«Готов» - отстраненно отметил я.
Теперь, даже если он восстановит свою защиту, мои нити окажутся под ней и продолжат свою работу, управляемые силой моей мысли. Так, что трепыхаться бесполезно.
- Ну, что готов говорить, или будем переходить к допросу с пристрастием? Тебе кстати, какие части твоего тела, кажутся лишними? – Обратился я к упавшему на пол мужику, поднимаясь на ноги, и делая пару шагов в сторону окна, отворачиваясь от него.
А там за окном периодически сверкали молнии, и доносились приглушенные раскаты грома. Ну и было темно, что меня более чем устраивало. Никто не увидит, того что здесь будет происходить.
- Молчишь? – Обернувшись спросил я у него. – Ну, ты еще подумай, я не тороплю, но хочу поведать, что терпение не является моей сильной чертой. Сам, наверное знаешь, нет ничего хуже чем ждать и догонять. – Я на секунду замолчал, изучая взглядом плененного убийцу. – И да, знаешь, я сторонник эффективности, а потому первым делом отрежу тебе член, а затем яйца. Ногти, пальцы… Это больно но не так эффективно. У тебя десять секунд.
Произнеся последние слова, я так же поставил вокруг нас двоих полог тишины. Конечно доводить до допроса с пристрастием я желанием не горел, прекрасно осознавая, что полученная таким образом информация может оказаться далекой от правды, а мне нужна была именно правда. Необходимо было понять, каким именно образом, Лорду Бернарду удалось выйти на меня. Как он узнал, что именно я убил его дочь. Здесь точно не обошлось без долбанного крота. Так что этот момент требовалось уточнить.
Еще и предшествующая проверка по линии ВСБ, выглядит, словно меня попытались убрать с дороги, но в то же время это может быть частью многоходовки, по моей дискредитации. Внимание ВСБ к моей персоне, проведение проверки, пусть и поверхностной, а потом попытка меня устранить, и здесь либо я дохну, либо убиваю убийцу. И если в первом случае, Лорд Бернард получает свою месть, то во втором случае, я становлюсь преступником, ибо контора больше не прикрывает мои действия, а потому за меня возьмется и полиция, и СБИ, и та же ВСБ.
- Ну? Готов стать соловьем и спеть мне песенку? – Присев на корточки, и скривившись от фантомной боли в отсутствующей части руки, спросил я.
Но вместо ответа, мужик лишь скрипнул зубами, после чего его тело начало дергаться, а изо рта пошла характерная пена, свидетельствующая об отравлении.
«Не, ну дурак. Я бы его не убил» - Тяжело вздохнув, подумал я, отстраненно наблюдая за агонией мужика. – «Но стоит отдать должное, он меня подставил».
А тем временем, в груди мужчины образовывалась кровоточащая дыра, создавая в уже мертвом теле открытую рану. Теперь любой поверхностный осмотр приведет к мнению, что киллер погиб от внешнего воздействия. И даже то, что он покушался на меня, не станет достойным оправданием. Ведь это еще нужно будет доказать, а судя по тому, что со мной так тонко играют, погибший может оказаться и вовсе сотрудником больницы, как минимум по документам.
Мою же отстраненность нарушил мелькнувший на самом крае сознание знакомый гнилостный «привкус» жертвенной магии. Добавляя дополнительной пищи для размышлений. Так что я невольно бросил взгляд на висящие на стене палаты часы, отмечая, что на все про все, у меня остается не более часа. Тянуть дальше будет опасно.
- Твою ж мать! – Сквозь зубы прошипел я.
В деле определенно замешан орден Матиса со своим мозгоклюем, способным ставить закладки. Наличие же жертвенной магии, так же указывает на них. Хотя чему удивляться, если папаня Сары, как минимум тесно связан с этим орденом.
Я вновь склонился над мертвым телом противника, из которого начали выходить экскременты, наполняя мою палату вонью нечистот. Сдвинув в сторону маску, я увидел под ней своего лечащего врача Петра.
«С*ка!» - Только и оставалось мысленно ругнуться мне. – «Интересно, мозгоклюй, который промыл мозг целителю далеко? Сколько он будет ждать? Или он уже в курсе, и скоро здесь появится полиция?»
Правда и времени, долго размышлять, не было. Если изначально я рассчитывал, что заказчик какое-то время будет ждать ответ от исполнителя, то теперь становилось очевидным, что Петр был марионеткой. Хоть раньше о таком уровне магии я немного слышал, но я, черт возьми, попаданец. Долбанный попаданец, который прекрасно знает, кто такие газлайтеры, и какими они могут обладать возможностями. И в копилку еще упала монета привычки готовиться к самому худшему исходу.
В то же время, во мне все еще были сомнения – а нужно ли вообще бежать, прятаться? Может так будет даже лучше для меня самого? Ну, правда, что мне могут сделать? Убить? Так пусть. Кто сказал, что я горю огнем жизни? Ради чего мне вообще жить и бороться?
Вот только секунды незримо утекали, а руки уже обшаривали карманы трупа. Моему подсознанию было плевать на то, что творится в мыслях носителя. Оно привыкло действовать в экстремальных обстоятельствах, а не безвольно наблюдать за происходящим.
