личной независимостью и землей, они имели только одну обязанность — защищать границу. В их поселках и деревнях, цепью расположившихся по северной части Двины и по Днепру, сохранился в наибольшей чистоте — ведь власти избегали юс трогать — своеобразный патриархальный быт, сохранился в первоначальной чистоте немного архаичный белорусский язык, сохранились не испорченные церковностью и позднейшим национальным угнетением общинные обычаи, проявления обычного права, песни и т. д
По положению в государстве и по значению панцирные бояре для Беларуси были тем же, что казаки для юга Украины либо ходы-псаглавцы для Чехии. Их, как и тех, отличало свободолюбие и склонность к войнам и мятежам.
Еще в XIX в. их поселки были заповедной землей для исследователей фольклора, языка, права и древних обычаев Беларуси, а также для этнических исследований.
7 Под словом "цель" в то время понимали то, ради чего написана книга или картина, пропета баллада или песня, - то есть "идея".
8 Сербское предание о матери Юговичей, которая потеряла мужа и всех детей в войне с турками.
9 Место стычек бедных и богатых в Орше.
10 Обряд, который бытовал среди наиболее патриархальных родов Приднепровья и посредством которого можно было принять в свой род друга или просто человека другого рода. Член старшего рода, принимающий к себе, и тот, кого принимали, брались за концы цепи и над родовым камнем — а потом над Евангелием — клялись в братстве, пускали в вино по капле крови из большого пальца левой руки, а затем пили вино. После этого тот, кого взяли, считался, вместе со всеми наследниками, членом того младшего рода, который решил взять его к себе и дать ему свою фамилию.
к части VIII
1 Взгляды панславистов существовали в таком, ничем не замаскированном, виде почти до Первой мировой войны, т. е., все больше обостряясь, на протяжении семидесяти лет. Крайние правые до самого этого времени не считали нужным прятать свои мысли. Во всяком случае, еще в 1911 году вышла в свет воинственно-панславистская, черносотенная книжка Рытиха «Обиженный край», которой в высшей степени свойственны взгляды, похожие на вышеприведенные. Этому трудно поверить, но это было именно так...
2 Согласно легенде, ворон и муравьи о чем-то поспорили и побились об заклад на детей. Ворон проиграл и теперь выводит детей в мороз, чтобы не платить проигрыша.
3 Сок (от белорус. сачыць) - человек, следящий за тем, чтобы зверь не сбежал.
4 Морд (старобелорус.) - убийство.
к части IX
1 Таким его видел барон Велио, который передал эти подробности министру Валуеву ("Дневник П.А. Валуева...", т. 1)
2 Двадцать миллионов бедных винтиков (фр.)
3 Блох, ищущих себе пищу вплоть до запрещенных мест (фр.)
к части Х
1 Дипломатический ежегодник (начало издания - 1763 г.), который следил за генеалогией высшей европейской аристократии. Кроме печатания сведений о ней, занимался генеалогическими исследованиями, поисками и геральдикой.
Дебри - мещанский район под Могилевом, прежде - разбойничье урочище.
Дебре - книга английского пэрства.
2 Явь, или мроя, описана в "Здоровье пути верном" (1715 г.). Но неверно то, что случаи ее были лишь в Приднепровье. Как колтун раза два был зафиксирован в Ломбардии, так случаи болезни, похожей на явь, описаны, говорят, в Тибете.
3 Корста - гроб из цельной колоды.
4 Выйти из игры (фр.)
5 Для подготовки и зондирования почвы и для того, чтобы этот визит не был таким же малоудовлетворительным, как первый (фр.)
к части XII
1 В пятницу и субботу Вербной недели, шестой недели Великого поста, на всю длину кремлевских стен — от Спасской и до Никольской башни — и на половину площади начинал шуметь рынок «Верба». Палатки, магазинчики. Ювелирные изделия, звери, птицы, книги. По краям, у Василия Блаженного и ( Никольской башни, — торговцы вербою, свистульками, игрушками, воздушными шариками.