По аудитории прошелся слабый смешок.
— Мне сорок восемь лет, — сказал профессор. — Но на зачетах и экзаменах я сволочь, как будто мне все девяносто. До свидания, дамы и господа. И я вам завидую. С сегодняшнего дня вы настоящие студенты.
Профессор развернулся, пошел к столу, студенты с шумом встали и заспешили к выходу. Егоров сел за стол, открыл лежавший на нем потертый временем портфель из коричневой кожи и начал убирать бумаги. Как только вышел последний студент, в аудиторию вошел человек в черном костюме, белой рубашке и при галстуке. Он был красив, на вид ему было чуть больше тридцати. На среднем пальце правой руки красовался перстень в виде печатки с черным квадратом и серебряной надписью.
— Здравствуй, Станислав, — сказал вошедший.
Профессор поднял глаза да так и замер. Вошедший улыбнулся сдержанной улыбкой, но было видно, что он искренне рад этой встрече.
— Как археолог, — сказал Егоров, — хочу тебе заметить, Луиджи, что ты прекрасно сохранился.
— Это пустяки, Станислав, по сравнению с той проблемой, которая на тебя свалилась.
— Эта проблема ты? — спросил Стас, вставая навстречу старому знакомому и протягивая руку.
— Можно сказать и так. В древности гонцов, приносивших плохие вести, убивали.
— Хорошее начало, — заметил Стас. — Однажды, десять лет спустя… Ну что же, выкладывай.
— Давай выйдем на улицу и присядем в каком-нибудь кафе. Ведь ты уже освободился?
Взяв со стола портфель, Егоров закрыл аудиторию, сдал вахтеру ключи и вместе с Луиджи вышел из института. Подходящее кафе было неподалеку. Лекции в университете еще продолжались, поэтому посетителей в нем было немного.
Сев за дальним столиком, профессор заказал две чашки кофе и пару булочек.
— Какое интересное название для кафе, — заметил Луиджи. — «Гробница фараона».
— Это балбесы с моего курса лет пять назад его так окрестили, — сказал Егоров. — А хозяин не растерялся и сделал вывеску. Здесь принято отмечать мало-мальски значимые события в жизни студентов. Нередко этих студентов отсюда выносят на руках.
Официантка поставила перед профессором и его гостем по чашке кофе и тарелочку с булочками.
— Слушаю тебя, Луиджи, — сказал Стас, сделал глоток горячего кофе и поставил чашку на блюдце.
— Я прошу очень серьезно отнестись ко всему, что сейчас услышишь. Тем более что у тебя был случай убедиться — возможно даже самое невероятное.
Егоров кивнул головой, дав тем самым понять, что готов самым серьезным образом отнестись к его рассказу, и подсознательно приготовился к чему-то плохому.
— Помнишь, Джордано Бруно написал книгу, которая бесследно исчезла?
— «О свойствах времени»? — спросил Стас и продолжил: — Ничего не бесследно.
Лет восемь назад я ее почти нашел. Я знаю ее путь с 1648 года.
— Ты не мог ее найти, Станислав. Ни почти, ни совсем. Бруно отправил книгу в будущее.
— Перемещение в будущее невозможно, — неуверенно улыбнувшись, сказал Стас.
— При определенных условиях или неживой материи возможно, — сказал Луиджи.
— Бруно прятал книгу не от церковнослужителей. Ее искали и ищут пришельцы из параллельного мира. Ты можешь помочь нам ее заполучить.
— Пришельцы? — переспросил Стас, не столько удивившись, сколько искренне не понимая причину этой просьбы. — Но зачем вам я?
— Пришельцы пытались завладеть книгой еще при жизни Бруно. Они угрожали ему, поэтому он отправил книгу в будущее. Наш орден не мог взять ее ни тогда, ни сейчас. Времена Бруно были для нас прошлым, а сегодняшний день — будущее.
— Но если я все правильно понимаю, то пришельцы тоже не смогут взять книгу в руки? — спросил Стас.
— Они смогут, — ответил Луиджи. — Они путешествуют во времени через пространство.
Это очень сложная теория. Сейчас это не важно. Важно то, что это время твое и ты можешь спасти вселенную.
— Господи, опять… от чего на этот раз?
— Пришельцы готовят вторжение. В этой книге записаны открытия, которые они до сих пор не могут сделать сами. А Бруно сделал. Им не хватает этих знаний для полномасштабной оккупации галактики. А потом наверняка и всей вселенной. Это монстры. В нашем мире они будут выглядеть как обычные милые люди. Только мимика у них на лицах будет немного ограниченной. Они хитры и лукавы. Тебе нужно быть очень осторожным. Я расскажу все, что знаю, и буду всячески помогать.
— Мда… — задумчиво протянул Стас. — Я сам построил машину времени в прошлом, но в пришельцев… вторжение… поверить непросто.
— И тем не менее это так.
— Ну… хорошо, — согласился Стас. — Я попробую. Рассказывай то, что знаешь.
Луиджи отодвинул в сторону блюдце, на котором стояла чашка кофе, выдержал паузу, стараясь подобрать для начала рассказа более точные слова.
— В двадцатом веке эта книга впервые появилась в руках у нацистов. Они всерьез относились не только к оккультизму, но и к вполне физическим вещам.
Несмотря на все старания, расшифровать записи Бруно у них не получилось.