Ключи от кабинета, пустой шприц, ствол и сменный магазин, телефон. Вот собственно и все, что было у целителя в карманах. Поднявшись на ноги, я приложил свою стопу к стопе трупа, и тяжело вздохнул.
«Отростил себе лапу, блин» - Пронеслось недовольное в моей голове.
Шлепая босыми пятку по кафельному полу, я подошел к двери и прислушался к тому, что происходило за ней, одновременно с этим сканируя наличие источников жизни. Судя по всему, кроме медсестры, что сидела в ординаторской, да пациентов в своих палатах, никого по близости не было.
«Черт! Твою ж мать!» - Продолжал я мысленно ругаться, остановившись у двери и привалившись спиной к стене.
Ситуация была максимально скверной, ибо если я сейчас уйду, то с правой рукой буду вынужден попрощаться уже навсегда. Прерывание процедуры отращивания, это очень опрометчивый шаг с далеко идущими последствиями.
И вот тогда я встал перед выбором – уйти и остаться калекой до конца своих дней, или же остаться и сто процентов стать преступником, зато руку мне тогда точно отрастят. Вот только будет далеко не факт, что я дождить даже до конца этого года. Если подослали одного убийцу, смогут подослать и еще. И далеко не факт, что во второй раз, я смогу избежать встречи с костлявой.
Меня это совершенно не страшило в тот момент. Плевать. Мне было плевать на себя, но смущал факт того, что смерть моя будет напрасной. А ведь я жив, в то время как все они мертвы. Все те, кого я не смог защитить и спасти. Все те, кого я убил.
В памяти сами собой всплыли кадры перед моей инициацией.
«- Стройся! – Скомандовал Марк Андреевич. Мы тут же выстроились в линию по росту и он, чуть помолчав, двинул небольшую речь. – Обычно юноши вашего возраста, проходят инициацию в капсулах. Думаю, вы это и без меня прекрасно знаете. К вашему сожалению, для будущей элиты воинских подразделений, такой метод неприемлем. У вас в отличие от гражданских ограничено время для поднятия уровней владения силой, а потому и инициация вам требуется совершенно другая. Не хочу вас пугать, но приблизительно один из ста случаев заканчивается летальным исходом. К сожалению, такова цена за силу. Не смотря на то, что наша Империя придерживается равных возможностей для всех ее граждан, вы таковыми перестанете быть уже после выпуска. Те привилегии, которыми обладают ваши школьные друзья, более не будут вам доступны. Вы – орудие и щит в руках граждан нашей общей Империи.
- Я хочу, чтобы каждый из вас сейчас отошел от остальных и тщательно взвесил все за и против. – Говорил он, начав расхаживать из стороны в сторону перед строем, заложив руки за спину. – Сейчас у вас есть последняя возможность отказаться от той жизни, что ждет тех, кто не отступит от своего решения. То что было в течение этого года, это так, разминка перед настоящим обучением и далеко не факт, что в процессе вы останетесь в живых.
- Можно вопрос? – Не выдержал Толик Чернышенко.
- Спрашивай. – Благосклонно позволил Марк Андреевич.
- А каких таких прав мы лишимся? – Спросил он.
- Хороший вопрос, правильный. – Усмехнулся Скворцов и обвел нас всех суровым взглядом. – Вы больше не будете принадлежать самим себе. Думаю это и так понятно. Вы не будете решать с кем дружить, враждовать, с кем спать, - в строю раздались тихие смешки, но сержант обвел нас строгим взглядом и все тут же притихли, - Я говорю что-то смешное?
- Ни как нет! – Рявкнули мы хором.
- Вот и я так думаю. У вас не будет права на личную жизнь, рабочее время будет не нормировано, а по окончанию училища, вы будете вычеркнуты из мира живых.
- Нас всех ликвидируют? – Удивился уже я и тут же захлопнул свою варежку, поняв, что не спросил разрешение задать вопрос. Но обошлось.
- Ликвидируют ваши личности. – Ответил мне Марк Андреевич. – А теперь, пять минут на размышления. Те кто не готов к такой дальнейшей жизни - отходят от меня полевую руку, те кто готов идти дальше по выбранному пути – по правую. Время пошло…»
Я сам выбрал этот путь, а потому, просто обязан пройти его до конца, не изменяя сделанному выбору. В противном случае, все было зря. И не важно, какую цену придется заплатить. Я меч. Я щит. Я всегда буду стоять на страже интересов народа Империи Равных.
«Твой максимум – сухая строчка в отчете. Жил. Служил. Погиб при исполнении. Помни это Патя. Помни. И больше никогда не забывай. Ты принадлежишь не себе, а Империи». – Мысленно проговорил я самому себе, словно создавая гравировку на внутренней стороне черепа. – «Щит и меч».
Скривившись от фантомной боли в отсутствующей части руки, я выскользнул за дверь. Словно вор в ночи, я прокрался к ординаторской и замер у двери. Мне необходимы вещи, а время тает, словно вода вытекающая, сквозь растопыренные пальцы. Очень скоро здесь будет полиция. Но медсестра…
Мне необходимо было выманить ее, и желательно сделать это тихо. Идея моя не была новой, да и выглядела вполне очевидным решением, стоящей задачи.