После окончания Второй мировой войны ученые, занимавшиеся изучением перемещений во времени и пространстве, бежали в Парагвай, а оттуда — в Аргентину…
— Выставка национальной библиотеки Аргентины, — догадался Стас.
— Правильно, — Луиджи качнул головой. — Эта книга уже в Москве. Через три дня откроется выставка. А через десять дней книга должна улететь в Китай. У тебя очень мало времени, Станислав.
— Что знают пришельцы?
— То же, что и ты. Они знают, что книга должна быть на выставке.
— Не понятно, почему они не забрали ее в Аргентине.
— Они пытались. Не получилось. Мы не можем взять книгу в руки, но можем помешать другому взять ее.
— Честно говоря… все это похоже на дешевое американское кино. Пришельцы… книга… спасти галактику… На выставке будет больше сотни экспонатов.
Где искать книгу? В каком каталоге?
— В основном. У нее нет надписи на обложке и вырван титульный лист. Поэтому никто не знает, что это за книга и кто автор. Позвони своему институтскому приятелю. Он тебе поможет.
Стас посмотрел на Луиджи удивленно. Последний раз он разговаривал с Сергеем четыре года назад, да и то по телефону. Его племянник собирался поступать на исторический, и Сергей интересовался, в какой институт лучше поступать.
— Откуда ты знаешь про приятеля в Историческом музее?
— Ты мне про него рассказывал в Италии.
Стас снова задумался, но не смог припомнить, когда он это говорил. Это было странно, так как он не имел привычки рассказывать кому-либо о своих друзьях.
— Допустим, мне повезет, и я найду книгу. Что дальше?
— Позвони вот по этому номеру, — Луиджи протянул Стасу визитку с адресом и телефоном букинистического магазина. — Спроси меня.
Стас взял визитку.
— Я надеюсь на тебя. Мы все надеемся.
— Я буду стараться, — ответил Стас, подняв брови.
Недопив кофе, Луиджи встал, пожал на прощание руку и ушел. Стас достал из кармана мобильный телефон и по памяти набрал номер Сергея.
— Алло, — сказала трубка.
— Привет, двоечник, — поздоровался Стас.
— Привет, отличник.
— Как дела?
— Отдыхаю.
— В отпуске, что ли?
— Простыл, — ответил Сергей. — Уже третью неделю.
— Это ты всегда умел. Воспаление легких летом — твой коронный номер. Как чувствуешь себя?
— Уже лучше. Ты что-то хотел спросить?
— Да. У вас, говорят, в музее выставка интересная.
— Аргентинская, что ли? — спросил Сергей. — Тоже скажешь. На что там смотреть?
— Не скажи. Бывает, на таких вот невзрачных на первый взгляд мероприятиях шедевры попадаются.
— Думаешь? — удивился Сергей. — Вообще-то вам, профессорам, видней. Так в чем проблема?
— Хотел у тебя списки попросить. Посмотреть опись. Если что интересное попадется, я бы и в руках подержать не отказался.
— Я, сам понимаешь, сейчас вне игры. Но если хочешь, спрошу у наших, кто занимается выставкой, и вечером тебе перезвоню.
— Спасибо, Серега.
— Пожалуйста. Только если что интересное найдешь, не забудь включить меня в список консультантов, которые помогли тебе получить Нобелевскую.
— Договорились. Спасибо тебе еще раз. Поправляйся.
Убрав телефон в карман, Стас задумался. Он и сам не заметил, как быстро влез в шкуру оперативника.
«Если не обращать внимание на всю фантастичность происходящего, — допивая кофе, размышлял Егоров, — получается, что я только что ввязался в полукриминальную историю. А что из этого следует? Будь осторожней. Первая ошибка. Не нужно было звонить Сергею по мобильнику. У противника та же самая информация.
Сергею грозит опасность? Пока еще нет. Нужно съездить к нему домой и больше не звонить по телефону. Ошибка. Тогда его точно могут навестить, плюс противник узнает, что его обнаружили, и станет действовать осторожней.
Стоп, профессор! Ты что-то увлекся. Осторожность никогда не помешает, но палку перегибать тоже не стоит. Так ты начнешь от собственной тени шарахаться».
Расплатившись за кофе и булочки, Стас вышел из кафе на улицу. Ничего особенного с этим миром не произошло. По тротуару шли редкие прохожие. Две студентки в легких летних платьицах беззаботно сбежали по ступеням университета и пошли по дорожке, ведущей в спортзал. Стас проводил их взглядом и оглянулся.
Ничего подозрительного, ничего странного, все как всегда. Размышляя о нереальности происходящих событий, так до конца все же не поверив в услышанное от Луиджи, Егоров пошел к метро.
На автобусной остановке, возле ворот университета, сидел плотный мужичок среднего роста лет сорока и как будто читал газету. Стас мельком взглянул на него, постарался запомнить, как он выглядит, перешел шоссе и не торопясь двинулся дальше. На улице, несмотря на начало осени, было жарковато. Через несколько шагов профессор остановился у киоска, купил бутылку минеральной воды, отпил половину за один прием и, глубоко вздохнув, как бы беспечно снова оглянулся по сторонам. От остановки отъехал автобус, а толстячок все продолжал сидеть на скамеечке с газетой в руках. «Наверное, ждет кого, — подумал профессор, — а может, автобус не его». Стас залпом допил минералку и, выбросив бутылку в мусорный ящик, двинулся дальше.